Эпилог. Она

После всех сложностей мы со Стасом развелись, но продолжали жить вместе и воспитывать внука, оставшегося без мамы.

Руфине грозил реальный срок за организацию покушения на меня.

За сбитого, но выжившего человека, Максим отделался лишь штрафом. Он возместил деньгами вред, причиненный здоровью мужчины.

Помимо этого Максим погряз в сложном разводе с Ксенией. Развели их довольно быстро. У Ксении не получилось лишить Максима родительских прав, для этого не оказалось достаточных оснований. Ксения истерично кричала в суде, что ее муж завел бабу, грязную шлюху на стороне, на что судья ответил со скучающим видом:

— Жизни и здоровью ребенка угрожает опасность, когда он контактирует с отцом? Нет? Тогда здесь нечего обсуждать. За измену еще никого не лишили родительских прав.

Артема оставили с мамой, но и Максим получило возможность видеться с сыном.

Гораздо сложнее оказалась дележка имущества: супруги отказывались уступать друг другу даже в мелочах, а Ксения постоянно пыталась подгадить мужу. Ее попытки отомстить выглядели мелко и смехотворно. В дело вмешались родители Ксении и начали ставить палки в колеса личному бизнесу Максима. Он, было, кинулся к отцу за помощью.

Однако Стас спокойно, но решительно отказался помогать Максиму, как он в свое время отказался от нас, родителей, во имя своих интересов.

— Я не буду устраивать разборки в бизнесе с родителями Ксении. Мне важно лишь, чтобы нам позволяли видеться с внуком. И чтобы ваша вражда не коснулась нас. Со всем остальным разбирайся сам, Макс. Ты уже достаточно взрослый и, как показала практика, изворотливый, чтобы самостоятельно разобраться с проблемами.

Максим не спешил признавать Матвея. Хотела бы я пристыдить его за это, но как?

Насильно мил не будешь.

Возможно, позднее, когда острота момента и восприятия уляжется, Максим посмотрит на ситуацию иначе. Ведь я замечала взгляды, долгие и внимательные, полные неясных чувств, которые он бросал на Матвея, когда мы встретились… Смотрел, когда думал, что эти взгляды остаются незамеченными. Смотрел и отводил раздосадованный взгляд в сторону.

Но решится ли Максим сделать этот шаг сейчас, когда еще не кипели страсти? Не думаю…

На то, чтобы принять некоторые, очень важные, судьбоносные решения, уходит больше времени.

Мне продолжаю верить, что в Максиме остались достойные черты и хоть что-то от того, что мы в него вкладывали. Я вижу в нем свет, иначе бы он ни за что не сознался, что сбил человека, и не поехал извиняться перед ним лично, хоть этого уже никто от него не ждал и не требовал. Это было целиком и полностью его решение.

***

Некоторые наши знакомые открыто недоумевали, зачем нам с мужем было разводиться, чтобы потом быть вместе?

Но я хотела довести начатое до конца, чтобы довести до Стаса, как он был не прав. Чтобы он понял раз и навсегда — со мной так нельзя. Ведь он считал опрометчиво, что я никуда не денусь лишь за давностью лет наших отношений. Он начал считать меня чем-то вроде своей собственности, которая никуда не денется, но это в корне неверно не только про меня, но, в принципе, это про любого человека.

Ни одни отношения, какими бы длительными и крепкими они ни были, могут закончиться и быть разорванными, если в паре нет доверия, если ложь и грязные тайны заняли место искренности и любви.

Наш брак не выдержал всех испытаний, когда мы достигли пятидесяти лет. Мне показалось, что будет правильно разорвать отношения, в которых стало слишком много обмана.

Чтобы начать что-то новое, нужно до основания разрушить прогнившее старое.

Наша любовь успешно преодолела этот рубеж и осталась в наших сердцах…

Мы взяли Матвея к себе на воспитание, виделись и с Артемом.

Стас осторожно поинтересовался, не против ли я, чтобы познакомить мальчишек. Я была не против… Ксения пыталась было закатить истерику, ей не понравилось, что мы познакомили Артема с мальчишкой, по вине которого развалился ее брак, так думала Ксения. Виноватым она предпочла выставить маленького ребенка, потому что не могла совладать с мыслью, что была нелюбимой женой, была той, на которой женились только из-за связей и денег ее родителей.

Ксения пыталась мстить Максиму через их сына, хотела настроить его против, но Артем сильно любил отца и простодушно рассказывал и нам со Стасом, и самому Максиму все, что говорила Ксения, все, что слышал он сам. После серьезной беседы с адвокатом такие попытки прекратились. Делать ребенка полем брани в разборках взрослых — самое последнее дело.

Спустя несколько лет ситуация Максима качнется в обратную сторону. Долго и сложно, но сын исправлял свои ошибки, по капле восстанавливая утраченное доверие.

Разбитная жизнь эгоиста осталась позади. Он много работал, проводил время с Артемом и все чаще брал с собой и Матвея…

Уверена, однажды Макс признает и второго сына, пусть и не ждал его появления на свет.

Жизнь понемногу влилась в новое русло. Стас восстановился. Он сделал мне предложение руки и сердца, я не нашла причин отказать ему, потому что он доказал свою состоятельность, как моего мужчины, и в прошлом, и в новых реалиях.

***

Открытым остался вопрос замороженных яйцеклеток. Я бы хотела ими воспользоваться, но хотел ли того же самого мой муж? Подняв этот вопрос, я волновалась, разумеется. Но четко понимала истину, которую озвучила:

— Время играет против нас. Я настроена пожить еще, но если предпринимать попытки, то нужно делать это сейчас. Потом будет слишком поздно, Стас. Если ты готов попробовать…

— Если ты разрешишь мне попробовать. И если я окажусь годным… — Стас, ничуть не обидевшись, со смехом напоминает мне слова, которые я ему однажды сказаала. — Не староват ли я для донора?

— В мыслях я никогда не видела отцом моим детям никого другого, кроме тебя. Давай не будем гадать, годимся мы или нет. Просто попробуем и будь, что будет…

***

Вопреки всем опасениям, у нас получилось.

Мы воспользовались услугами суррогатной матери. У нас родилась девочка. Мы назвали ее Ариной и стали счастливыми родителями маленькой принцессы, в которой души не чаяли.