Глава 20

Глава 20

Глава 20

В покои ввалились стражники. Подхватили его и потащили прочь. Мужчина ещё сопротивлялся и кричал:

— Ты убийца! — голос срывался, становился всё тише по мере того, как его уводили по коридору. — Ты столкнул её сам, а теперь прячешься за своим титулом! Я расскажу всем! Я найду способ, слышишь меня? Я расскажу всем, что ты сделал!

Голос затих за поворотом. А в комнате вдруг стало слишком тихо. Я осталась наедине с двумя драконами.

Я стояла у стены, обхватив себя руками за плечи, и смотрела в окно. Во дворе горели факелы, их огонь отражался в мокрых камнях мостовой. Где-то там стояла карета. Та самая, которая должна была увезти меня на Север ещё несколько часов назад. Но я сначала была слишком занята препирательством с Кирианом, а потом заснула в ванной, забыв о времени.

Я чувствовала их взгляды спиной. Обоих.

Это было физически ощутимо, как прикосновение, как жар от открытого огня. Два разных взгляда. Один был тяжёлым, давящим и подчиняющим. Второй же будто ласкал, скользил по лопаткам и талии.

Мне было неуютно под этими взглядами. В этой комнате и в этом мире. Мне казалось, что из жестоких рук одного мужчины, я попала в лапы других.

— Таэн, — произнёс Кириан ледяным и ровным тоном, которым отдают приказы, не терпящие обсуждения. — Выйди. Мне нужно поговорить с моей женой.

Предпоследнее слово он выделил. Едва заметно, но я услышала.Моей . Я почувствовала, что Таэн двинулся к двери. Проходя мимо меня, он не остановился. Просто провёл кончиками пальцев по моей пояснице, едва касаясь, сквозь ткань полотенца. Легко, мимоходом, как будто случайно.

Я вздрогнула всем телом. Дыхание сбилось, щёки тут же залило краской смущения. Я обернулась, чтобы посмотреть в широкую спину. Мужчина уходил медленно, будто не желал оставлять меня наедине с Кирианом.

В дверях он замер, но не обернулся. Я видела, что пальцы мужчины сжались на повреждённом косяке двери. А потом Таэн ушёл.

Я стояла, пытаясь выровнять дыхание, и думала только об одном: мне срочно нужно найти что-нибудь, во что можно одеться. Халат. Платье. Простыня. Что угодно, только бы Кириан не подумал, что я пытаюсь его соблазнить.

Я огляделась.

Халат висел на крючке у противоположной стены. Я шагнула в его сторону.

Но Кириан преградил мне дорогу.

Пальцы сомкнулись на моих запястьях. Не грубо, но настойчиво, с той уверенностью, которая не оставляла сомнений в намерениях. Он завёл мои руки назад, прижал к стене над головой, и я оказалась между холодным камнем за спиной и его теплом спереди.

Слишком близко, нарушая все личные границы.

Он смотрел на меня сверху вниз, и в янтарных глазах было что-то такое, от чего у меня перехватывало дыхание. Не ярость. Не холод. Что-то живое, неспокойное, что он привык прятать за коркой льда, а сейчас почему-то не спешил скрывать.

— Я не могу понять, — произнёс он наконец, медленно и с расстановкой.

Голос был хриплым. Низким. И волнующим какую-то часть меня.

— Как человек может измениться настолько сильно? За столь короткий срок. Кажется, что очнувшись, ты стала совершенно другим человеком.

Он помолчал. Янтарные глаза скользили по моему лицу медленно, изучающе, от лба до губ и обратно. И я видела, что с каждым мгновением взгляд мужчины становится всё темнее и жаднее. Мне начало казаться, что на меня взирает драконю

— После того, как ты очнулась, — продолжил он, — ты ведёшь себя иначе. Говоришь иначе. Смотришь иначе. Слишком открыто дерзишь, хотя раньше играла в покорность. Раньше ты всё делала тихо, чтобы не видели. Что же изменилось?

Он наклонился чуть ближе. Нос оказалось у моего виска. И я почувствовала, как он вдыхает мой запах. Медленно, шумно. Запах моих влажных волос. Запах кожи после ванной.

— И пахнешь ты совершенно иначе, — произнёс он совсем тихо, будто сам не верил словам, которые произнёс.

Одна его рука поднялась и легла на шею. Сжала едва ощутимо, почти бережно. Потом скользнула ниже. По ключице, по линии плеча, по безвольно опущенным вдоль тела рукам, по дрожащим пальцем. По талии и бедру.

Там, где заканчивалось полотенце.

Он медленно изучал моё тело и реакцию на прикосновения. А она была.

У меня всё поплыло перед глазами.

Метка на запястье вдруг начала пульсировать. Требовательно, настойчиво, с лёгким жжением, которого не было ни разу до этого. Как будто отзывалась на его близость, на его тепло, на запах хвои и перца, который я уже запомнила слишком хорошо.

Я пыталась думать трезво. Пыталась напоминать себе, кто этот человек. Что он делал. Что говорил. Как хватал за горло, как встряхивал, как смотрел с презрением ещё несколько часов назад.

Тело не слушалось доводов разума.

Колени подгибались. Сердце билось громко, в висках, в горле, в кончиках пальцев, которые он держал над головой. Дыхание стало коротким, неровным, и я ничего не могла с этим сделать.

Он склонился к уху.

Губы коснулись мочки. Едва. Будто бы случайно. Но достаточно, чтобы по коже побежали мурашки от затылка до пяток.

— Карета готова, — произнёс он тихо. — Тебе пора.

Мой затуманенный близостью истинного мозг никак не желал воспринимать информацию.

— Хотя, — его голос стал ниже, задумчивее, — ты весьма искусно уклонялась от супружеского долга.

Я молчала, потому что не находила правильного ответа на его откровенную провокацию. Мой разум вопил о том, что следует бежать, но реакции тела просто заглушали все мысли.

Он провёл губами по скуле. Медленно и дразняще. По щеке, по линии скулы. И замер у губ.

Кириан не целовал меня.

Просто замер в нескольких миллиметрах. Дышал часто, неровно, и это дыхание обжигало губы, огнём проникало в вены и заставляло меня пылать.

Янтарные глаза гипнотизировали.

Это была игра. Я понимала, что это игра. Он соблазнял, дразнил, проверял, наблюдал за реакцией с тем же выражением, с которым следят за зверьком в клетке.

Но было одно «но».

Кириан проигрывал в игре так же, как я.

Это было видно по тому, как он дышал. Как пальцы на моих запястьях сжались чуть сильнее. Как он не отстранялся, хотя мог.

Метка жгла.

Я почувствовала, как неосознанно, помимо всякой воли, чуть подаюсь вперёд, чтобы почувствовать и узнать вкус его губ.