Глава 2

Он был похож на первого — те же тёмные волосы, только длиннее и собраны в небрежный хвост. Те же правильные черты лица, но моложе.

На губах играла нахальная ухмылка. По рельефному обнажённому торсу стекали капли воды.

Я с трудом сглотнула. Только не говорите, что я угодила в фильм для взрослых!

Что за ерунда?

Он провёл рукой по волосам и посмотрел сначала на меня, потом на мужчину на кровати.

И улыбнулся шире — ситуация его явно забавляла.

Мужчина рядом со мной — тот, что назвал Адрианой — медленно поднялся с кровати. Движение было плавным, контролируемым. Но воздух вокруг него завибрировал.

Снаружи он выглядел как камень, однако глаза выдавали бушующие внутри эмоции.

— Братец, ты что-то рано вернулся, — лениво протянул вышедший из ванной, проходя в комнату и игнорируя повисшее напряжение.

Я молчала. Хотелось только одного — исчезнуть отсюда. От них обоих.

— Что ты делаешь в спальне моей жены, Джереми? — спросил мужчина у кровати, казалось бы, ровным голосом, но от его звука я покрылась гусиной кожей.

Э-э-э, постойте! Жены? Какой ещё жены? Это я-то жена?!

Тот — Джереми — только усмехнулся и прошёлся по комнате, скользя взглядом по мебели, по стенам, по мне. Словно специально тянул время.

— Серьёзно? — бросил он. — Мы теперь играем в добропорядочную семью?

— Я задал вопрос, — отчеканил старший.

— Я зашёл поговорить, — Джереми небрежно пожал плечами. — Или мне теперь нужно разрешение?

Ну и помыться решил заскочить между делом — промелькнуло в голове.

Они смотрели друг на друга.

— Ты уже без разбора на женщин лезешь? — голос старшего остался спокойным, но стал тяжелее, слова придавливали, точно камни. — Ничего не спутал? Это — моя жена. Ты не в ту чернильницу перо макнул, Джереми!

Я чуть не рассмеялась, но вовремя одумалась.

А вот Джереми не сдержался и, запрокинув голову, по-мужски расхохотался.

— Жена? О, Кристиан, — он окинул меня взглядом и снова посмотрел на старшего. — Напомни, когда вы в последний раз вели себя как муж и жена?

Кристиан не ответил сразу.

— Не лезь туда, куда тебя не звали, — сказал он.

— Я просто констатирую факт, — вздохнул Джереми. — Вы давно уже не спите вместе. Или я что-то путаю?

В комнате стало так тихо, что я слышала собственное дыхание. Ну же, давайте, подеритесь! Только этого не хватало….

— Это не значит, что тебе можно ошиваться в её спальне, — повторил Кристиан.

Джеремени рассмеялся и медленно прошёлся по комнате, словно нарочно задевая границы чужого пространства.

— Скройся с глаз. Немедленно, — процедил Кристиан.

Джереми задержал на мне неприятный взгляд ещё на секунду, потом закатил глаза и направился к двери.

— Как скажешь, братец.

Дверь за ним закрылась. Взгляд старшего скользнул на кровать.

На меня.

Я напряглась каждой клеточкой тела, забывая моргать.

Он шагнул ближе и схватил меня за щиколотку, резко потянул вниз. Я вскрикнула от неожиданности и вцепилась в простыню, в матрас, в одеяло — во всё, что попалось под руку.

— Пусти! — вырвалось у меня.

Он дёрнул сильнее. Я ударилась бедром о край кровати и зашипела от боли, но не отпустила. Попыталась засветить ему пяткой в лоб, да промахнулась.

— Вот, значит, как? Теперь ты кувыркаешься в постели с моим братом? И как давно вы за моей спиной развлекаетесь, м? Могла хотя бы не под крышей моего дома изменять мне. Совесть бы поимела!

Он отпустил мою ногу. Резко и с шумом выдохнул, проведя ладонью по лицу.

— Я давно подозревал, что ты мне изменяешь. Вечно где-то пропадаешь, задерживаешься. Уму непостижимо, Адриана….

— Понятия не имею, о чём ты, — проблеяла я.

Кристиан замер. На его лице на секунду мелькнула злость. Чистая, холодная, без примесей.

Скрипнув зубами, он развернулся и пошёл к двери.

— Будешь отпираться, когда поймана с поличным? Что ж, ладно. Приведи себя в порядок, — бросил он через плечо. — И спускайся в мой кабинет.

Он помолчал секунду.

— Можешь не утруждаться изображать раскаяние. Мне уже плевать.

Дверь хлопнула.

Я осталась сидеть на кровати, дрожа от перегруза всего сразу.

Прошло, наверное, пару минут. Может, меньше. Дверь снова распахнулась.

В комнату вбежали две заспанные служанки. Одна — совсем молодая, вторая постарше. Обе замерли, увидев меня, потом резко засуетились.

Они начали собирать вещи, открывать шкафы, вытаскивать платья, обувь, какие-то коробки.

Я сидела, прижимая к груди одеяло, и смотрела на них, пытаясь понять, что вообще происходит.

В памяти вяло заворочились образы, и меня окатило холодом.