Глава 24

Сердце подпрыгнуло к горлу и застряло там комом. Весь белый свет сговорился против меня?

Я резко обернулась и наткнулась на незнакомое мужское лицо, состоящее из резких углов.

Кустистые брови нависали над глазами, губы сжаты в тонкую линию. Одет он был в серую строгую одежду, смутно напоминающую форму полицейского. Местный страж порядка?

— Попалась, дрянь такая, — процедил мужчина, сжимая мой локоть так, что кости хрустнули.

Я дёрнулась, но его хватка только усилилась.

— Вы что… отпустите! Я ничего не сделала!

— Заткнись, — рявкнул он. — Все вы одинаковые. Сначала лапы тянете, потом верещите.

И потащил меня так резко, что я едва не споткнулась о собственные ноги.

— А бегаешь чего, а? — зло усмехнулся мужчина, наклоняясь ближе. — Спёрла что-то и улизнуть пытаешься?

— Я не убегала, я за сестрой…

— За сестрой она, — передразнил он грубо, скривившись. И сплюнул мне под ноги. — Сказки будешь в другом месте рассказывать.

От возмущения и шока у меня сам собой открылся рот. Мужчина не слушал. Вообще.

Он потащил меня сквозь толпу — бесцеремонно и нарочно мотая из стороны в сторону. Я задевала и наваливалась на людей, вызывая вполне справедливое возмущение.

Некоторые ругались, кто-то с интересом оборачивался, кто-то откровенно пялился, и в этих взглядах читалось одно и то же — презрение.

Ну что ж, очередная моя затея оборачивалась фееричным фиаско. Пора бы привыкнуть….

— Отпустите! Вы ошиблись! — я снова рванулась, но мужчина лишь перехватил меня жёстче, уже за обе руки, и так встряхнул, что в голове зазвенело.

— Не дёргайся, — прорычал он сквозь зубы. — А то сейчас так скручу, что по частям собираться будешь.

— Да я же…

— Закрой рот! — гаркнул он прямо в лицо. — Что утащила? Где спрятала? Быстро говори! Иначе прямо здесь обыщу, на глазах у прохожих!

Я задохнулась от злости и бессилия.

— Ничего я не брала!

— Конечно, не брала, — фыркнул он с откровенным презрением и выпрямился. — Просто так носишься, как крыса, когда её за хвост поймали.

Я попыталась снова высвободиться, резко рванулась в сторону, но он без труда утянул меня обратно, болезненно сжимая запястья, специально причиняя боль.

— Гляньте на неё, — бросил в сторону, возвысив голос, даже не сбавляя шага. — Ещё и корчит из себя невинную!

Мне смеялись и хмыкали в спину, но никто не вмешивался. Толпе нравилось зрелище. Покупатели глазели с осуждением и тыкали пальцем в незадачливую воровку, коей я не являлась.

Тьфу ты! Да когда же эта чёрная полоса закончится?!

Я в отчаянии огляделась, выискивая Флоренс, но она под шумок растворилась в толпе. И не подумала прийти на выручку сестре!

Тогда я посмотрела туда, где остался наш прилавок… но толпа сомкнулась, закрывая обзор.

У меня внутри всё оборвалось. Чёрт….

— Пожалуйста… — вырвалось от отчаяния. — Вы не понимаете…

— Да мне плевать, — отрезал хамски мужчина. — Воровка есть воровка. Прибереги для командора свои оправдания.

Какого ещё командора? Ой, нет. Командора нам не надо!

Надо было срочно что-то придумать и предпринять, но на ум ничего вразумительного не приходило.

Мерзкий страж местного порядка тащил меня прочь с ярмарки, через ворота, а я только и могла, что судорожно хватать холодный воздух ртом, чувствуя на себе десятки липких взглядов.

Впереди показалось низкое, тесное здание — перекошенная дверь, мутные окна, с каменных стен хлопьями свисала облупившаяся краска бледно-голубого цвета.

— Сейчас разберёмся, — процедил мужчина, не оборачиваясь. — Я тебя как следует досмотрю. В каждую складочку загляну. Найдём, что стащила — не переживай.

Меня передёрнуло.

Шок начал отступать, уступая место злости. Благодаря ей прояснилось в голове.

— Руки убери, — сквозь зубы бросила я, дёрнувшись сильнее. Мне ничего не стоило вырваться из захвата и двинуть нахалу под дых, но не на публике. Так я только усугубила бы и без того дерьмовое положение. — Я тебе не вещь, чтобы меня трясти!

— О, заговорила, — мерзко усмехнулся он, сжимая пальцы ещё крепче. — Смелая стала? Сейчас посмотрим, какая ты смелая, когда карманы выворачивать начну.

Он пихнул меня к двери, пытаясь втолкнуть внутрь.

Я упёрлась ногами в деревянные ступени, скобля каблуками промёрзшую землю.

— Я никуда с тобой не пойду, — холодно заявила, поднимая на него яростный взгляд. — И трогать себя не позволю!

Мужчина зло выдохнул, явно теряя терпение. Развернулся и с высоты своего роста посмотрел мне в лицо, пожевав губы.

— Пойдёшь, — прорычал и схватил второй рукой за волосы.

Я вскрикнула и вцепилась в голову, опасаясь, что этот кретин скальп с меня снимет.

И всем было плевать, как он поступает с несчастной девушкой. Никто не усомнился в моей виновности, да и связываться не хотел, предпочитая не обращать внимания.

Не собирался никто из-за меня нарушать свои планы и отвлекаться от покупок.

Мысленно попрощавшись с деньгами, шмотками на прилавке и саквояжем, я лихорадочно продумывала план побега.

Сейчас этот хам затащит меня в здание, там-то я его и уложу на лопатки…. А что дальше? Не станут ли меня искать? Не упекут ли в темницу? Боги, как выкручиваться-то?

Бровастый страж порядка рывком открыл дверь и потянул меня за волосы через порог. Я протестующе замычала сквозь стиснутые зубы, упрямо упираясь подошвами в порог.

И в этот момент сзади раздался до мурашек знакомый голос:

— Не утруждайтесь. Я сам её досмотрю.

Я разжала пальцы и икнула, подавившись воздухом.

Твою ма-а-ать…. Только не он, пожалуйста!

Хватка ослабла. В секундном порыве облегчения боли я прикрыла веки и сглотнула, но тут же внутренне напряглась, ожидая новой.

Не осмелилась обернуться, но кожа на спине подёргивалась от ощущения присутствия Кристиана.

Он стоял чуть в стороне, разглядывая меня. Страж порядка замялся на миг, затем отпустил меня окончательно, хотя по его лицу было видно, что делает он это с явным неудовольствием.

— Как пожелаете, господин Верховный Следователь, — коротко бросил он и отступил, скривившись.

Разочаровался, что не удастся меня полапать.

Крис ничего не ответил и дождался, когда тот исчезнет. Я осталась стоять, растирая запястья и поправляя растрепавшиеся волосы, и медленно повернула голову.

Несмотря на холод, краска бросилась в лицо. Полагаю, он не заметил её на обветренных щеках.

Дракон выглядел так, словно только что сошёл с обложки глянцевого журнала, если бы здесь их издавали. В добротном пальто с меховым воротником, надетом поверх чернильно-синего камзола с серебряной вышивкой.

Чёрные брюки, обливающие мощные ноги, как вторая кожа, были заправлены в кожаные сапоги. А ещё чешуйчатый был дьявольски красив, и я не могла этого не признать.

Внезапно охватила неловкость в его присутствии.

Он молча осматривал меня с головы до ног — внимательно и неторопливо, с каким-то странным блеском в глазах и нечитаемым выражением, от которого по спине пробежал холодок, совсем не связанный с погодой.

Я скривила губы.

— Досмотреть меня хочешь? — произнесла, глядя ему прямо в глаза. И вскинула подбородок. — Может, прямо здесь?

Уж больно не хотелось оставаться с ним наедине в замкнутом пространстве. И, не дожидаясь ответа, начала расстёгивать пальто.

Дракон поморщился и надменно усмехнулся.

— На мой вкус, здесь холодновато, — протянул он и изогнул бровь, делая шаг в мою сторону.

Не спрашивая, подхватил под локоть и повёл внутрь.

Толкнул дверь плечом и, придержав за талию, втолкнул в помещение.

Оно оказалось небольшим, с низким потолком, потемневшими от времени стенами. В углу притулилась маленькая печь, от которой тянуло теплом.

По телу пронеслась дрожь. Я не сразу поняла, насколько продрогла, пока зубы не начали постукивать, угрожая расколоться, а раскрасневшиеся пальцы не свело тупой, ноющей болью.

Пришлось спрятать их, втянув в рукава тонюсенького пальто.

Кристиан это заметил. Он вообще смотрел на меня излишне пристально, считывая каждый жест, каждую эмоцию. Цветы что ли на мне распускались?

Я прошла к окну, игнорируя его внимание, и остановилась, не зная, куда деть взгляд.

Он что, правда сейчас заставит меня раздеваться?

— Ну так что ты украла? — саркастически протянул дракон, проходя мимо меня так близко, что я почувствовала кожей его движение.

От аромата одеколона мысли бросились врассыпную.

Дракон направился к небольшому столику у печи. Поднял с него чайник и поставил на конфорку. Открыл заслонку и подбросил пару поленьев.

— Я ничего не крала, — резко ответила, оборачиваясь. — Я догоняла свою сестру. Эту заразу унесло с нашими деньгами, пока меня… — я сжала зубы, вспоминая, как меня тащили через толпу, — пока меня хватали и волокли, как преступницу.

Он не перебивал, даже не оборачивался. С сосредоточенным видом достал с полки чашку, заглянул внутрь и потянулся за узорчатой жестяной банкой. Открыл и насыпал из неё какие-то сушёные травы.

Чайку решил хлебнуть? А что, самое время!

— Я оставила прилавок, — продолжила, чувствуя, как в голосе проскальзывает гнев. — Все вещи наверняка уже растащили…..

Я осеклась, заметив движение. Крис обернулся. В его руках была чашка, из которой поднимался тонкий пар. Глядя на меня в упор, он запустил руку во внутренний карман пальто и выудил из него флягу, инкрустированную голубыми камнями.

Откупорил и плеснул немного содержимого в чашку с чаем. А потом шагнул ко мне и протянул её.

Я замолчала на полуслове, не понимая, как реагировать. Это было… слишком не к месту. Уставилась на дымящийся напиток и по-идиотски заморгала.

У Криса непредвиденный приступ заботы? Или как понимать его поведение?

Замешкалась на секунду. Гордость велела отказаться от подачки, но холод и дрожь взяли своё — я всё-таки приняла чашку, осторожно обхватив пальцами.

И с блаженством прикрыла веки, ощущая, как тепло сразу начинает растекаться по ладоням. Сделала осторожный глоток — во рту распускался терпкий ягодный вкус, а в конце обжигал язык и горло.

Я закашлялась и прикрыла рот тыльной стороной ладони. Теперь понятно, что он плеснул в чай. Но так даже лучше, быстрее согреюсь и нервишки успокою.

— Напомни, что ты на ярмарке делала? — с нарочито удивлённой интонацией поинтересовался дракон, направляясь к хлипкому на вид стулу.

И опустился на него. Несчастный предмет мебели жалобно скрипнул под его весом. Кристиан неотрывно смотрел на меня, закидывая ногу на ногу и склоняя голову к плечу.

Руки сцепил в замок, охватив ими колено.

Я не сразу ответила — утратила дар речи, наблюдая за ним.

Сделала ещё один глоток, позволяя теплу немного притупить дрожь, и отвела взгляд в сторону мутного окна.

Стоило ли ему говорить?

С одной стороны — какое ему дело? С другой… Кристиан всё равно вытянет из меня правду, так или иначе. Или додумает сам, как любит это делать. Что ещё хуже, как мне казалось.

Набираясь смелости, я тихо выдохнула и всё-таки ответила, не глядя на него:

— Мы приехали продавать вещи. Чтобы собрать денег на зимнюю одежду. Выбора особо не было, так что…. А Флоренс, дождавшись, когда я утрачу бдительность, подхватила все вырученные монеты и своё барахло и удрала! Я и побежала за ней. Что мне оставалось?

Повисла пауза. Я покосилась на дракона и тут же пожалела об этом.

Кристиан смотрел на меня слегка прищуренными глазами.

С таким выражением лица, что сердце ухнуло в пятки. Да и в целом, он вёл себя так, будто знал наперёд каждое моё слово, но хотел вынудить произнести вслух.

Лениво потирая подбородок, протянул:

— Значит, вы продавали платья, купленные на мои деньги?

И глаза у него при этом лукаво сверкнули. Он находил ситуацию забавной?

Я поперхнулась чаем.

Кашлянула, резко поставила чашку на подоконник и, подняв подбородок, посмотрела на него с вызовом.

— Раз так — можешь забрать!

И, не дав себе времени передумать, начала расстёгивать пальто.

На секунду дракон растерялся — глаза чуть расширились, брови поползли на лоб. Рука безвольно упала обратно на колено. Некоторое время он тупо наблюдал за моими движениями.

А потом… изумлённо рассмеялся. Меня окатило звуком его бархатного голоса.

Да что же за реакция на дракона такая, а? И как это прекратить?!

— Тебе так не терпиться раздеться передо мной? — успокоившись, протянул Кристиан с явной издёвкой. Искры веселья догорали в его сапфировых глазах. — Не переживай, я предоставлю тебе такую возможность. Но не здесь и не сейчас, Адриана.

Я замерла, одеревеневшие пальцы не успели расстегнуть последнюю пуговицу. Щёки мгновенно вспыхнули, горло дёрнулось. С мороза что ли я туго соображала или это его чудодейственный эликсир из фляги так подействовал?

Стыдобища….

И с чего бы столь разительные перемены в поведении дракона?

— Не льсти себе, — буркнула и начала застёгиваться обратно, но руки не слушались и промахивались мимо пуговиц. — Всего лишь хотела вернуть тебе твои… вложения.

Он небрежно отмахнулся.

— Не торопи события, дорогая. Всему своё время. А сейчас, — он выдержал многозначительную паузу, — давай-ка поболтаем.

— О чём же?

Крис беззвучно хмыкнул, и его лицо разгладилось, снова похолодело и опустело.

— Что на самом деле произошло тем вечером в твоей спальне, м?

Я вздрогнула и чудом не прикусила язык.