Эпилог

Мечта Анабель исполнилась. Она действительно стала править империей черных драконов, правда, не совсем так, как представляла себе в своих мечтах. Императорский венец сдерживал ее личные желания. И теперь ей пришлось забыть о вдовствующем императоре белых драконов.

Но и на этом ее злоключения не закончились.

Для надежности бывшую злодейку заперли в тронном зале, который она не могла покидать, и фактически ее голосом сейчас являлась мама Калеба. Бывшая императрица стала и нянькой и надсмотрщицей в одном лице, но жаловаться она не решалась. Чуяла, что рыльце у нее по брови в пушку…

Но, если уж честно, за Анабель и следить-то особо не нужно было. Она в данный момент больше напоминала послушную марионетку, готовую день и ночь пахать на благо своей Империи.

Тадеуш был лишен всей своей магии и отправлен в ссылку. Он пытался убедить всех в том, что семья Анабель обманом заставляла его исполнять их приказы. Но никто не стал его слушать. Теперь придется старику до скончания дней работать на гномьих рудниках.

Когда мать Анабель узнала о том, что ее дочь стала пленницей проклятого венца, она собрала всю свою семью и бесследно исчезла. Она понимала, что ей придется ответить за свои преступления, и решила, что побег ее спасет.

Но она ошибалась, ведь ей не удастся всю жизнь прятаться. Настанет момент, когда она будет вынуждена остановиться, чтобы перевести дух, и вот тогда мы придём за ней...

Оставлять этих драконов на воле слишком опасно. Скорее всего, они будут пытаться избавить Анабель от артефакта, и, возможно, в итоге им это удастся. А мы с Калебом не хотели терять такую хорошую императрицу, ведь пока она в тандеме с венцом сидела на троне, мы могли не беспокоиться о судьбе империи. Тем более что мы с мужем ненадолго самоустранились, чтобы иметь возможность пожить без всех этих покушений, интриг и предателей.

Мать Калеба спокойно приняла новость о том, что мы собираемся уехать, несмотря на то, что меньше всего ей хотелось остаться одной. Но она прекрасно понимала, с чем связано наше решение ненадолго исчезнуть. Мы не могли оставаться там, где не чувствовали себя в безопасности. И уж тем более мы не хотели, чтобы наш беззащитный ребенок пострадал от рук тех, кто вхож в наш дом. К тому же женщина прекрасно понимала, что Калеб все еще не простил ее за предательство. Да, она никому не желала зла. Но разве это имеет значение, если в конечном итоге она чуть не превратила собственного сына в послушного зомби?

Черные драконы не обрадовались новости о том, что их император решил на время оставить своих подданных и посвятить время семье. Но в то же время многие понимали, что он вынужден это сделать, дабы обезопасить наследника. Мы пустили слух о том, что Калеб с женой отправились в южные страны, но на самом деле мы, конечно, вернулись в гостевой дом Себастьяна и матушки. Петунье пришлось немного поколдовать над внешностью императора. Ведь меньше всего нам хотелось, чтобы кто-нибудь случайно выяснил, где мы обосновались.

Калеб очень скучал по своему дому, и первое время он довольно часто улетал после заката, чтобы проведать оставленные без присмотра владения. Но все изменилось после рождения нашего сына. Как только он взял на руки малыша Константина, он забыл обо всем на свете. Долг перед подданными ушел на второй план. Теперь его интересовало только наше благополучие. Я знала, что это не будет длиться вечно. Настанет тот момент, когда мы будем вынуждены покинуть насиженное место и вернуться во дворец, но сейчас я была безмерно счастлива и не хотела думать о том, что ждет нас в будущем. Тем более что, когда маленькому Константину исполнилось всего полгода, я поняла, что снова беременна. Сказать, что мой муж обрадовался, значит ничего не сказать. Около недели он не мог прийти в себя, раз за разом внезапно появляясь рядом, чтобы приложить ухо к моему животу в надежде услышать сердцебиение малыша. В то время как Петуния ворчала о том, что если Калеб продолжит пугать малыша своим навязчивым вниманием, тот вообще передумает рождаться. Только после этого император стал вести себя спокойнее.

Вторая беременность прошла без осложнений, и на свет появились две прекрасные малышки — Александра и Анастасия. Но на этом наша семья расти не перестала…

Калеб пообещал своей матери, что мы вернемся в империю, как только девочкам исполнится по три года. Но накануне дня рождения наших дочерей я поняла, что со мной что-то не так. Конечно, я сразу поспешила к матушке, которая с широкой улыбкой подтвердила очередную беременность. Как же радовался Себастьян, который успел выплакать все глаза по поводу нашего предстоящего отъезда. Он так не хотел, чтобы мы его покидали, что молился всем известным богам о том, чтобы у нас появился еще один малыш, и похоже, его просьбы были услышаны. Обрадованный Калеб поспешил сообщить своей матери, что мы задержимся еще на три года. Уж не знаю, как она отнеслась к этой новости, но муж заверил меня, что она была рада. Верилось с трудом, но спорить я не стала.

Жизнь вдали от дворцовых интриг пошла нам всем на пользу. Я наконец-то смогла расслабиться и не бояться, что на меня вновь начнется охота.

А вот император не мог хоть ненадолго забыть о том, что нам вскоре придется вернуться в его замок. Калеб заменил всю свою службу безопасности, поставив во главе Левона. Конечно, капитан без раздумий согласился. И теперь мы могли не опасаться, что те, кто должен нас защищать, вдруг нападут, повинуясь чужому приказу.

Через пару лет после вступления на пост, капитан взял отпуск и отправился навестить родных. Вернулся он с женой — с той самой девушкой, которую когда-то любил и не смог уберечь от беды. Конечно, и своих ребят он не оставил, постепенно перетянув всю команду в империю черных драконов. Подданные Калеба побаивались мрачного и немногословного капитана, который по умолчанию значился правой рукой императора. Но Левон не обращает на них внимания — он был счастлив, а это главное. Как он сам говорил, он больше не хотел быть генералом, ведь нашел себе более теплое место.

Профессор после нашей победы над Аннабель отказался покидать гостиницу, заявив, что без Петуньи он никуда не уйдет. Конечно, матушка не собиралась бросать свой дом, только вот и ухаживания профессора она поначалу не принимала. Но этот старичок-боровичок оказался очень настойчивым. Он ей и редкие цветы для зелий приносил, и прочие ингредиенты вроде пыльцы феи и пера феникса презентовал. А однажды приволок крохотную мензурку со слезами единорога. На вопрос матушки, как он смог достать такую редкость, он честно признался, что встретил в дремучем лесу рогатого коня и рассказал ему, как много месяцев пытается добиться ответных чувств от строптивой возлюбленной. И даже единорог не выдержал и разрыдался, сочувствуя отвергнутому профессору. Только после этого сердце матушки немного оттаяло, и она согласилась сходить с ухажёром на свидание. А затем они встретились снова и снова… и по итогу сыграли скромную свадьбу и стали жить вместе.

И если я к новоявленному отчиму относилась вполне благосклонно, Себастьян поначалу неустанно следил за стариком, опасаясь, что тот влез в нашу семью, чтобы побольше разузнать о традициях несуществующих северных троллей. Но в итоге и он успокоился. Точнее отвлёкся на прекрасную степную троллиху Лейлу, которая внезапно появилась на пороге нашего гостевого дома в поисках какой-нибудь работы. Оказалось, что девица сбежала из-под венца и отправилась бродить по свету в поисках нового дома. Конечно, поначалу она была немало удивлена составом нашей странной семейки. Но вскоре прониклась ко всем искренней симпатией. Особенно к нашим с Калебом детям, а те в свою очередь искренне полюбили огромную и добродушную троллиху, которая стала им прекрасной няней. Лейла замечательно разбиралась в растениях и животных, она с трепетом учила наших малышей беречь и ценить дары природы, распознавать по запаху растительные яды, читать следы и общаться с животными и птицами.

Постепенно наш гостевой двор разросся до невероятных размеров, превратившись в крепкое пятиэтажное здание с огромной конюшней и огородом, с которого мы собирали большой урожай. Овощи мы получили благодаря усилиям Лейлы, которой вовсю помогали наши малыши. Мы с Себастьяном продолжали шить на продажу северотрольские одеяла с орнаментом снежинок. И вроде бы уже столько лет прошло с тех пор, как мы начали этим заниматься, а спрос на них никуда не делся и как будто бы даже рос.

В итоге мы прожили в доме моей семьи почти десять лет. За это время у нас родилось пятеро детей: старший Константин, затем Александра и Анастасия, после них Тейрис и самый последний сын — Калеб-младший. И как бы я ни хотела подольше задержаться в доме матушки и брата, пришлось нам возвращаться в империю черных драконов...

За эти долгие десять лет жители нашего городка уже привыкли к тому, что в канун Нового года в нашем гостевом доме проходит величайший праздник, где всех гостей угощают холодцом, оливье и селедкой под шубой, где-то до утра поют песни и водят хороводы вокруг огромной нарядной елки. Где ровно в полночь в небо взлетают настоящие салюты, которые целый год скрупулезно проектирует моя матушка.

Конечно, Петунья и Себастьян не собирались забывать о наших традициях, но я опасалась, что нашим детям уже не удастся побывать на подобном празднике. Хотя муж заверил меня, что каждый год в канун Нового года мы на целых семь дней будем покидать империю драконов, чтобы навестить моих ненормальных родственников. Но тут ещё можно поспорить, чьи родственники более ненормальные.

Когда наша карета остановилась у центральных ворот замка, я почувствовала, как от напряжения дрожат мои руки. Вскинула взгляд и посмотрела на мужа, который сидел напротив с каменным лицом.

— Я бы тоже хотел сбежать, драгоценная моя, — признался Калеб, как будто прочитав мои мысли.

— Так что нас останавливает? — неумело пошутила я.

— Долг перед империей, — вздохнув, ответил он. — Ты ведь понимаешь, что я не могу сбежать?

— Понимаю, — кивнула я, — Но это не отменяет того, что мне очень страшно. Это твой дом, твои драконы, и они готовы ловить каждое твое слово. Но я для них чужая. И останусь такой, что бы ни случилось. И даже то, что наш развод оказался фикцией и с меня сразу сняли клеймо позора — ничего не изменит…

— Ты плохо знаешь драконов, — с усмешкой ответил он. — Та, кто родил императору наследника, превращается для моих соплеменников в богиню. Это, конечно, образно, но теперь к тебе будут относиться именно так. Любой из драконов империи с гордостью и без раздумий отдаст за тебя свою жизнь.

— Это мало похоже на правду, — призналась я.

— Но ты, как всегда, не хочешь спорить при детях, — понимающе кивнул он и улыбнулся.

— Да, — согласилась я и обвела взглядом карету.

Все наши пятеро детей мирно спали, прильнув друг к другу. В этот момент я понимала, что больше всего мне бы хотелось вырастить наших детей подальше от замка. Но Калеб был прав. Империи драконов нужен свой император, и наш маленький Константин должен воспитываться как будущий правитель, даже если мне это не нравится. Я ведь знала, за кого выхожу замуж, и глупо сейчас злиться на традиции, которые мне совсем не нравятся.

Я разбудила детей только тогда, когда карете приблизился капитан.

— Все черные драконы уже собрались на главной площади, — отчитался Левон. — Все ждут только вас.

Мы выбрались из кареты и поспешили к тайному ходу.

До нашего появления перед публикой оставался еще целый час. Драконы собрались слишком рано, и я, как обычно, не понимала их логики. Хотя что тут непонятного? Они очень рады возвращению своего императора и ждут-не дождутся, когда он наконец появится и представит им нашего десятилетнего сына.

Но мне было страшно. Я боялась, что меня все равно не примут и я буду вынуждена до конца своих дней вздрагивать от каждого шороха и ждать, что кто-то нападет из-за спины. Ведь я всего лишь хрупкий человек, а не дракон…

Едва мы добрались до наших комнат, как попали в руки портних и горничных.

Своих детей, а главное их количество, мы тщательно скрывали от широкой публики, поэтому им помогали одеваться капитан и его супруга. Никому другому я бы их доверить не смогла.

Почти час надо мной измывались девушки-драконы. К слову, мне повезло: обычно такие сборы длились по несколько часов. Мои волосы уложили крупными локонами, а затем облачили меня в ярко-синее платье с воздушными рукавами. На шею легло массивное ожерелье с сапфирами, в ушах сияли серьги с такими же камнями. Я обернулась и бросила осторожный взгляд в зеркало, почувствовав, как на глаза наворачиваются слезы. Я так хотела от этого убежать, но вот я снова здесь. Пришла добровольно, еще и детей своих привела. А смогу ли я их защитить в случае опасности?

Почти у всех в этом мире есть магия, и только я, как беспомощный жалкий цыпленок, которому только и остается, что полагаться на защиту со стороны союзников. Меня давно это волновало, но я старалась делать вид, что все в порядке, что мне на самом деле хорошо и без магии. Возможно, первые двадцать лет так и было, до тех покушений, что заставили меня пересмотреть свое отношение к волшебным силам. Ведь что обидно: всем здесь магия достается за просто так. Они могут защититься даже если им это не требуется. А у меня так и не появилось даже крохотной искры, несмотря на то, что мне бы она точно не помешала.

Калеб рассказывал мне о том, что порой таким, как я, внезапно везло, и они вдруг получали магию. Никто не знал, за какие заслуги, но так иногда происходило. Это было скорее исключением из правил, поэтому я не могла винить во всем себя. Просто мне не повезло, и никто в этом не виноват. Я уже тридцать лет жила в этом мире и должна была смириться с тем, что если сила не появилась в первые десять лет, то и рассчитывать не на что.

— Ты готова, драгоценная моя? — спросил император, распахнув двери.

— Готова, — кивнула я, улыбнувшись мужу.

Он приблизился, осторожно взял меня за руку и поднес мои пальцы к своим губам.

— Ты как всегда ослепительна, — не отрывая от меня взгляда, произнес он. — Идем, наши подданные хотят познакомиться с наследником.

Мы пошли к центральному балкону, держась за руки. Просторный коридор был пуст, если не считать одной-единственной горничной, которая, опустив взгляд в пол, следовала за нами по пятам. На середине пути одна из боковых стен разверзлась. За хитрыми дверями тайного хода стояли капитан и наши дети. Горничная, которая должна была изображать нашу тень, восхищенно выдохнула, а я послала ребятам ободряющую улыбку и поманила за собой.

Прежде чем мы с Калебом вышли на балкон, глашатай громко объявил о нашем появлении:

— Император и императрица империи черных драконов Калеб Покоритель Черного Горизонта и Анастасия!

Я сделала глубокий вдох, навесила на лицо улыбку и смело шагнула на балкон. Драконы, стоявшие внизу, громко закричали, приветствуя вернувшихся правителей.

— Старший сын императора и императрицы, наследник империи черных драконов Константин! — прокричал глашатай.

Толпа замерла, во все глаза уставившись на нашего первенца, который вышел вперед и коротко кивнул, приветствуя своих сородичей.

— Александра и Анастасия, дочери императора и императрицы, — продолжил мужчина.

Толпа восторженно зашепталась, во все глаза уставившись на наших златовласых дочерей.

— Тэйрис, сын императора и императрицы черных драконов, — продолжал глашатай.

Драконы стали громко кричать и хлопать в ладоши, обнимая и поздравляя друг друга.

— Калеб-младший, сын императора и императрицы империи черных драконов, — закончил свою речь глашатай и спустился с постамента.

Наступила звенящая тишина. Я отчетливо слышала стук собственного сердца. Во рту пересохло. Я крепче сжала руку Калеба, ища поддержки. Он взглянул на меня и улыбнулся, как будто обещая, что все будет хорошо. Но хорошо не было… Перед глазами заплясали разноцветные искры, и я почувствовала, как температура моего тела стремительно поднимается. Но при этом мне было холодно до такой степени, что меня начала бить крупная дрожь.

— Драгоценная моя, что с тобой? — обеспокоенно спросил Калеб.

— Я не знаю, — прошептала я и опустила взгляд вниз, на толпу драконов, которые практически одновременно начали опускаться на колени и почтительно кланяться.

— Ты меня обжигаешь, — растерянно произнес император, указывая на мою ладонь, но не отдернул руку.

Я взглянула на наши сплетенные пальцы, заметив, что по моей коже пробегают золотые искорки.

— Калеб, что со мной? — выдохнула я. — Что происходит?

— Кажется, ты обращаешься, — тихо ответил он и обернулся к Левону. — Капитан, уведите детей. Похоже, моей жене не терпится полетать...

Я хотела спросить, о чем это он говорит, но смогла издать только глухой рык, который пронесся над склоненными головами черных драконов.

А затем меня ослепил невероятный свет. В груди, как будто что-то взорвалось, и я ощутила настоящую свободу. Как будто вокруг меня лопнул кокон, который мешал мне выбраться из заточения.

Я словно неслась вверх к солнцу, но, приоткрыв глаза, я осознала, что мне это не кажется — я действительно летела, отбрасывая на землю огромную черную тень. Повертев головой по сторонам, я заметила прекрасные золотые крылья, явно принадлежавшие мне. Вытянув шею, я закричала от восторга, выпустив в воздух струю рыжего пламени.

Позади раздался рык Калеба. Я крутанулась в воздухе и взглянула на императора, который уже успел обернуться и спешил вслед за мной. Сделав петлю, я рассмеялась и рванула вперед. Небо, солнце, воздух — свобода! Наконец-то я стала частью этого мира!

Мы летали до самого заката. Я не чувствовала усталости, наоборот, летела бы еще дальше и выше, если бы не дети, которые остались во дворце и совершенно точно ничего не понимали. Мы как раз долетели до нашего гостевого дома, когда я четко поняла, что пора возвращаться к детям. Я сделала над гостиницей несколько кругов, обгоняя супруга, и полетела в сторону империи черных драконов. В сторону моего дома.

Замка, где будет жить первый в мире золотой дракон.

Гостевой двор Себастьяна и матушки

— Смотри, мама! — указав пальцем в небо, прокричал Себастьян. — Там дракон! Золотой дракон!

— А твоя сестра и не могла стать чёрным драконом, — уперев руки в бока, усмехнулась Петунья. — Ну какая же она всё-таки красивая, наша Анна!

— Мам, это разве Анна? Но ведь золотых драконов не существует, — нахмурился тролль.

— Да с чего ты взял?! — возмущённо воскликнула матушка. — Ты ещё скажи, что и северных троллей не существует! Иди уже, горе моё, тебя Лейла заждалась, хочет поделиться с тобой одним секретом.

— Каким ещё секретом? — спросил Себастьян.

— Иди, говорю, пока чем-нибудь не огрела! — приказала Петунья. — И я тоже пойду, нужно начинать готовиться к свадьбе. Нет, ну всё же, доченька у меня просто загляденье. Ни у кого такой красавицы нет… — задержавшись на месте, пробормотала она, смахивая с пухлой щеки слезу и помахала удаляющемуся дракону. — Ох, а ведь нам придется звать на помощь Анну, только она знает, как северные тролли проводят свои свадьбы!