Глава 33

— Зачем мне это пить?

Кориан откинулся на спинку кресла и уставился на меня, соединив кончики пальцев.

— Садиться не собираешься? — взглядом он указал на стоящий напротив стола стул.

— Зачем? Я надеюсь, наш разговор не будет слишком долгим. Видите ли, сэр, у меня полно дел. Леди Ликс приказала привести этот дом в порядок.

На Кориана я не смотрела.

— И как часто это происходит? — спросил он наконец.

От угрозы в его голосе по спине пробежали мурашки.

— Что именно? Я привожу дом в порядок? Видите ли, до недавних пор…

— Как часто, — повторил Кориан, вставая и нависая надо мной, — Лира поднимает на тебя руку? Какого хрена драконьего деда ты молчала⁈

От его окрика я дернулась, и упорно продолжила смотреть в пол.

— Вы это хотели спросить, сэр? Для этого принесли сыворотку?

Кабинет наполнило рычание.

— Мне зажать тебе нос и влить ее в рот силой? Или ты сама ответишь?

Нет, пожалуй, не стоит.

Да что ему нужно от меня? Шел бы… к леди Ликс.

— Сэр, я служанка, — со всем возможным спокойствием ответила я. — Служанки не бегают жаловаться на господ из-за оплеух. Представляете себе такую сцену в полиции, господин Первый советник?

Кориан поморщился.

— Никто не имеет права тебя бить, сколько раз это говорить?

Я фыркнула, и он вдруг повторил:

— Пей.

Пузырек, стукнув донышком об деревянный стол, оказался еще немного ближе ко мне.

Жалко, что здесь нет Уголька, который мог бы потянуться вперед и случайно — совершенно случайно! — сожрать этот пузырек целиком.

— Зачем? Вы хотите задать мне какие-то вопросы? Давайте, что мне скрывать.

Сердце ухнуло в пятки, но я изо всех сил постаралась не измениться в лице.

Пауза длилась довольно долго, а потом Кориан вдруг спросил.

— Ты не дала Лире ключи от малой гостиной. Почему?

— Малой гостиной?

— На третьем этаже.

Ах, той гостиной…

— Лира, как я понял, собиралась все там перевернуть, — снова заговорил Кориан. — Ты не разрешила. Почему?

Я почувствовала, как мои брови ползут вверх. Его в самом деле это интересует? Из-за этого весь спектакль?

— Ты что-то знаешь? — спросил Кориан, побарабанив пальцами по столу. — Про эту комнату? Про то, как она… важна для меня? Готова была терпеть побои, лишь бы не позволить никому навести там порядок. Это… впечатляет.

Его голос на последней фразе прозвучал сдавленно, как будто он до последнего не мог собираться с мыслями и поверить, что говорит именно это.

Я вежливо откашлялась.

— Видите ли, господин Первый советник… — Я замолчала, пытаясь подобрать слова. Ну, и спрятать смех. Какая нелепость. — Здесь такая… ситуация… Я даже не знаю… Не знаю…

— Говори прямо! — рявкнул Кориан, подаваясь вперед.

Да пожалуйста.

— Дело в горлице, — выпалила я.

— В горлице, — повторил Кориан.

— Горлица свила там на шкафу гнездо. Леди Ликс наверняка разворошила бы его, а у там даже птенцы уже вылупились. Надеюсь, сэр, вы дождетесь момента, когда они подрастут, прежде чем их выгонять.

Кориан молчал.

Я смотрела вниз — лишь бы не на него.

Может, мне уже можно идти?

Не собираюсь я дальше с ним говорить! Ни про ту гостиную, ни про… все остальное.

— Господин Первый советник…

— Пей.

Взяв пузырек с сывороткой правды в руки, он ударил им о столешницу.

— Сэр, послушайте…

— Или так, или я вливаю в тебя это силой, — отрезал Кориан, глядя на меня тяжелым взглядом исподлобья. — Выбирай.

— Господин…

— И, раз уж ты так любишь ссылаться на свои обязанности — ты подписала договор и согласилась выпить сыворотку правды, если я прикажу. Пей.

Я попятилась, и Кориан снова рявкнул:

— Пей давай!

Не давая себе возможности передумать, я схватила прохладный пузырек со стола, вытащила пробку и залпом осушила.

Все.

Что ему от меня нужно?

Будет спрашивать про Кори?

Ладно. Ладно!

Когда-нибудь это все равно должно было произойти. Я не смогу вырастить дракона в одиночку, рано или поздно… в Кори проснется вторая ипостась, и я обязана буду решить эту проблему.

Может, оно и к лучшему, если мы с Корианом поговорим сейчас. Только пускай не рассчитывает, что я отдам сына этой… леди Ликс.

Ему придется меня убить.

Остается только надеяться на то, что драконы в самом деле дорожат своими детьми.

Сыворотка правды была холодной и горьковатой — как кожа Кориана в тот единственный раз, когда я поцеловала его в плечо, пока он спал.

После того, как я ее выпила, ничего не изменилось. А что должно было измениться?

Я поставила пустой пузырек на стол и прямо посмотрела на Кориана. Доволен?

Он усмехнулся. Как мне показалось — с облегчением.

— Отлично, — проговорил он, садясь наконец в кресло. — Садись.

— Спасибо, я не хочу.

— Драконьей бабке в задницу, да ты даже под сывороткой… Ладно.

Кориан поморщился и замолчал, отвернувшись в сторону. Сжав руки в кулаки, я ждала вопроса.

— Скажи-ка мне вот что…

— Да, это твой…

— … Почему ты ушла с пустыми руками?

— Что? — мне показалось, что я ослышалась.

— С пустыми руками, Алиса. Какого хрена ты ничего не взяла, ни денег, ни украшений? После развода? Боялась? Тебе кто-то запретил? Как тебе вообще в голову пришло уйти в никуда с голой задницей? Ты настолько идиотка? Я жду ответа.

Кориан уставился на меня тяжелым взглядом фиалковых глаз, на мгновение его лицо напомнило драконью морду.

Раньше, чем я успела себя остановить, я выпалила:

— Потому что мне было слишком больно, сэр. Я вообще не думала о вещах.

Чтоб его!

Это проклятая сыворотка работает! Иначе я бы скорее отгрызла себе язык, чем в чем-то таком призналась!

Один бог знает, что еще я разболтаю. Кориан одним движением пальца только что защелкнул замок двери кабинета и тяжело прищурился.

— Объяснись, — приказал Кориан. — Что значит — больно? На тебя в моем доме кто-то поднимал руку?

Его кулаки сжались, я сглотнула и ляпнула раньше, чем успела подумать:

— Нет, только шептались за спиной.

— О чем?

— О том, как Первый советник мог взять в жены такую деревенщину.

Кориан кивнул и отвел взгляд.

— Почему ты молчала?

— А как я должна была поступить?

Чтоб его, эта сыворотка работала… как вино, только хуже. Мой язык реагировал быстрее, чем голова, и я сама не могла предугадать, что отвечу в следующую секунду, я и свое тело-то с трудом контролировала.

Дернув головой, Кориан встал и, обойдя стол, приблизился ко мне. Он молчал и, когда я уже понадеялась, что допрос окончен, спросил:

— Кто помешал тебе забрать драгоценности?

Я нахмурилась. Вспомнить бы тот день…

— Никто, — одновременно с этим выпалил мой рот сам по себе.

— Почему ты их не взяла?

— А почему я должна была их взять? Господин Первый советник, я уже сказала: я не думала о таких вещах.

— А о чем ты думала? Надеялась, твой любовник будет тебя обеспечивать? Он же…

— У меня не было никакого любовника.

Повисла тишина. Настолько звенящая, что я услышала, как на первом этаже леди Ликс отчитывает кого-то из строителей.

— Вы должны проследить, чтобы строителям заплатили, господин первый Советник. Леди Ликс…

— Плевать на строителей, что ты только что сказала? — Кориан схватил меня за локоть, и я пожалела, что не успела вовремя отшатнуться.

Попыталась вырваться, но, как это бывало обычно, рука Кориана только стиснула меня сильнее.

— Что значит — у тебя не было никакого любовника?

Я нахмурилась. Очень хотелось дать Кориану по лицу, закончить этот разговор и уйти, но слова уже полились изо рта совершенно без моего участия:

— Потому что я всегда любила только вас, господин Первый советник. Я даже не думала о том, чтобы завести любовника. Я мечтала, чтобы вы меня поцеловали. Чтобы тоже меня полюбили.

— Ты издеваешься? — Кориан встряхнул меня, его глаза загорелись огнем. — Я стащил с тебя конюха в то время, что вы развлекались! Или скажешь, что в тот день…

— Я вообще не помню тот день, — перебила я и почувствовала, что сыворотка правды наконец-то… немного ослабляет действие.

Потому что, если бы она до сих пор работала, как надо, я бы рассказала и о том, как в тот день старательно отвоевала кухню, чтобы приготовить Кориану ореховые кексы с кремом — этот рецепт я узнала у приютской поварихи, которая когда-то работала на кухне аж у барона. В приюте таких продуктов, понятное дело, не водилось, но рецепт я знала наизусть. И вот наконец нашла повод попробовать.

Разогреть духовку, перемешать муку и миндаль, добавить яйца, приготовить крем для украшения и растопить шоколад для начинки…

Я так хотела, чтобы ему понравилось! У него же скоро день рождения. Я так хотела его порадовать.

В ночь накануне Кориан был со мной очень нежен. Остался в спальне, а утром, уходя, погладил по щеке.

Мы из-за чего-то засмеялись, хотя я уже не помнила, из-за чего.

Стало так… хорошо и тепло.

Мне казалось, я на всю жизнь запомню, как Кориан обнимал меня ночью — уже во сне. Как утром мазнул губами по щеке и совершенно недовольно пожаловался на дела в столице, которые не получится отложить.

Вернуться он должен был только вечером, я надеялась, что успею с кексами к его приходу. Они должны были получиться вкусными — и получились! А уж какой был аромат…

Даже экономка одарила меня уважительным взглядом, пробормотав что-то про «леди не стоит много времени проводить на кухне, это неприлично!»

Но кого волновали приличия? Кориан как-то обмолвился, что любит орехи, я так хотела его порадовать!

Выставив миндальные кексы со сливочным кремом и шоколадной начинкой на стол, я решила проверить птенца жаворонка, который снова куда-то запропастился, да и на псарню неплохо было бы зайти, к щенкам. Те потеряли маму и отчаянно тосковали.

А потом… потом… потом все — как в тумане.

Пришла в себя я на конюшне от насыщенного запаха лошадей и сена.

«Убирайся. Ты мне больше не жена».

Это было первым, что я услышала, а затем Кориан сжал мое горло. Я сначала узнала его по запаху, по очертаниям тела, по чему-то неуловимому, и только потом зрение ко мне вернулось, и я увидела его лицо, почувствовала хватку на шее.

«Еще раз увижу тебя — убью, — бросил Кориан. — И тебя, и твоего…»

«Кориан, я не…»

Мысли путались, в голове гудело, тело ощущалось… странно.

Что случилось? Я пришла на псарню — и?

Кориан одернул руку и фыркнул:

«Ты в самом деле решилась на это из-за денег? Всего лишь? Настолько их любишь? А с тем недоноском с балкона — ты сговорилась?»

«Я…»

Опустив взгляд, я заметила, что платье на мне мятое, а еще — я вся в сене. Внутри было так… спокойно. Кажется, я даже улыбалась.

'Чего тебе не хватало? Драгоценностей? Денег?"

Мысли были неповоротливыми и тяжелыми.

А спустя какое-то время вместо Кориана появился поверенный и с ледяной вежливостью велел мне собирать вещи и подписывать бумаги о разводе.

Потом я уже вспомнила чуть больше. Например, мужчину рядом со мной, его руки и поцелуи. Не Кориана — от этого было противно.

Как так вышло?

Когда-то я ломала над этим голову, плакала, мечтала получить возможность и объясниться, а потом поняла, что это — совсем не важно.

— Что значит — не помню? — прищурился Кориан и подался вперед.

Я в очередной раз попыталась стряхнуть его руку.

— То и значит. — Коварная сыворотка наверняка все еще действовала, потому я добавила: — Мне было больно, я очень вас любила. Потому не думала о драгоценностях.

Кориан молчал.

— Я могу идти, господин Пер…

— Почему ты ничего не сказала? — перебил Кориан.

— Господин Первый советник…

— Хватит «советникать», молчала ты какого хрена драконьего деда⁈ — рявкнул он. — У тебя что, язык отсох сказать, что ты ничего не помнишь? Тебя притравили чем-то или…

— Да какая разница? — не выдержала я. — Пустите!

— Какое пустите? Ты ополоумела⁈ Почему я только сейчас узнаю, что…

— Потому что это неважно! — выпалила я и перевела дух. — Господин Первый советник, вы вышвырнули меня из своего дома, как нашкодившего щенка. Какая разница, из-за чего?

— Если бы я знал…

— Это бы что-то изменило? — вскинула я на него взгляд. Может, мне бы хотелось, чтобы в самом деле изменило. — Вам ничего не стоило меня выслушать, хотя я просила, я это точно помню, — но вы этого не сделали.

— Ты могла просто сказать, и…

— И что? Я уже все сказала — а вы продолжаете держать меня за локоть, хотя я попросила перестать! Пустите! — рука Кориана разжалась, и я отошла. — Пичкаете сывороткой правды, оскорбляете… Какое имеет значение, что произошло в тот день?

— Прекрати. Истерику.

Я засмеялась.

— Я надеялась, что вы меня полюбите. Была тихой, слушалась наставниц, старалась угождать. Хотела стать достойной. А вы меня просто вышвырнули. Какая разница, что тогда произошло? Разбирайтесь с этим без меня, если вам это нужно.

Кивнув сама себе, я направилась к двери и дернула ручку.

— Откройте.

— Этот ребенок, — в спину мне проговорил Кориан, — он…

— Не совсем ублюдок, как вы привыкли его называть. Зачат… — Я набрала в грудь побольше воздуха. — Зачат в законном браке.

Ну вот, сказала.

— Это невозможно, — растерянно проговорил Кориан.

— Думайте, что хотите, господин Первый советник. Пожалуйста, откройте мне дверь.

— Да что ты заладила с этой дверью! — рявкнул он. — Если это мой сын, то мы немедленно едем в столицу, я приказываю Помбри готовить документы — брачную церемонию проведем в ближайшее время. Ты станешь моей женой и…

— Нет, — покачала головой я, оборачиваясь. — Об этом не может быть и речи. Я не стану вашей женой снова. Никогда.

Я думаю, благодарность за кексы Алиса представяла себе примерно так.