Глава 55

Глава 55

Я не сразу поняла, что вслух произнесла последнее слово.

Мейна обняла меня за талию, не позволяя упасть. От её платья пахло мылом и свежей выпечкой. Обычный домашний запах немного успокоил. Я заставила себя сделать вдох, потом ещё один, пока ледяная стена перед глазами не исчезла.

— Простите, — произнёс доктор уже тише. Он осторожно разрезал пропитанную кровью повязку. — Но раны снова открылись. Если продолжите в том же духе, мне придётся их зашивать.

— Зашивайте, — выговорила я сквозь стиснутые зубы. — Только быстро. Мне нужно в библиотеку.

Рука Мейны на моей талии дёрнулась.

Я повернула голову.

Служанка стояла совсем близко, поэтому я увидела, как расширились её зрачки и как бескровные губы приоткрылись в коротком беззвучном вдохе.

— Что с вами? — спросила я, стараясь не вздрагивать, пока доктор промывал рану. Лекарство зашипело на коже, и ступню обожгло так, словно её опустили в кипяток.

— Ничего, ваша светлость, — торопливо ответила Мейна. Она сразу отвела взгляд и стала поправлять мой рукав, хотя в этом не было необходимости.

— Вы побледнели при слове «библиотека», — заметила я. — И теперь пытаетесь сделать вид, что вас заинтересовали складки на моём платье. Получается неубедительно.

Мейна посмотрела на доктора, словно надеялась, что тот спасёт её от ответа.

Он сосредоточенно накладывал новую повязку, но пальцы двигались чуть медленнее, чем раньше.

— После смерти его светлости слуги стараются туда не заходить, — наконец призналась Мейна. Она говорила так тихо, что мне приходилось вслушиваться. — Днём ещё можно, если дверь оставить открытой. Но после заката никто не соглашается даже отнести дрова.

— Почему? — спросила я, чувствуя, как по влажной от пота спине снова прошёл холод.

Мейна облизнула губы и оглянулась на оранжерею.

— Там ходят, — прошептала она, поглядывая на дом. — По ночам. От стола к окну, потом между шкафами. Медленно. И одна нога каждый раз скребёт по полу. Дворецкий клялся, что это старый герцог. Но я не верю в призраков!

Доктор затянул бинт немного сильнее, чем требовалось.

Я почувствовала это, но ничего не сказала.

Старый герцог прихрамывал. И его шаги до сих пор заставляют дом вздрагивать.

Я задумалась. По-хорошему, следовало перестать что-либо доказывать, согласиться на развод, забрать всё, что мне причитается, и бежать отсюда сломя голову. Так бы поступил любой на моем месте. Но не я. В глубине души я чувствовала любовь к Ассеру, который не заслужил этой лжи, желание, чтобы всё снова стало как прежде, и жажду правды. Правду, которая жгла меня изнутри, как калёное железо. Моё имя, моя любовь, моё слово — всё было растоптано похотливым стариком. Обесценено до придорожной пыли. Но я хотела правды. Жадно, до стиснутых зубов и дрожи в руках. Я хотела этой правды больше всего на свете.

— Вы сами слышали? — спросила я, наблюдая за лицом служанки.

Мейна кивнула.

— Вчера я несла дрова, — призналась она. — Было уже поздно, но Гаррет приказал растопить камин к утру. Дверь была заперта, а внутри кто-то ходил. Я вдруг подумала, что управляющий ошибся и покойный герцог ещё… ещё жив.

Её голос оборвался. Служанка прижала ладонь ко рту, словно воспоминание до сих пор вызывало тошноту.

— А потом шаги остановились прямо за дверью, — продолжила она после паузы. — Кто-то положил руку на ручку с другой стороны. Я видела, как она медленно повернулась. Тогда я бросила корзину и убежала. Я так испугалась, вы себе не представляете. Я потом всю ночь не могла уснуть.

У меня занемели пальцы.

— Дверь открылась?