Глава 74

Глава 74

— Как с тобой тяжело, — выдохнул он, потирая пальцами переносицу. — Я думал, что у тебя есть что-то посущественней версии о призраках.

Ступни вспыхнули болью. Колени подломились, и я рухнула обратно в кресло. Деревянный подлокотник ударил под рёбра, воздух вышибло из груди, но я почти не заметила этого.

— Ты же сам видел, как они боятся! — продолжила я, вцепившись пальцами в обивку. — Видел, как гаснут лампы! Они не могут сказать правду, потому что он приходит к ним по ночам!

Ассер закрыл глаза и шумно вздохнул.

— Прекратите, — попросил он едва слышно.

Это был не приказ, а просьба. Уставшая, измотанная, умоляющая просьба.

От этого слова мне стало страшнее, чем от крика.

— Но я сама его видела, — прошептала я, чувствуя, как холодеют пальцы. — Сегодня в библиотеке. Он запер дверь, бросил книгу в камин и пытался меня задушить. Посмотри на мою шею!

Ассер распахнул глаза.

В них больше не было гнева. Только боль человека, которого заставляли раз за разом слушать нечто невыносимое.

— Эльсвита, мне тяжело это слышать, — произнёс муж, медленно убирая руки со стола. — Не смешно. Не оскорбительно. Просто тяжело и тошно. Каждый раз мне кажется, что дальше вы уже не пойдёте. Но вы делаете следующий шаг и приносите новую безумную историю.

Голос Ассера дрогнул. Он отвернулся и подошёл к окну, словно ему действительно стало трудно смотреть на меня.

— Сначала отец оказался похотливым чудовищем, — продолжил муж, разглядывая сад за стеклом. — Потом похитителем. Затем отравителем. Теперь он восстал из могилы, запугивает слуг и душит вас в библиотеке. Сколько ещё последних шансов я должен вам дать?

— Пока ты не услышишь правду, — ответила я и разжала пальцы.

Уцелевшая половина чертежа легла поверх документов о разводе.

Бумага казалась особенно жалкой рядом с гербом королевского суда. Обгоревшая, помятая, с пятнами крови там, где я прижимала её к расцарапанной ладони.

Ассер посмотрел на неё.

— Что это? — спросил он, не прикасаясь к листу.

— План камеры, — объяснила я, следя за его лицом. — Я нашла книгу о перестройке оранжереи. В ней был чертёж. Посмотри на лестницу. Она ведёт вниз, к подземному помещению.

Ассер вернулся к столу и взял бумагу.

Он рассматривал её долго.

Провёл пальцем по сохранившейся линии стены, перевернул, поднёс к свету. Его лицо стало сосредоточенным, жёстким. Передо мной снова стоял генерал, способный найти единственную ошибку в донесении из нескольких сотен строк.

Я почти перестала дышать.

Вот сейчас он увидит.

Поймёт.

Прикажет снова открыть оранжерею, разобрать фундамент, поднять старые записи. Мы найдём камеру. Найдём мою надпись. Серёжку. Следы ногтей на стене.

Ассер медленно опустил лист.