Эпилог

Ри

Когда мы вернулись домой, первые пару часов я раздавал инструкции начальнику стражи, проверял безопасность своей резиденции. И лишь убедившись, что Альме с третьей попытки таки удалось принять человеческую форму и что больше никакой катастрофы в ближайшее время случиться не должно́, – я облегчённо выдохнул.

Я оставил дочь и Криса под надзором самых надёжных людей и, наконец, позволил себе передохну́ть.

Мне было физически необходимо побыть с женой наедине. Этого требовал внутренний зверь, и у меня не было ни малейшего желания ему противиться.

А сейчас…на полу вперемешку с моей формой разбросаны странные иномирные вещи Софи, что неприлично облегали её тело… Которое так подробно должен был видеть только я!

Но злиться всерьёз я сейчас не мог.

Я смотрел вверх.

На травянисто-зелёный балдахин, уютно укрывающий наше брачное ложе. Яркий дневной свет заливал спальню через распахнутые окна.

Затем перевёл взгляд на свою Истинную. Софи прикрыла глаза, она сейчас лежала на моём голом плече. И – я чувствовал – только прикидывалась спящей.

– Софи… – еле слышно позвал я.

Она несколько мгновений пыталась безрезультатно бороться. Но потом широко улыбнулась, не открывая глаз.

Я глубоко вдохнул сладкий запах Софи. Затем прижал её обнажённое тело к себе крепче и тихо низко зарычал ей на ухо. Софи рассмеялась и, наконец, открыла свои бездонные хризолитовые глаза.

Стоило рискнуть. Стоило через всё это пройти, чтобы она снова на меня так смотрела!

И я ни о чём не жалею.

– Когда тебе отчитываться перед королём, Ри?..

– Через три часа надо отбывать порталом в королевскую резиденцию, Софи, – я нежно коснулся её шеи невесомым поцелуем.

Софи снова прикрыла глаза, и из её груди вырвался стон.

– Но ведь ты уже говорила с королевой Викторией, Софи… у тебя был потом такой вид… может, она сказала тебе что-то, что я должен учесть… при докладе королю? – я неспешно выдыхал Софи в шею между короткими поцелуями, спускаясь ниже, к её нежной груди.

– Хочешь поговорить? – Софи вдруг резко вывернулась из моих объятий и оказалась на мне верхо́м, я любовался точёной фигурой своей прекрасной Истинной. Я желал её снова. Немедленно. И опять невольно зарычал.

Софи легко рассмеялась и наклонилась ко мне, я крепко сжимал руками её бёдра, пока мы сливались в глубоком поцелуе. Я касался её губ с неистовой жаждой. Я вспоминал эти мучительные годы – что она ускользала от меня, блуждая между мирами. И я будто сейчас пытался взять за всё. За всё то время, что её не было рядом. А Софи тянулась ко мне, также сильно желая отдать мне… То, что причитается по праву.

Мои руки поднялись выше с бёдер Софи, и я обхватил её тонкую талию, возможно, чуть резче, чем стоило… но желание уже разрывало меня. Внутренний зверь сходил с ума.

Я хотел свою жену так, что темнело в глазах.

***

Софи

Я сижу на своём муже сверху, как наездница.

Мне приятно – оттого, что Инквизитор так на меня смотрит, грудь как будто распирало изнутри что-то тёплое невесомое. Кости становились по-птичьи воздушными.

Этот идеальный мужчина – любовь всей моей жизни. Его руки – крепко сдавливающие мне талию – как будто продолжение меня.

Наши движения – согласованы и мы чувствуем, что нужны друг другу. Я слегка приподнимаюсь – эти сильные горячие руки на моей талии – не препятствуют. Потому что он знает, что я собираюсь сделать…

Я чуть сдвигаюсь, прогибаюсь в пояснице и принимаю мужа в себя…

Горячие пальцы ещё сильнее впиваются в мою талию одновременно с чувством тугой наполненности за лоном. Сладким, абсолютно гармоничным. Мне не больно. Он никогда не делает больно.

Из моей груди вырывается вздох, я совершаю всего несколько интуитивных движений, и мир сразу разрывается фейерверком, а за лоном пробегает первая резкая судорога. Я обмякаю всего на миг, и Ри тут, не покидая моего тела, заставляет меня лечь на спину.

Да, так намного лучше. Мне нравится чувствовать на себе его тяжесть. Он двигается резче, чаще – мир отзывается шумом в ушах и вспышками под плотно сжатыми веками.

Я вскрикиваю. Царапаю широкую спину мужа, откидываюсь на подушки. И всё начинается сначала.

Мне кажется, прошло несколько мгновений, но…

Последнее резкое движение, и Ри на миг наваливается на меня так, что из меня выбивает дух. Приятно. Моё тело накрывает очередная сладкая волна.

Мы лежим рядом тяжело дыша.

– Софи, – горячее дыхание Инквизитора опаляет меня, – мне нужно собираться во дворец… Осталось меньше часа.

– Как, уже? – я резко присаживаюсь на кровати.

Я про…пустила больше двух часов?!

Нервно хихикаю.

А ведь я так и не успела! Я хотела сказать Ри, до того как он пойдёт к Алану на аудиенцию.

Чёрт, теперь придётся говорить быстро и по делу. А я даже не знаю как!

– Ри, дай мне пять минут… понимаешь, когда портал из мира Паучихи открылся в королевский сад Руанда, ты сразу отвлёкся на первый отчёт Алану, а мы с Викторией успели ненадолго пересечься и… действительно кое-что обсудили. А ещё… как это называет Крис, голос моего рода говорил со мной. И у них как бы сходятся показания…Так что… видимо, надо сказать тебе.

– Софи, я не понимаю…

– Не перебивай. Я и сама не знаю как сказать. Если извлечь голую суть…то…

Я смотрю в лицо Ри. Мы оба присаживаемся на кровати, сплетаем пальцы. Инквизитор внимательно смотрит мне в глаза, солнечные лучи из огромного окна играют на его разноцветной радужке.

Он ждёт. А я… я никогда такого никому не говорила! И слова как будто застряли в горле.

– Я… Ри… когда мы с тобой были у меня дома и там…эээ… любили друг друга…

– Я тебя понял, Софи…

– В общем, я… после того раза забеременела! Это произошло буквально только что. Ещё очень рано. Ты не чувствуешь запах, но Вика сказала, через пару дней точно почувствуешь. Сказала, что редко жене удаётся узнать о беременности раньше мужа-оборотня, если он всё время рядом… Но из-за искажений во времени, пока мы прыгали по мирам… всё как бы… случилось уже. Вот.

Я перестаю тараторить, и мы несколько секунд сидим в тишине.

– Софи, – выдыхает Ри, притягивая меня к себе. Аккуратно прижимает к широкой сильной горячей груди. Мы замираем. Он прикрывает глаза и медленно, тщательно втягивает воздух. Как принюхивающийся зверь.

Снова смотрит на меня.

– Софи… я почувствовал бы уже этим вечером, – Ри расплывается в улыбке, – у нас будет второй ребёнок.

Он прижимает меня к себе ещё крепче.

Когда Ри снова бережно опускает меня на простыни и осторожно наваливается сверху – мелькает мысль, что мы опоздаем на доклад к королю Алану.

***

Наспех наброшенное тёмно-изумрудное платье село идеально. Кое-как заколотые волосы всё равно похожи на причёску, которую скрупулёзно заплетали. Всё получается как-то само собой!

Будто недавняя близость с моим Истинным – окрыляет меня.

В белизну арочного перехода мы с мужем ступаем, держась за руки, тесно сплетя пальцы.

Мы оба приглашены в королевский дворец. Будет разговор о судьбе Криса, о моём иномирном происхождении. В общем, король ждёт нас – на итоговый доклад.

Финальный разбор полётов.

Мне почему-то именно так это видится. А вовсе не в формате “поклон вам до земли, дорогие Ри и Софочка за то, что вы, рискуя некоторыми своими частями тела, всех победили и нас спасли, ага”.

А ещё я надеялась, что Ри не откажется от своих прежних намерений и попросит-таки отставку.

В кабинете короля нас встретили…хм… только король с королевой. Камерный доклад намечается, однако! Из серии "Наградят. Догонят и ещё раз нагадят?!"

Так мы и расположились. Королевская чета – с одной стороны длинного стола а-ля "для совещаний" в строгом неуютном кабинете Алана. И мы с Инквизитором по другую сторону.

Плотно занавешенные окна, холодный белый свет пристеночных магических огней, серые стены из полированного камня – всё это угнетает. Герб в виде лупоглазой гигантской волчьей головы неприветливо скалится. Чувствуешь себя нашкодившим щенком против воли, даже если ни в чём не виноват!

Дверь захлопывается. Гвардейцы остаются в карауле с обратной стороны.

– Значит так, – сурово начинает король Алан, тоном, не предвещающим ничего хорошего.

Я напрягаюсь. Но внезапно…

Хмурый король пересекается со мной взглядом. И вдруг светло улыбается.

Я роняю челюсть! Хе-хе. Он это, что ли, умеет?!

А дальше – звонкий смех Виктории.

И атмосфера застенок КГБ рушится, толком не сформировавшись.

А потом… заходят слуги. Приносят изысканные блюда на закрытых серебряными крышками подносах. Молниеносно сервируют стол. Наполняют напитками драгоценные полупрозрачные бокалы на витых ножках и исчезают.

– Значит так… – вновь произносит король, но уже совершенно другим тоном, – Ри, София… я позвал вас сюда, чтобы поблагодарить от лица королевского дома Руанда за службу. Представить вас к государственной награде. Просто провести время, как с личными друзьями моей семьи… и выслушать. Давайте просто поговорим о том, о чём давно должны были. Начнём с Софии…

Я бы подавилась напитком под суровым взглядом короля, но меня уже не проведёшь. Я разгадала, что под этой жесткой, колючей внешностью кроется нежная добрая начинка. Конфетка с пралине-Алан.

– Слушаю вас, Ваше Величество…

– Нет, это я тебя слушаю, София. Для начала я официально давал обещание переправить тебя в родной мир, в случае если ты продолжишь настаивать на разводе с Главным Инквизитором королевства Руанд…

Ри со звоном опускает вилку на свою тарелку.

Я мигом бросаю свои приборы и хватаю Ри за руку, пока тот не озверел.

– Издеваетесь, Ваше Величество? – с укором заглядываю в смеющиеся глаза короля цвета грозового неба, – во-первых, как оказалось, я-ворона…я-ворона…

Я напеваю. Алан удивлённо вскидывает бровь. Вика – снова заливается звонким смехом.

– Хотя нет, – продолжаю я, – это только во-вторых. Во-первых, я не планирую разводиться с господином Главным Инквизитором.

– Даже, наоборот… – вдруг вклинивается Ри.

Я заглядываю мужу в лицо. Он в меру суров. Как бы говорит: “я в тебе, конечно, уверен, Софи, но только попробуй!.. ночью поговорим!”. И мои губы сами собой растягиваются в улыбке. Я ловлю зеркальную улыбку Ри. И не сразу к моему затопленному любовью сознанию прорывается голос королевы:

– Как это “разводиться наоборот”? – отсмеявшись спрашивает Виктория.

– Софи плохо помнит нашу свадьбу, Ваше Величество, – подхватывает Ри, с облегчением выпуская мои пальцы из захвата и возвращаясь к трапезе, – я взял на себя смелость договориться с главным жрецом о повторной церемонии. Чтобы освежить воспоминания. Чтобы моя Истинная помнила важнейший день в нашей жизни не из чужих глаз, так сказать. И жрец, изучив наш случай, дал добро…

Ничего себе! Чего только не узнаешь! И когда только успел…

– Что ж. Раз жрец согласен, не вижу препятствий, – легко соглашается Алан, – теперь хотелось бы чуть лучше понимать про твои скачки́ между мирами, София. Обсудим сейчас и больше эту тему поднимать не будем. Признаться, я думал, что твою душу выбросило в мир, лишённый магии несколько лет назад, когда ты уже была замужем за Ри, после рождения дочери. Но, оказывается, всё было не совсем так.

– Насколько я поняла из объяснений эээ…ну в общем всех, кто мне что-либо объяснял, – протягиваю я, опасаясь сейчас упоминать Криса и его покойного отца – короля Георга, – я родилась в том мире. На Земле. Ну… где нет магии, вы поняли. Потом меня переместили сюда при помощи чёрно-магического ритуала. Сделали помощницей у культистов. Я прожила в Руанде несколько лет. Познакомилась с мужем, родила дочь, и меня выдавили обратно в родной мир. Чтобы моё место занял шпион…Как-то так.

– Что же происходило с физической оболочкой в твоём мире, пока ты отсутствовала? – задумчиво произносит Виктория, отправляя кусочек томлёного мяса в рот, – она же не могла просто пропа́сть…

– Трудно сказать, – пожимаю плечами я, – но насколько я поняла, в моём родном мире время течёт иначе. Там я была двадцатилетней девушкой. Здесь я… хм, как бы постарше. Моя теория такова: в родном мире был со мной случай… когда мне было семнадцать лет, я пролежала в больнице два месяца. Из них двадцать два дня не приходила в сознание в реанимации… Тяжело болела. И странно. Родители рассказывали, что как будто ни с того ни с сего. Просто не смогли разбудить одним утром. Может, за эти двадцать два дня в беспамятстве и прошли несколько лет в Руанде. Культисты, Ри, рождение Альмы… Потом я очнулась там и пропала здесь. Других версий нет.

– Было бы интересно изучить этот вопрос, – строго смотрит мне в глаза Алан, – перемещение по мирам – очень перспективная тема для изучения придворными магами. Я попрошу твоего содействия, София…

– Мы обдумаем вашу просьбу, Ваше Величество, – отвечает за меня Ри.

Алан удивлённо вскидывает брови.

– Мы знаем, что ты слышишь голос своего рода, Софи, – осторожно вклинивается Виктория, как кошка на мягких лапах, – ты должна знать, что… такие перемещения редко случайны. Кто-то из твоих предков обладал больши́м магическим потенциалом. Возможно, бежал из этого мира. Или зачем-то перенёс тебя… Может, спросишь своих предков об этом?

– Спрошу, – вежливо отвечаю я.

Мне хочется прикрыть дискуссию. А в голове хихикает голос бабушки Иды.

"Они правы, Софочка", – смеётся бабушка в моём разуме, – "почти во всём. Они ещё не знают, что дитя, зачатое в твоём родном мире – сможет стать сильным проводником между мирами. Не говори пока, вона какие у них глаза круглые… Обойдутся"

Я улыбаюсь. Я рада, что слышу бабушку. И что это не глюк. А “голос рода”, на секундочку.

– Ладно… – голос короля становится суровее, – а теперь давайте поговорим о юноше, которого привели с собой из-за Грани. О сыне Чёрной Паучихи.

Я перестаю жевать. И деликатесы вмиг теряют вкус. Я чувствую, как Ри напрягается всем телом.

Он говорил, король справедлив. Говорил, “Алан не такой” и не будет уничтожать дальнего родственника – потенциального конкурента за трон Руанда.

Что, если Ри ошибся?

***

Софи

Храм в просторном полуподземном помещении, вроде гигантской пещеры, – как припорошённый золотом сказочный осенний лес. Украшенный нежными белыми цветами алтарь. Сотни свеч в нишах. Немногочисленные молчаливые гости…

Моё платье – длинное пудрово-розовое. И меня трясёт. Почему я так волнуюсь?

Из-за мужчины, от которого у меня уже есть дочь… И будут ещё дети. Из-за мужчины, которого я люблю. И за которого я сейчас снова выйду замуж.

Внутри меня будто трепещет птица. Взволнованно расправляет крылья. Во мне всё такое воздушное. С каждым шагом к алтарю, у которого ждёт Ри, – у меня как будто всё больше шансов оторваться от земли. Ведь она меня почти не держит…

Ри улыбается. Белый парадный камзол с золотыми аксельбантами ему очень идёт. Его невероятные глаза – одни медово-карий, другой льдисто-голубой – лучатся тёплым счастьем. Я боюсь. Боюсь себе поверить.

Неужели такое счастье, которое сейчас затопило меня всю, вообще возможно? Разве оно может уместиться в одной человеческой жизни, в одном дне – в одном подземном храме.

Разве может быть заключено в тексте, что начитывает жрец в золотых одеждах?

А если я умерла и попала в рай?

Чётко помню миг, когда вновь это подумала. Потому что через секунду после этого я вложила свои нервно…сча́стливо… дрожащие пальцы в горячие ладони Ри. Мой муж – мой Истинный мигом притянул меня к себе. И с тех пор я больше не сомневалась в реальности происходящего. Моей семьи. Нового мира. Моего мира.

Ри заключил в объятия. Где-то на краю слышимости тонул возмущённый клёкот жреца – мы действовали “не по протоколу”. Ри обнимал меня крепко, зарывался носом в волосы, прерывисто вдыхал мой запах. А я млела.

И жрец сдался. Добубнил ритуальные фразы. И махнул рукой – было в этом что-то очень земное.

Мы с мужем стояли в обнимку. Тихо посмеивались, Ри нежно касался губами моего виска. Наши пальцы сплетались. Наши мысли сталкивались.

Я проваливалась.

Моя белая птица Соня расправляла крылья и срывалась в бездну счастья. Я заслужила этот полёт. И я точно знаю, этот прекрасный человек рядом со мной – мой муж, мой защитник, моя любовь – срывался вместе со мной.

***

7 лет спустя

Ри

Софи идёт рядом со мной, приминая бескаблучными туфельками сочную траву. В нежно-розовом длинном платье с неброским золотым орнаментом. Высокий поясок под аппетитной грудью, и лёгкие светлые юбки, танцующие от летнего ветерка.

Она не постарела ни на день. Так и должно быть, ведь моя Истинная – чёрная ведьма. Ведьмы, как часто повторяет мне Софи, не стареют. Притом говорит она это с таким видом, будто эти слова имеют скрытое значение, и я должен его откуда-то знать. Но над подобными фразочками Софи до слёз хохочет только королева Виктория.

И, признаться, иногда меня терзает что-то вроде ревности.

К родному миру моей жены, которого я толком не видел, о котором она периодически печально вздыхает, понурив плечики, когда думает, что я не вижу.

Поэтому сегодня я привёл её в сады родового поместья рыжих волков – нашего дома. Здесь, среди зелёных травянистых беседок, фруктовых деревьев, цветущих нежно-сиреневым, я преподнесу ей особый дар.

В годовщину нашей свадьбы… двух наших свадеб – я нарочно организовал повторный ритуал бракосочетания в ту же дату, что и первый – я привёл Софи сюда. Ей уже тяжело. Её третья беременность протекает без особых сложностей, но моя Истинная очень быстро устаёт.

Так что мы должны успеть…

Пока у неё не кончились силы.

Нашему сыну Рэю уже шесть лет, он сидит у меня на руках и сурово оглядывает наш замковый сад. У Рэя пшеничные волосы и зелёные глаза, как у Софи. А ещё Исса, которая пять лет назад вышла замуж за одного из моих племянников, – сына старшего брата и просветлела умом. Исса – золотой оракул – написала мне письмо. Там было сказано, что для моего подарка жене сегодня день самый подходящий. Небесные светила нам благоволят.

А лучший подарок для Софи измыслить трудно!

Крис и Альма идут в нашу сторону с другого конца сада, целомудренно взявшись за руки. Крис уже взрослый мужчина. Альме – лишь недавно исполнилось тринадцать, и я начинаю нервничать, когда они вот так вот гуляют без сопровождения. Я уверен в Крисе. Моём будущем зяте. Я отношусь к нему как к сыну и не сомневаюсь в их с Альмой истинной связи… Однако с энтузиазмом поддержал идею Криса удалиться на обучение в военную академию Руанда на ближайшие пять – шесть лет. Да и хотя Алан не проявил никакого намерения уничтожить дальнего родственника, если Крис после военной академии официально присягнёт нынешнему королю Руанда, лично мне будет спокойнее за Криса.

Вернётся после академии, сыграют свадьбу. И всё. Моё отцовское сердце перестанет болеть. Я перестану рычать и скалиться на бедного парня, который провёл столетия, закованным в алтарный камень… И сразу мне сказал, что для него не проблема подождать двадцати лет Альмы, или во сколько она захочет сочетаться священным браком с ним – своим Истинным.

И всё же… И всё же… Если не отправить его на учёбу как можно раньше… мне есть о чём переживать.

Признаться, в Крисе я был уверен. Я не был уверен в Альме. Норов Софи, шутки Софи... Иногда я смотрю на дочь… и в юной белой волчице с разноцветными глазами узнаю́ свою жену. Иномирную птицу Соню! И, признаться, быть крикливой во-ро-ной моей взбалмошной непоседливой дочери подошло бы куда как больше!

Вот если бы можно было отправить в военную академию не Криса, а Альму… но нет. Как говорит Софи – “шовинистское волчье государство”!

Я только усмехаюсь.

Алан принял мою отставку лишь полгода спустя после победы над Паучихой и её приспешниками. Пришлось побороться. Мне даже пришлось попросить помощи Виктории…

Но как бы то ни было, с тех пор я счастливый муж и отец семейства, не обременённый государственной службой, – могу себе позволить посмотреть сквозь пальцы, как Софи беззлобно критикует законы Руанда. А иногда я могу и посмеяться вместе с женой.

Альма в нежно-лиловом платье. Крис – в неизменном тёмном костюме. "Как жених из "Трупа Невесты", – говорит Софи. Не знаю, что это значит. Но соглашаюсь.

И вновь ловлю себя на ревности к её родине.

К культуре, которая мне неведома, к картинам и музыке… да что там – к воздуху, воде и небесным светилам, которые мне незнакомы.

Именно поэтому мы здесь. В этот день.

Я, Софи, поддерживающая округлившийся животик. Наша дочь Альма и её Истинный Крис. И наш маленький сын Рэй.

Крис сказал, что силы Рэя хватит. Если Крис и Рэй объединят усилия – Софи сможет повидать родных в своём прежнем мире.

У неё будет около часа. Понадобится специальный плоский камень. А также осколок алтаря, через который когда-то Крис поддерживал в маленькой Альме жизнь. Моя дочь так и хранила артефакт на протяжении семи лет. И ещё нужны два мага-порталиста. Крис и Рэй.

Когда Рэй станет старше – мы уже сможем сводить Софи в родной мир в гости. Но сейчас… мы только взглянем за завесу. Предвкушаю, как Софи будет рада…

– Ты доложил о наших успехах Алану? – тихонько шепнул Крис, настраивая артефакт, пока Софи недоумённо хмурилась, а Альма пыталась отвлечь свою маму от нашей возни болтовнёй.

– Я больше не Инквизитор, – пожимаю плечами, – это личное. Это ради моей жены…

Крис кивает.

– Софи, сюрприз готов, – я беру жену за руку и подвожу её к установленному на садовом столике плоскому камню.

Пододвигаю жене стул на извитых ножках. Она садится, и я замираю позади неё, положив руки Софи на плечи. Она пытается спросить меня мысленно. Её зверь пытается спросить моего. Но мы все молчим. Сюрприз. И Софи уже ёрзает на стуле в нетерпении. Альма замирает рядом со мной, обняв себя за плечи и уставившись в плоский каменный срез, исполненный на манер дамского трюмо.

Крис тихонько переговаривается с Рэем в нескольких шагах от нас с Софи. Я понимаю, что мой будущий зять в игровой манере просит моего шестилетнего сына поделиться потоком своей особой силы. Я слышу, как трещат магические силовые разряды. Слышу особый запах – как после грозы – так пахнет иномирная магия – Рэй с такой родился.

Значит, всё получается.

И каменная поверхность пластины-артефакта идёт рябью. Крис кладёт перед камнем тот самый отломок алтаря, что хранила годами Альма. И через несколько мгновений наша каменная пластина становится точь-в-точь как материя алтаря, в котором Крис провёл долгие годы пленником – розовато-серой, полупрозрачной.

Софи ахает. А потом и вовсе вскрикивает и зажимает рот рукой.

Потому что сквозь полупрозрачный камень проступает фигура. Как речная дева, восставшая из глубин, перед нами предстаёт белокурая кудрявая старуха.

– Бабушка Ида! – в восторге пищит Софи, вскакивая со стула и подскакивая к артефакту.

Старуха по-доброму смеётся. Что-то говорит с такими же интонациями, что я привык слышать у Софи. Потом они обе смеются. Моя жена представляет каждого из нас. Меня. Альму, Рэя, Криса. Показывает старухе свой округлившийся живот, поворачиваясь боком и натягивая ткань платья.

Но вот время беседы неумолимо заканчивается.

– Бабуля… – в голосе Софи слёзы, но на губах блуждает светлая улыбка, – мы обязательно постараемся ещё увидеться. Может, с мамой и папой тоже… в следующий раз…

Старуха кивает и обводит странным взглядом поляну и нас.

– А вы на свадьбу, значит, собрались? – вдруг спрашивает иномирная ведьма – я не сомневаюсь, что “бабушка Ида” – самая настоящая ведьма. И разговоры Паулины про “мир лишённый магии” – серьёзное заблуждение.

– Да, – ошарашенно отвечает Софи, – но мы же тебе не говорили…

– У брата короля Алана дочь выходит замуж, мы приглашены, – звонко сообщает Альма старухе. А меня вдруг ошпаривает предчувствие: стоило ли говорить?..

– Предчувствия никогда не были твоей сильной стороной, бывший главный Инквизитор Руанда, – смеётся старуха, явно угадав мои мысли, – а на свадьбу ехать не надо. Всё равно она сорвётся. Братцы-кролики будут ходить с кислыми мордами. А для чего это моей беременной Софочке?

– Почему сорвётся?! – подрываюсь я, – на них нападут?

Что, если это – предвидение могущественной иномирной ведьмы? Надо сообщить Алану. И его брату, королю Аштарии – Джареду. Пусть немедленно примут меры.

А камень начинает гаснуть и фигура старухи рябит.

– Ша, – подмигивает старуха, – без тебя разберутся. Да, сорвётся праздничек. Невесту рогатый демон уволочёт в свой мир… Да ты не дёргайся! Шоб я так жила, как “нападут” на эту свадьбу…

Гаснущее лицо неуместно весёлой старухи-ведьмы переводит взгляд на Софию. И я чувствую поток ментальной магии. Из артефакта – в сторону моей жены. Ласковой, уютной и очень простой. Это что-то… слова или картины будущего. Старуха Ида только что рассказала Софи что-то крайне важное…но что?!

– Не стоит мешать чужому счастью! – снова подмигивает иномирная старуха-ведьма, и картинка окончательно развеивается.

Перевожу взгляд на Софи. Моя Истинная безуспешно пытается побороть широкую улыбку.

– Ри… – Софи делает шаг ко мне и кладёт руки на плечи, – давай-ка мы это мероприятие пропустим. Дома посидим. У нас вот паучок в семье… у них демоны рогатые… пусть цветут все цветы, как говорится.

– Какие демоны?! Принцесса Аштарии выходит за Оборотня-медведя.

Софи тяжело вздыхает. Миг она смотрит на меня как на наивного ребёнка.

– Ри, бабушка Ида права. Предвидение никогда не было твоей сильной стороной.

Конец.