Глава 38

Кирилл

Сегодня первое слушание. Удивительно быстро, как для нашей системы, все потому что есть кому хотеть получить результат.

Самое оно. Но что исключительно поразительное и предвкушающее во всем этом, так это мое спокойствие.

Даже брат косится в мою сторону, когда я, как придурок, лыбу тяну разбитой рожей.

Отмахиваясь тут же, а он на нервах. Наверное, от двух беременных женщин нахвататься успел. Это дело всё-таки нехитрое.

— Ты понимаешь, что это не сработает? Понимаешь? Они все в отказ пошли. Все, млять, в отказ. На суд никто не придет.

Мой арест многих выбил из колеи, прошлые договоренности вдруг сошли на нет. Я получал отказ один за одним, всегда одно и то же: что одна сорвалась с крючка, вторая, третья, и все наработки ушли в канализацию.

Они все смотрят новости. И понимают последствия. Раз уж меня смяли и смыли, есть смысл беспокоиться о собственной безопасности.

Это было вполне закономерно, я бы даже сказал…ожидаемо.

— Аня поговорила с ней?

Лера только с виду вся неприступная, а на деле…человек совестливый, хоть и после всего, что с ней случилось, совесть должна тихо и мирно спать беспробудным сном.

— Да, говорила и что толку? Слилась твоя Лера нафиг, оставила старые фото, по которым ничерта не понятно. Может за уши и потянуть можно, но знаешь ли, так и о внучке на руках у деда можно сказать. К тому же, не забывай, что Фотошоп уже существовал. Да и косвенно все это. Я свято верил, что там будет чуть ли не хоум-видео, а у нас что? Это не сработает, мы его не схватим на хвост, никак млять, не схватим.

— Не кипишуй, просто успокойся. Всему свое время.

— Какого черта ты такой спокойный? Какого, млять, черта, поясни мне? — взрывается брат, хватая меня за грудки.

Встряхивает хорошенько, на что я даю отпор.

— Ты влип в дело, из которого не можешь выбраться сам. Надо было не начинать, раз не продумал все возможные последствия.

— Продумал. Сегодня я выйду отсюда, прямо в зале суда.

Леха прищуривается и с подозрением на меня посматривает, все еще играя желваками. Напряжение клубится. Когда мой брат чего-то не понимает, он всегда бесится.

Вот и сейчас бешенство в нем плещется.

— Подробности дашь? Или я не заслуживаю, пока бегаю тут, решая все твои поручения и следя за твоей же беременной женой? — отходит от меня в сторону и тяжело выдыхает. Обиделся?

Почти. Он не любит не быть в курсе всех событий. А я не привык делиться всем, что знаю, пока не буду уверен во всем наверняка. Считайте, что у меня подозрения по факту ко всем.

Не зря.

Начнем хотя бы с Горского. Я ведь как чувствовал, что он тот еще слизняк.

Дело вовсе не в Ане, хотя и в ней тоже. Я ведь зверею, когда вижу рядом с ней хоть кого-то, тут сложно бодаться с внутренними ощущениями, заставляющими испытывать приступ острой ненависти.

Как же вовремя он появился, словно из ниоткуда, не так ли? И прямо уж так вцепился в Аню, пусть в последний раз мы пересекались в универе.

Да, я нагло отбил ее у него, но и не было там уж таких чувств. Может он и мечтал ее заполучить, но точно не из высоких чувств.

Были бы таковыми, он бы мне прописал в табло и хотя бы попытался бы ее забрать. Попытался бы.

Но он трусливо поджал хвост и смылся в кусты, пряча голову так низко, что фиг откопаешь.

Я не дурак, тут же все пробил, узнал, а об остальном догадался. Не спорю, что он умно подошел к вопросу заметания следов, но я все-таки лучше.

Лучший в своем деле. Сложить несколько интересных фактов в одну картину не представлялось для меня такой уж сложной задачей.

Горский, оказывается, стал игроком. Не самым хорошим, часто проигрывающим, задолжавшим целое состояние человеку, которому отдавать нужно в срок, иначе проблем не огребешь.

В один из таких игровых дней ему напомнили о долге. Головой о бетон до сотрясения, сломали пару пальцев и поставили на счетчик.

Злость берет адская, стоит только вспомнить о нем в деталях. Как он Аню держал за руку, как впутался.

Вот же мразота, да? А еще, выходит, завидуешь мне? Так ты в открытую иди, не прячься за спиной тех, кто сильнее.

Почему в лицо не бьешь “с открытым забралом”?

Потому что страшно? Ты всегда таким был, Горский. Слабохарактерный и беспринципный.

И не мудрено, что при первом же предложении поучаствовать в одном крупном деле, ты с радостью согласился, лишь бы отделаться от долгов и стать ближе к сильным мира сего.

А тут ещё и так удачно, бывший соперник и первая влюбленность. По крайней мере, может же все откатить до “заводских настроек”, да? Вспомнить молодость и стать первым во всем.

Ему обещали много чего, как я узнал. Первым делом — свою юридическую компанию, где его имя будет во главе.

Разумеется, не сто процентов своя, но тоже неплохо, как для человека, который совершенно ничего из себя не представляет.

Все за него будут делать другие люди.

Мои.

— Я нашел заказчика.

— Мы и так знаем кто это, тоже мне новость, — хмыкает брат.

— Ты не понял, у меня есть запись разговора человека, который непосредственно заказал меня. Заказ убийство, заказал все от “А” до “Я”.

Леха переводит на меня задумчивый взгляд, и еще раз обводит комнату для допросов внимательным взглядом.

Нет смысла, ее проверяют каждый раз, прежде чем мы сюда заходим. В чем-то есть прелесть брата в органах.

— Марк покажет.

— Откуда информация?

— От исполнителя, — припечатываю фактами, а он упирается кулаками в стол.

Вообще мы работали в другом направлении и выцепили записи с камер видеонаблюдения в доме напротив.

Как прекрасно, что есть люди с манией преследования.

— И с чего вдруг?

— Ему не заплатили столько, сколько обещали. Нормальная практика у Горского, как я погляжу. Он пришел к Марку и предложил всю информацию на заказчика при определенной плате. Мы согласились, и как видишь, не зря.

Кивок. Неужели везет как никогда ранее?

— Надо быть максимально готовыми, Кир. Это все крайне подозрительно, задницей чую, что сейчас вылезет ещё что-то. Не подтасовка? Пробили чела? Может давай я гляну.

— Пробили, обижаешь. Все будет как и должно быть, удачно. У меня иначе никак. За Аней следи, пожалуйста, следующий шаг будет с ней, потому что Горский явно хочет забрать ее себе.

— С Аней все хорошо, полощет ее только. Моя ее к врачу поведет. Нормально все, не парься.

Не парься. Сказать такое легко, а вот сделать крайне сложно. Киваю в ответ, а сам понимаю, что собраться сложно.

К жене хочется и на отдых, и чтобы никакая падла не побеспокоила. Никакой работы, никаких проблем. Ничего.

— Крестным будешь? — вырывается из меня тут же.

— Это ты спешишь.

— Топор войны закопать охота, — хмыкаю, улыбаясь криво.

Мы потеряли много времени, но сейчас уже, анализируя все с высоты прожитых лет, на ситуацию я смотрю под другим углом, конечно.

Разные мы, как ни крути, но стержень один. Архангельский.

— Куда я денусь с подводной лодки?

Спустя три часа начинается заседание суда, где Марк, мой второй адвокат наряду с Власовым, просят приложить к делу новое видео-доказательство.

— Протестую, не было заявлено.

— Протест отклонен, показывайте запись.

Судья хмурится, на меня бросает беглый взгляд и снова внимание на зал переводит. Слышится протест из толпы.

Слушание показательно открытое. Тем лучше для нас всех, пусть покажут истинное лицо…

— Тишина в зале!

Запись показывают на экране. Все замирают. Крупный план. Птичка вылетела из гнезда. Да начнется игра.

— Думаю, за такую работу справедливо заплатить пятьдесят тысяч зелёными. Половину сейчас, половину после. Нам нужно максимально аккуратно поработать. Чтобы ни одна тварь не подкопалась. С девчонкой тоже максимально осторожно, чтобы не было никакого другого варианта, кроме одного. Не мне тебя учить. Никаких свидетелей. Камеры отключим. Будет работать только одна, ты зайдешь со слепой зоны. Там выход с паркинга. План передам позже.

— Ваша честь, протестую! Это может быть искусственный интеллект! Вполне очевидна манипуляция, монтаж, — сторона обвинения сейчас взорвется.

— Ваша честь, мы провели экспертизу в трёх независимых лабораториях. Каждая выдала заключение, которое подтверждает подлинность. Не было произведено никаких манипуляций. Но также мы готовы пройти еще одну экспертизу в государственном учреждении. В любом случае, мы видим, что моего подзащитного нагло подставили, и мы считаем, что следствие должно продолжаться. А невиновность моего подзащитного не вызывает никаких сомнений, потому что за несколько минут до убийства он вышел из квартиры погибшей. На тот момент она была жива. Могу ли я попросить включить видео со скрытых камер наблюдения дома напротив? Ещё одно доказательство, ваша честь. Мы увидим, что в квартиру вошёл некто третий. И этот человек не мой подзащитный.

— Протестую!

— Протест отклонен. Включайте.

Зал оживает, начинается возня, крики и шум. С интересом наблюдаю, как некоторые личности ныряют в толпу и покидают зал суда.