Глава 37

– Шейх Карим просил отвести вас с детьми на помолвку Хусейна, – официально, открыв дверь перед Аишей с малышом на руках.

– Ты что, заделался личным шофером?

– Если так надо, то буду им.

Аллах, зачем ты уготовил мне такую отвратительную судьбу? Зачем заставил меня пойти на уступки шейху Кариму. Сколько раз я жалел о своем согласии? Сотни, тысячи раз. С чего он взял, что Аиша не выгонит меня из дома, а он сможет найти способ вытащить сестру из западни?

Если мне не удалось договориться с собственной сестрой, то как я мог найти общий язык с сестрой шейха?

– Карим помыкает тобой как хочет. Я думала, ты его ненавидишь.

– Ты тоже ненавидишь своих братьев, но навестила Хусейна в клинике и согласилась поехать на помолвку.

– Он мой брат. Если Аллаху угодно, я сохраню наши семейные узы. Дети, вы готовы?

– Да!

Близнецы выбежали из виллы, за которой закрылись железные ворота, и залезли на заднее сидение, пока Аиша пристегивала малыша Абдулу в детском кресле и уселась рядом с детьми. Я закрыл дверь и сел за руль.

– Мам, а мы скоро приедем?

– Мам, Хабиб назвал меня Шайтаном.

– Дети, – мягко, но в то же время строго шикнула Аиша. – Что вы обещали делать на помолвке дяди Хусейна?

– Вести себя хорошо, – хором ответили они.

– Вот именно. Аллах будет добр к вам, если вы не будете называть брата Шайтаном и капризничать на празднике. Все, заводи мотор, поехали.

Это что, ко мне обратились? Судя по строгому взгляду женщины в зеркале заднего вида, я оказался прав. Аллах, у меня и правда создалось ощущение, что мной помыкали как хотели. И если к мужу сестры я относился более снисходительно, то не потерплю такое отношение от чужой женщины, какой бы статус она не носила.

– Послушай, – я повернулся лицом к Аише и четко произнёс: – Я не твой личный водитель, не слуга и даже не охранник. Я здесь по просьбе твоего брата, остальное касаться тебя не должно. Аллах не терпит превосходства над другими, и он припомнит тебе это в судный день.

Я готов был столкнуться с новой волной агрессии, посланной Шайтаном в тело шейхи, но столкнулся с перепуганным женским лицом и взглядом в сторону переднего пассажирского сидения.

– Поехали, чего стоишь?

Рядом со мной уселся мужчина в белой кандуре и красной куфие. Его лицо показалось мне знакомым, но в первые секунды я не узнал его и не понял страх Аиши, пока она не выдохнула волнительно:

– Мактум? – удивилась Аиша. – Ты говорил, что у тебя дела…

– Они отменились. Езжай.

– Мактум…

– Молчи. Не раздражай. Поехали, говорю.

Я почувствовал резкий прилив злости, словно Шайтан поджидал рядом и подливал топливо ярости в мой организм. Эта семейка доведет меня до сатанизма. Сначала она приказывала, затем он. Еще один принц, не терпящий слова «нет».

Аллах, дай мне сил…

Я мельком поймал обеспокоенный золотисто-карий взгляд в зеркале заднего вида, прежде чем Аиша опустила глаза. Странно, что мальчики сидели смирно и не шумели, когда отец сел в салон.

Я стартанул слишком резко, но через пару километров снизил скорость. Мактум едва успел схватиться за ручку над головой, но не произнёс ни слова возмущения, лишь фыркнул. Аиша дала детям наушники и планшеты, как я понял, с развивающей игрой, и мальчики увлеклись ею настолько, что не замечали накаленной обстановки вокруг. Говорили, дети чувствовали эмоции взрослых лучше, чем мы.

– Если ты и дальше будешь ездить как турок, мы наймем нового водителя, – внезапно выдал Мактум.

– Я не водитель, а брат Амины.

– А, брат той самой феминистки? Зря, конечно, Карим ее выбрал. Слишком своенравная.

Не срываться. Аллах, дай мне терпения.

– Она хорошая девушка и ждёт моего племянника, – робко выдала Аиша с заднего сидения.

– Клянусь Аллахом, я ещё на неделю запру тебя дома, если ты не перестанешь перечить.

– Не говори так с ней!

Аллах! Зачем я открыл рот? Ни один мужчина не должен вмешиваться в чужие отношения. Может, Аиша заслужила подобное обращение? Заслужила грубость мужа? У нее тоже непростой характер. Однако мама всегда учила меня оберегать женщин. Оберегать сестру, брата, что бы ни случилось.

Я обещал шейху Кариму позаботиться о его сестре так же, как о своей Амине. Но было что-то ещё. Что-то, заставившее сопротивляться жесткой натуре шейха Мактума.

– Что ты сказал?

Руки мужчины сразу же потянулись к моей рубашке и дернули за воротник.

– Я за рулём!

– Ты перечишь будущему королю Саудовской Аравии!

Вообще-то шестому в очереди на престол, но я решил не упоминать этот факт в такой момент, а сосредоточился на том, как остановить машину. Обочин вокруг не было, остановка в ближайшие два километра запрещена, потому что мы ехали по эстакаде.

– Мактум, успокойся! – послышался позади визг Аиши.

– Ты поплатишься за свои слова! Аллах сократит твои дни и приготовит тебе отдельный котел в аду!

– Мактум! Мы в дороге! Ты пугаешь детей!

– Заткнись! Еще одно слово, и я разведусь с тобой и отниму детей! Ты никогда их не увидишь!

Аллах! Как он мог говорить такое при своих детях? Хорошо, что близнецы сидели в наушниках и ничего не слышали, а Абдула был ещё слишком маленьким для понимания взрослых разговоров.

Я едва справлялся с управлением под натиском этого мужчины, чувствовал, что движение не принадлежит мне. Даже скорость толком не мог снизить. Аллах, спаси нас.

– Мактум, оставь Джахида в покое!

– Я развожусь с тобой! – крикнул он, не отпуская мой воротник. – Я разв…

– Джахид!

Передо мной внезапно оказался столб, и мы вот-вот врежемся в него.

Аллах, защити нас…