Глава 17

Лоб Нечаева разглаживается от напряжённых морщин и мужчина расслабленно откидывается на спинку стула. – Присматривал за тобой. В моих глазах, видимо, застыл настолько очевидный вопрос, что мне не нужно его озвучивать. – Всё началось вот с этого, – Олег тыкает пальцем на мои запястья. – Мне сразу стало понятно, дело рук мужа. Просто не мог вмешиваться в чужую жизнь без особой причины. Многие семьи терпят так десятилетиями. Если бы ты попросила, даже тогда мне бы пришлось несколько раз подумать: надо ли мне влезать в это? Но это про стандартные бытовые ссоры. А то, что ты мне сейчас рассказала – исключительно. Это слишком даже по моим меркам. По телу пробегает дрожь, природа которой мне неизвестна. Всё верно, и всё идёт по порядку. – Даже если у него есть куча связей и он начнёт тебя искать со всеми собаками города, то сюда доберутся нескоро. К тому же… У меня тоже ещё остались тут свои люди. – Ты… Ты не ответил тогда на сообщение. Почему? Мой голос звучит тише, чем я хотела, но он всё слышит и понимает. Нечаев подаётся вперёд и кладёт локти на колени. – Не написал – не значит «не среагировал». Мои удивлённо хлопающие ресницы, похоже, забавляют Олега. – Почти каждый день по ночам парковался чуть поодаль от твоего дома, там, где был хороший обзор. Если бы вдруг что-то произошло или ты выбежала из дверей со слезами, то попала прямиком в мои руки. В его голосе слышатся нотки смеха. Неужели эта ситуация его забавляет? – Если бы произошло нечто критичное, ты бы дала о себе знать снова. Но нет. Такая черта часто присутствует в женщинах: написать в порыве чувств, а потом забыть или остыть. Ну или что-то подобное. Вздрагиваю. Женщины? Господи, какая я дура. Нечаев – такой красавчик. Конечно, за эти годы у него была не одна. А может, он даже женат? У него там, в другом городе семья, дети? Разумеется, в таком случае ему забавно ловить мой взбудораженный взгляд. Дура. – Тем не менее ночью снова приехал и как раз вовремя. Стал свидетелем усиленной охраны, суматохи. Потом увидел, как выносят мужчину, а затем и сажают тебя в ту же машину. Мыслей оказалось много. Особенно когда их маршрут привёл к клинике. Чуть подождал и забеспокоился. Вот и написал. – И в очень нужную минуту, заметь. – Мой взгляд подобрел и стал светлым от благодарности. Тело не обмануть: рот распахивается в непроизвольном, но сладком зевке, а глаза начинают слезиться. Нечаев с пониманием кивает в сторону подушек. – Тебе нужно поспать. Я слабо пытаюсь спорить: – Но ты ведь тоже не спал всю ночь. Останешься? Не позволю садиться за руль в таком состоянии… Мой голос становится всё слабее. Олег мягко усмехается: – Останусь. Лягу на диване. – Но в неудобной позе не выспаться. Пожалуйста, прошу, полежи со мной. Не оставляй одну. Плевать, есть ли у него женщина. Это единственный человек на белом свете, кто понимает меня, знает всю историю и помогает, хотя не обязан. А ещё, сейчас, возможно, последний шанс побыть с ним наедине и просто уснуть рядом, вдыхая аромат его тела. Кто знает, что будет завтра… Может быть, Витя меня быстро найдёт и мне больше не увидеть Нечаева Олега никогда. Снова длинный зевок, и я укладываюсь на подушку. Голова такая тяжёлая… Глаза закрываются. Чувствую, как на кровать опускается ещё один человек. Тревожные мысли куда-то улетучиваются. Пусть Нечаев и ведёт себя сдержанно, но мои руки уже нагло скользят по простыне в поисках пристанища. Наконец, нащупываю его ладонь и перекатываюсь ближе, также не открывая глаз, чтобы не видеть его лица. На нём может быть усмешка. Или укор. Жалость… А это было бы хуже всего. Прикладываюсь к широкой и твёрдой груди Нечаева и ощущаю, как он мягко обхватывает меня, прижимая ближе. Ни слова. Они не нужны. В нос проникает ни с чем не сравнимый, его личный аромат. Лёгкие нотки дезодоранта украшают и дополняют композицию. Слышу, как ровно бьётся сердце под мышцами. Моя голова поднимается и опускается с ним в такт. Олег монотонно поглаживает меня по волосам. Интересно, о чём он думает в этот момент? Проклинает тот день, когда ему в голову пришло поехать в книжный магазин? Планирует действия на случай, если объявится Сухожилов? Прокручивает варианты развития событий? Решаю ничего не спрашивать. Дать ему время осознать, тщательно проанализировать. Но любопытство побеждает и заставляет меня осторожно отрыть глаза. Вижу перед собой чёрную гладь натянутой футболки. Сбоку на постели лежит свободная мужская рука, сжатая в кулак. Олег злится? Нервничает? На свой страх и риск чуть отодвигаюсь назад и поднимаю голову. Внезапно встречаюсь с пристальным голубым взглядом. При свете солнца его глаза просто волшебного цвета. Они блестят и переливаются. Зрачки чуть двигаются из стороны в сторону, изучая моё лицо. Нечаев выглядит спокойным. Даже слегка весёлым. Едва уловимо. После нескольких секунд нашей игры в «гляделки», он неожиданно стремительно приближается ко мне и нежно прижимается своими губами к моим. От удивления перестаю дышать, а распахнутые до этого глаза медленно прикрываются, дабы не отпугнуть момент. Сквозь бурю эйфорических ощущений прорывается нелепая мысль: я не знаю, как реагировать и что делать. Расслабляюсь, и сквозь приоткрывшиеся губы в мой рот тут же проникает жадный, но осторожный язык Нечаева. Он словно ждал приглашения, и теперь, когда моё тело уступило ему, этот мужчина скользит своей рукой по позвоночнику. Ладонь надавливает меж лопаток, прижимая меня вплотную к его груди. Моя голова запрокинута, наши языки сплетаются в немыслимых узорах. Комната вокруг перестаёт существовать. Она просто качается на волнах наслаждения, а после расплывается, оставляя только кровать. Чувствую её мягкость спиной, когда Олег резко перекатывает меня и оказывается нависшим сверху. В этот раз я не прячусь, а впиваюсь внимательным взглядом прямо в его улыбающиеся глаза. – Что происходит? – шепчу, но не слышу собственного голоса от волнения. – Зачем ты… Он не даёт мне договорить, слегка прижав ладонью рот. Его лицо опускается к моей шее и начинает так ласкать нежную кожу, что не сдерживаюсь и с тихим протяжным стоном откидываюсь на подушку, одновременно коснувшись пальцами тёмной макушки. Будто говорю: только не останавливайся, не сейчас.