Глава 24

– Ты сегодня превзошла себя, – гордо произносит Нечаев, вытирая полотенцем мокрое лицо. – Ещё бы несколько дней таких тренировок, и начал бы беспокоиться, что ты меня однажды уделаешь. Я сижу на кровати, перебирая мокрые волосы, и смеюсь, слыша в его словах шутку. Впрочем, помимо подтрунивания есть ещё кое-что. Уважение? Одобрение? При любом варианте приятно. – Всё благодаря тебе. С нетерпением буду ждать того дня. Нечаев легко хмыкает, бросает полотенце на стул и потягивается. – Завтра у меня тренировка, последняя перед боем. Мне нужно будет уйти на несколько часов, но потом ненадолго вернусь. Чем займёшься без меня? Я задумываюсь. После всех этих дней в бегах и тревоге остаться наедине с собой кажется странным. Но наверное, мне это и нужно. – Повторю приёмы, которые ты мне показал. Подумаю о будущем, – произношу это осторожно, негромко, проверяя, как звучат эти слова вслух. Олег кивает. – Хороший план. А пока предлагаю сделать что-то небоевое. Мы оба заслужили отдых. Если заниматься без передышек, можно скоро выдохнуться, а на важный случай сил совсем не останется. Понимаю прекрасно. У самой мелькают подобные мысли: с непривычки тело настолько ломит, что не уверена, смогу ли сопротивляться, если, к примеру, ночью на меня нападут. Но не расслабит ли предложенный отдых слишком сильно? Нечаев заказывает еду из гостиничной кухни в номер: горячий, сытный ужин, какого давно не было. Я сижу на кровати, укутанная в тунику из простыни, скрестив под собой ноги. Постиранная одежда сушится в ванной. Неспешно ем и прислушиваюсь, как по желудку растекается приятное, но тяжеловатое тепло. Олег напротив меня, жестикулирует насаженным на вилку куском мяса и рассказывает про то, что он делал после выпускного, как проходил сложный отбор на региональные и тренер пророчил великое будущее. Мы оба не заметили, сколь стремительно пролетело время, а на улице стало совсем темно. Ужин прилично меня разморил, и глаза начинают медленно закрываться. Резко распахиваю их и ощущаю, как невидимый механизм тянет их обратно вниз. Нечаев тоже замечает. – Я редко так ем. Особенно перед боями, – говорит он, уваливаясь на кровать рядом со мной. – Обычно строгий режим, но сегодня позволил себе сделать исключение. Ради компании. – Ты так серьёзно к этому относишься? – Спрашиваю негромким затухающим голосом. На моём лице блуждает лёгкая улыбка, а тело благодарно расслабляется. Олег привычно закидывает руку за голову и поворачивает лицо ко мне. – Разумеется. Моя работа, призвание – не просто махание кулаками. Это дисциплина, стратегия. В ней есть своя красота, если понять суть. Почти такое же искусство, как твои любимые книги. Задумываюсь. Раньше не воспринимала драку как нечто большее, чем грубую силу. Вообще, не интересовалась обратной стороной того, что иногда смотрел Сухожилов по телевизору. Но, глядя на Олега, на его точные, выверенные движения, начинаю видеть это по-другому. – В школе ты думал, что станешь боксёром? – Прижимаю голову к его прохладной и мерно вздымающейся груди. Чувствую, как тело вздрагивает, издавая немного нервный смешок. – Нет. Тогда просто хотел быть сильнее. Потом втянулся. А через несколько лет понял, что это единственное, в чём я действительно хорош. – Неправда, – тихо произношу, не подумав. Он опускает на меня взгляд, и что-то тёплое вспыхивает в глубине зрачков. Всем видом даёт понять, что сейчас мы действительно будем лишь спать и ничего более. Ночью мне не удаётся заснуть. Свет выключен, а на стенах изредка вспыхивают отблески фар попуток, направляющихся в другие города. Со страхом провожаю их глазами и опасаюсь увидеть, как этот тускловатый свет остановится прямо напротив наших окон. Оттуда выдвинутся три угрожающих тени: худая и длинная, низковатая и безволосая, средняя… Олег лежит рядом, неподвижный, как камень. – Спишь? – Тихо, наугад шепчу я. – Нет. Несколько секунд молчания. – Нервничаешь перед боем? Слышу, как он слабо фыркает в темноте. – Нет. К такому уже давно привык. Скорее, из-за всего остального. Отлично понимаю, что Олег имеет в виду. Даже перечислять для самой себя нет нужды. Завтра он уйдёт на соревнования, а я останусь наедине со своими страхами. Что будет после того, как вернётся? Куда мы направимся? Где станем прятаться на этот раз… Нащупываю мужскую руку и сжимаю. Почти неосознанно. Он не противится. – Всё будет хорошо. Нечаев не отвечает, но его пальцы чуть сильнее сжимают мои. Этого достаточно, чтобы удовлетворённо вздохнуть и прикрыть глаза. *** Утром Олег уезжает на тренировку, легонько чмокнув меня в макушку. Гостиничный номер становится совершенно тихим и пустым. Чувствую себя странно. Словно он забрал с собой какую-то невидимую защиту, и теперь мир снова стал враждебным. Не рискуя выходить во внутренний дворик в одиночку, решаю повторить некоторые приёмы прямо в центре комнаты. Тело тут же встречает упражнения уже знакомой тягучей болью, но мне всё равно. Несколько раз останавливаюсь, чтобы сделать передышку и выпить воды. Олег говорит, что организму нужно больше жидкости, чтобы избежать обезвоживания и упадка сил. И всё равно, через ужасно долгий час мне приходится с шумным выдохом опуститься на кровать и откинуться на подушки. В ушах громко стучит, виски начинают полыхать огнём и раскалываться. Закрываю глаза и вспоминаю в малейших деталях руки Нечаева, поправляющие мои стойки и блоки во время тренировок, спокойный, уверенный голос. Он служит для меня примером выносливости, самообладания. Интересно, как проходят сейчас спарринги у него? С новой и неопытной подопечной Олег, наверняка потерял немало сил… Переживаю за него как никогда. Позднее Нечаев возвращается, сосредоточенный, в глазах – напряжение. Мы обмениваемся взглядами, но он ничего не говорит. Просто кивает мне – мол, всё в порядке. Понимаю, Олег настроен на бой и не хочет никаких дискуссий, пока не завершит это важное мероприятие. Тем не менее моей вынужденной немоты хватает ненадолго. – Как тренировка? – Невинно хлопающие ресницы подчёркивают искренность задаваемого вопроса. – Как всегда на высоте. Но в этот раз внимательности мешали и другие мысли, – он задерживает на мне взгляд, от которого немного смущаюсь и покрываюсь мелкими мурашками, – о тебе. По спине волной прокатилась приятная дрожь, однако я замолкаю, понимая, что он недоговорил. – Будь осторожной умницей, дождись меня тут, – продолжает Нечаев, – мне придётся уехать пораньше. Не выходи из номера, держись подальше от окон. И не открывай никому дверь, кроме меня. – Справлюсь, – решительно киваю я.