Глава 10

Я выхожу из машины, чувствуя, как ноги подкашиваются от слабости и переизбытка эмоций. А может, просто из-за приятной усталости. Прохладный вечерний воздух обволакивает кожу, заставляя меня поёжиться. Олег не спешит уезжать, его машина продолжает стоять у обочины, а он сам наблюдает за мной в зеркало, даже когда я захожу в железные ворота и шагаю к высокому крыльцу. Не оборачиваюсь, но чувствую этот взгляд. Тёплый, внимательный, пронизывающий до глубины души. В груди снова нарастает странное чувство, словно Нечаев ко мне неравнодушен. Дверь в дом поддаётся не сразу. Сухожилов всегда ворчит, что мне не удаётся нормально закрывать замок, но теперь, когда никого рядом нет, этот упрёк глупо вспоминается. Переступаю порог, захлопываю дверь, и тишина накрывает меня с головой. Простое, обыденное действие отрезает меня от внешнего мира, сегодняшней галереи, книжного магазина и Нечаева. Словно ничего этого не было. Но наступает иное осознание, непривычное и тревожное: Виктора нет. Впервые за пять лет жизни в этом доме он не ночует здесь. Я одна. Наша «фазенда», как Витя иногда её называл, всегда была слишком большая для нас двоих и пары человек прислуги, но только сейчас она кажется мне необъятной. Привычная атмосфера подчинения и постоянного напряжения куда-то улетучивается. Гулкая пустота звенит в каждом углу, эхом отдаваясь в стенах. Не включаю свет, прохожу вглубь коридора, чувствуя, как пол морозит ступни. Странно. Никогда раньше не ощущала его таким холодным. На кожаный диван в гостиной ложится мягкий свет луны. Перед глазами появляется Сухожилов, сидящий тут с ноутбуком и обсуждающий по телефону какие-то мутные сделки. С любопытством рассматриваю этот диван и впервые не чувствую страха. Не нужно прятать глаза, избегать его взгляда, угадывать настроение. Сегодня могу просто стоять и смотреть, сколько мне вздумается. При этом Витя не начнёт щёлкать пальцами и говорить: «Ты, что там, заснула?» Неспешно прогуливаюсь дальше по коридору, словно по парку отдыха. Моя кухня. Идеальный порядок. Сегодня я ничего не готовила, потому нет того запаха уюта и выпечки. Стол из тёмного дерева, за которым иногда сидит воскресная кухарка. Шкафы, где стоят бесчисленные дорогие бокалы, фарфоровая посуда, так и не использовавшиеся ни разу за пять лет. В голову приходит напряжённая мысль: здесь всё чужое. Всё его. Никаких моих вещей. Я словно гостья в собственном доме. Дойдя до спальни, останавливаюсь и прислоняюсь щекой к прохладному косяку. В комнате витает запах его парфюма. Крепкий, тяжёлый, давящий. Подхожу к комоду, машинально тяну за ручку. В верхнем ящике – дорогие часы, золотые запонки, чёрный кожаный кошелёк с его инициалами, издающий специфичный запах. Ни намёка на теплоту. Никаких общих весёлых воспоминаний. Медленно закрываю ящик, с тихим щелчком будто ставится печать: мне тут не место. Иду в ванную. Закрываю за собой дверь, словно отделяюсь от всего, что есть снаружи. Горячая струя начинает заполнять ванну, к потолку поднимается пар. Стягиваю с себя одежду, небрежно бросаю на пол и осторожно опускаюсь в воду. Тепло обволакивает тело, заставляя мышцы расслабиться. Закрываю глаза. Перед сомкнутыми веками всплывает лицо Нечаева. Его взгляд, его голос. «С тобой всё в порядке? Если вдруг, что случится»… Слова эхом отдаются в голове. От Олега веет чем-то родным. Почему он так легко проникает в мои мысли? Вода нежно поглаживает кожу, но внутри меня бушует ураган. Боюсь признаться себе в том, что чувствую. Мне должно быть страшно, тревожно, но впервые за много лет я ощущаю лёгкость. Будто в груди становится просторнее. Выхожу из воды, накидываю халат и медленно иду по дому. Каждая комната кажется незнакомой. Разглядываю дорогую мебель, краску на стенах, выбранную Виктором, безупречно выглаженные шторы – и не узнаю дом. Красивая золотая клетка. Местами пафосная, местами приторная. Уют? Нет. Возможно. Для данного противоречивого восприятия – просто локация для моего содержания. Где я существовала, как молодая жена Сухожилова. Лакированные полки книжного шкафа отражают свет, льющийся из окна. Провожу пальцами по корешкам книг. Большинство из них – чистая декорация, часть – о ведении бизнеса, аналитике и прочем. Виктор купил их для статуса, а не для чтения. Раньше у меня была мечта о собственной библиотеке. О месте, где могла бы быть собой и уединиться с воображаемым миром историй. Внезапно осознаю, что хочу этого вновь, и с большей силой. Свою библиотеку. Своё место. Свою жизнь. Эта мысль огоньком вспыхивает внутри меня. Маленьким, робким, но живым. Во мне начинает просыпаться нечто… забытое, затоптанное годами жизни с Виктором. Долго смотрю на ненастоящие книги, а потом выдыхаю. Надо выбросить это всё из головы. Ценить каждый момент и Витину щедрость. Сон поможет мне прочистить мозги. Завтра. Завтра со всем разберусь. А пока нужно лечь спать. Захожу в комнату, и ноги машинально несут меня к окну. Ну, конечно, куда же ещё. Ведь оно выходит прямо на ворота дома и небольшую парковку перед ними. Чуть отодвигаю штору и вижу, что дорожка пустует. Нечаев уехал. Ну и замечательно. Он не должен стать предметом и причиной моих сомнений. Нужно поспать и постараться не думать о соблазнительном красавце с ярко-голубыми глазами. *** Просыпаюсь от странного ощущения – будто кто-то стоит рядом с кроватью и смотрит на меня. Сердце мгновенно подскакивает к горлу, а ладони начинают стремительно потеть. Боясь открыть глаза, я замираю, прислушиваясь к звукам. Тишина. Только приглушённый звон в голове, мерный стук часов и моё взволнованное дыхание. Слабый свет утреннего солнца пробивается сквозь плотные шторы, рисуя на потолке размытые полосы. Я осторожно вытягиваю руку в попытке нащупать телефон на тумбочке. Единственную ниточку, способная выдернуть меня из грёз в реальность. Обнаруживаю, что раскинулась одна на огромной кровати. Вити нет. Это был не сон. Глубокий вдох. Приподнимаюсь на локтях и осторожно осматриваюсь, вглядываясь в каждый тёмный уголок спальни. Никого. Просто почудилось или приснилось.