26 Глава

Демид

Подъезжаем к воротам их дома, и у меня в душе поднимается волнение, начинаю нервничать как школьник перед экзаменами, и это не смотря на то, что в окнах не горит свет, и домочадцы, скорее всего уже спят.

- Демид, не думай, что я тебя простил, и принял. То, что я позволяю тебе остаться в моем доме, еще ничего не значит. Я не доверяю тебе, и буду следить. Просто только Амине, решать как будут строиться ваши взаимоотношения, поэтому не лезу. Но, если ты все же ее обидишь еще, то не жди от меня молчания. В любом случае, я поддержу дочь! И внучку! Тебе придется очень постараться, чтобы снова завоевать не только доверие Амины, но и всей нашей семьи. На данный момент в этом доме есть всего два человека, которые безоговорочно тебе доверяют, и один из них в тебе не разочарован.

Хмурюсь, не понимая, о ком он говорит? Кто может мне доверять? Потом доходит, он говорит о Лесе. Сестра же тоже осталась у Амины на выходные, и домой возвращается только в понедельник.

- Вы говорите о Олесе. Но, кто же второй человек?

- Булочка. Эта чистейшая душа безоговорочно доверяет всем, и любит всех. Если ты совершишь ошибку, то первым делом огорчишь ее. Думай об этом, прежде чем совершать те или иные действия.

Он прав, моя дочь с такой уверенностью и бесстрашием пошла ко мне на руки, что без сомнений она доверяет мне полностью. И если я сделаю еще хоть одну ошибку, то это будет провал. Я уже разочаровал жену, и теперь просто не имею права разочаровать еще и дочь.

- Спасибо вам, Александр Валентинович! Разговор с вами на многое открыл мне глаза по - другому. Я сделаю все, чтобы не разочаровывать больше ни Амину, ни вас, ни тем более мою дочь.

- В таком случае пойдем. Время позднее, а Булочка просыпается рано, и спать никому не дает.

Я уже не могу дождаться утра, чтобы хоть немного поиграть с ней, понаблюдать за ее действиями, и конечно увидеть мою Ами.

Заходим в дом, и снимаем куртки, после чего тихо проходим на кухню, где тесть ставит чайник на плету, и открывает холодильник, доставая контейнер с едой.

- Сейчас погрею, поужинаем. – Говорит мужчина.

Александр Валентинович быстро наполняет тарелки мясом с овощами, и я очень надеюсь, что это именно то блюдо, которое готовила Амина, и которое я так любил. Тем временем тесть ставит сначала одну тарелку в микроволновку – разогревая, после чего передает мне, и я просто захлебываюсь слюной от запаха, который наполняет кухню.

- Ешь! Потом расстелю тебе в комнате Левы. – Командует Александр Валентинович, и сам приступает к еде.

- Пап, ну что выпусти…ли… - Я застываю с ложкой у рта, услышав голос любимой, а когда до меня доходит, о чем она спрашивает, так вообще кажется, что сердце сейчас из груди выпрыгнет.

Опускаю ложку в тарелку, и медленно поворачиваюсь к Амине лицом. Моя девочка стоит на пороге, и смотрит на меня так, будто не может поверить в то, что я здесь.

- Как видишь! Я же обещал! – Разрывает тишину Александр Валентинович. – Демид хотел ночевать в машине, но я не позволил. Переночует в комнате Левки, а завтра уже будет решать, что делать дальше.

- Не думаю, что Лева будет согласен с таким раскладом! – Говорит Ами, и скрещивает на груди руки.

- А мы ему не скажем, и все! Иди дочка спать. Я сам тут управлюсь! – Отсылает ее тесть, а мне так хочется еще побыть с ней рядом.

- Амин, мы можем…

- Завтра! Все завтра, Демид! Сейчас уже поздно, так что ешь и иди спать. Если дочь захочет, завтра поговорите. – Перебивает меня Александр Валентинович, и я не успеваю глазом моргнуть, как Амина исчезает.

Ужинаю быстро, и иду в комнату Левы, где тесть выдает мне свежее постельное белье, и чистое полотенце. Расстелив постель, я выхожу на улицу, чтобы забрать из машины чистые вещи, а потом принимаю душ и возвращаюсь в отведенную для меня комнату.

Надеваю домашние штаны и футболку, собираясь уже ложиться, как вдруг отчетливо слышу детский плачь, и меня тут же наполняет тревога, ведь это плачет моя дочь.

Недолго думая, я все - таки покидаю свою комнату, и иду в комнату Амины, узнать что случилось? Почему Аля плачет?

Стучу, и выждав пару секунд, открываю дверь в комнату любимой, и натыкаюсь на ее хмурый взгляд.

- Что ты здесь делаешь? – Амина ходит по комнате, укачивая плачущую Алю.

- Услышал плачь, и решил узнать, что случилось?

Амина издает усталый вздох, и смотрит на нашу дочь.

- Она плохо спит сегодня. Вчера был очень эмоциональный день, и плюс сегодня весь день без Левы, для нее испытание. Вот и тревожится. Такое иногда бывает. Только уложила ее, она поспала час и началось.

- Можно войти? – Прошу я.

- Ты уже вошел.

- Позволь мне помочь, ты устала ее носить, давай сменю тебя, хотя бы ненадолго? – На свой страх и риск предлагаю я, но она и правда выглядит очень уставшей.

- Я не думаю, что она сейчас к тебе пойдет. Так что иди спать, я как справлялась год, справлюсь и сейчас. – Колит меня словами Амина.

- Ну, попытка не пытка, позволь попробовать, и ты сможешь отдохнуть немного.

Альмида смотрит на меня, и кажется, начинает плакать меньше, а у меня сердце разрывается от ее мокрых от слез глазок.

- Ладно, попробуй. Но, это не значит, что я все простила. И вообще не хочу с тобой разговаривать.

Амина передает мне на руки Алю, и встряхивает свои затекшие руки, а я начинаю носить дочь по комнате, как это делала жена. Крепко прижимаю к себе малышку, и одной рукой поглаживаю спинку, пытаясь ее успокоить.