Глава 55

Назар

Бью кулаком по клаксону и матом выдаю всё, что думаю о водителе впереди едущей машины.

Дорожные заторы бич нашего времени.

Хотя в нашем городе это не такое распространённое явление как в мегаполисах.

Ставлю коробку передач на нейтралку, когда понимаю, что вереница машин впереди не планирует двигаться.

Приподняв руку с часами, прикидываю сколько у меня ещё времени до встречи. Не так уж много, но отменять пока не буду.

Шумно выдохнув, тру ладонями лицо.

Терпеть не могу, когда рушатся мои планы.

Ещё и жара эта. Кондиционер работает на максимум, но едва справляется со своей задачей.

Выныриваю из мрачной задумчивости, реагируя на звонок мобильного.

-- Да, Инна, - разговаривать с ней не хочется от слова совсем, но проигнорировать не могу, это может касаться моего сына.

-- Здравствуй, Назар, - проговаривает робким голосом, от чего хочется рассмеяться. Робость и Инна ну никак не совместимы. – Я Макса в бассейн записала. В лучший. На групповые занятия и плюсом индивидуальные с тренером.

-- Сколько? – задаю тот единственный вопрос, ради которого, собственно, она мне всё это и говорит.

Озвученная сумма впечатляет, чего уж там.

-- Сбрось счёт, я оплачу.

-- Там не всё оплачивается официально, - начинает юлить, - Можешь просто мне перевести, а я потом тебе отчитаюсь сколько за что было уплачено.

-- Ты вот ответь мне на один вопрос, - мне кажется только она способна выбесить меня всего лишь за мгновение. - Я что похож на лоха?

-- Назар, ну что ты…

-- На все оплаты, - перебиваю её, - касающиеся ребёнка, сбрасывай сразу счёт. «Не официальную» часть ты в состоянии оплатить самостоятельно. Для этого той ежемесячной суммы, что я тебе перевожу более чем достаточно.

Даже через динамик мобильного слышу, как она недовольно пыхтит.

-- Хорошо. Я тебя услышала.

-- Вот и прекрасно.

-- А вообще, Максима нужно к морю свозить. Ты об этом думал? Лето на дворе, а ребёнок дышит городской пылью. Я посмотрела есть приличные туры в Испанию, где всё рассчитано на отдых с детьми.

-- А чем тебе наше побережье не угодило? Крым? Сочи? – спрашиваю я, хоть и сам знаю ответ на этот вопрос.

-- Градов! – возмущённо восклицает Инна.

Усмехаюсь. Изначально заявленной робости как не бывало.

-- Ты теперь собираешься экономить на сыне? Ты вообще, что ли?

-- Тон, блядь, сбавь, - цежу я, одновременно трогая автомобиль с места, когда вижу, что ряд машин впереди приходит в движение. – Мы с тобой на тему денег уже разговаривали.

-- Ты… ты… я так и знала, что выпрешь нас подальше и забудешь! - срывается на ор.

Как же меня это заебало.

-- Давай договоримся, что ты будешь звонить мне исключительно по делу. Хорошо? – выдаю зло.

-- Ну ты и урод! – орёт истерично, перед тем как бросить трубку.

Отшвыриваю телефон на пассажирское сиденье, чувствуя, как в груди разгорается пожар.

Я всегда знал, что Инна меркантильная, но после того, как вынудил её переехать в другой город, она будто помешалась на теме денег. Сколько бы не переводил всё равно мало.

Выезжаю на объездную трассу и снова смотрю на время. Вроде успеваю.

Чувствую едкое раздражение, когда телефон снова начинает звонить. Потому что думаю, что это снова Инна.

Но один взгляд на экран, и я в спешке хватаю мобильный.

-- Вика? Что случилось?

После развода по своей инициативе она набирала мне от силы пару раз. И те по необходимости.

Сейчас её звонок заставляет меня серьёзно нервничать.

-- Назар… - выдыхает, чуть не плача.

Свернув к обочине, останавливаюсь.

-- Так, спокойно, малыш. Расскажи мне что случилось, - контролирую и тон голоса, и эмоции, прущие наружу.

-- Живот… он…

-- Что? – по спине арктический холод ползёт от тех жутких мыслей что за секунду проносятся в моей голове.

-- Я не знаю, но… что-то не так…

-- Ты дома?

-- Да.

-- Хорошо, - произношу уверенно, снова выезжая на дорогу. – Ложись в постель и жди меня. Я буду максимум минут через десять. Поняла?

-- Да.

-- Умничка. Только не нервничай, пожалуйста. Всё будет хорошо! Слышишь?

-- Да.

-- Отлично.

-- Назар…

От жалобного тона её голоса кишки в узел затягиваются.

-- Что, малыш?

-- Мне страшно.

-- Это нормальная эмоция. Главное без паники. Мы со всем справимся. Всё, ложись отдыхай. Я еду.

-- Хорошо.

-- Я люблю тебя, - выдаю со всем чувством.

Успеваю услышать её судорожный всхлип, пред тем, как мы разъединяемся.

Бросив взгляд по зеркалам, вдавливаю педаль газа в пол. Параллельно вызываю по Викиному адресу скорую и отменяю запланированную встречу.

Рожать Вике только в следующем месяце, поэтому её состояние сейчас вызывает у меня чувство паники, которому я отчаянно сопротивляюсь.

На месте оказываюсь в кратчайшие сроки.

-- Вика, - всё что могу произнести, когда она бледная и перепуганная открывает мне дверь. – Собирайся.

-- Куда?

-- В больницу.

Я настолько взбудоражен, что сидеть и ждать скорую мне сейчас не по силам.

Действую организовано, несмотря на внутренний раздрай. Помогаю Вике переодеться, беру её документы и вывожу из квартиры.

За рёбрами ревёт адское пламя, но внешне я остаюсь спокоен.

Усаживаю Вику на заднее сиденье автомобиля и сев за руль, стартую с места. Еду быстро, но в разы аккуратней, чем до этого.

Набираю в скорую и описав ситуацию, даю им отбой.

Во время всего пути разговариваю о всякой ерунде, пытаясь отвлечь взволнованную Вику.

В перинатальном центре нас уже ждут, так как она заранее связалась с ведущим её беременность врачом.

Вику забирают в смотровую, как только мы приходим.

Я остаюсь ждать.

И это самое хуёвое, что может быть.

Не находя себе места, хожу из угла в угол.

Время, как назло, тянется словно резиновое.

Когда, спустя целую вечность, мне сообщают что Вику готовят к экстренному кесарево, я на мгновение теряю дар речи.

-- Что с ней? Всё так плохо? – спрашиваю, хватаясь за голову.

-- Не переживайте, - выдают мне стандартную фразу. - Есть некоторые опасения, поэтому принято именно такое решение. Ожидайте.

Тот час что я провожу возле операционной, наверняка отложится в моей памяти поминутно.

Я впервые испытываю такой сильный страх. До колик в печени.

И это гадкое чувство беспомощности, когда всё что ты можешь это ждать…

Я маниакально слежу за дверью, ведущей в операционную, боясь даже ненадолго отвести взгляд.

Мне начинает казаться что ещё немного, и я просто не выдержу.

Резко подрываюсь с места, стоит только увидеть, как из оперблока выходит кто-то из медперсонала.

Внутри всё трясёт так, что едва на ногах держусь.

-- Всё хорошо, - доносится до меня как сквозь вату. – Поздравляю, у вас девочка.

-- Как моя жена? – хриплю не своим голосом.

-- И с мамочкой, и с малышкой всё хорошо.

Шумно выдыхаю, испытывая колоссальное облегчение.

Уже значительно позже, когда Вику с дочерью переводят в палату, мне позволяют зайти.

И со мной происходит новая волна тряски, с зашкаливающей магнитудой.

Когда я вижу их… моих девочек…

-- Вик, - наклонившись над ней, лежащей на кровати, зацеловываю лицо. – Ты умничка. Я так тебя люблю.

-- Ты видел её? – голос слабый, но счастливый.

-- Да. Она чудесная, - бросаю взгляд на люльку, в которой спит моя дочь. – Спасибо, малыш.

Вика улыбается, и только сейчас в растерзанной моей душе наступает штиль…