Глава 55

План

Костя

Илона пробралась ко мне, спустя несколько минут, как я включил воду. Стоял, упираясь руками в стену, подставив голову под прохладные струи. Они казались обжигающими, но я терпел. Ждал, когда смоют вчерашний липкий вечер и дадут сил решить, что делать дальше с Илоной. Выставить ее к чертовой матери? Пусть катится. Или…

Додумать не успел. Дверь мягко щелкнула, и в ванную проскользнула Илона. Сквозь запотевшее стекло душевой кабины ее силуэт казался размытым, почти прозрачным.

Я увидел, как она стянула с себя одежду и, помедлив секунду, шагнула ко мне. Прижала ладошки к матовому от пара стеклу. Не отрывая от нее глаз, я набрал в рот воду и выплюнул, чувствуя, что в горле так и осталась сушь.

Через мгновение она оказалась рядом. Между нами было всего несколько сантиметров, но никто из нас не шелохнулся. Каждый мой мускул дрожал от сдерживаемой бури. Я посмотрел ей в лицо.

Вода струилась с ее волос тонкими, темными ручьями по плечам, падала вниз, вызывая желание опуститься на колени, обнять и прижаться головой к плоскому животу. Мы напоминали двух выживших после кораблекрушения. Каждый на отдельном корабле пережил катастрофу, и оказался выкинут на единственный островок.

Илона медленно подняла на меня глаза, и в следующую секунду мы вцепились друг в друга, словно только так могли спастись. Зубы стукнулись о зубы, языки сплелись в танце, который был не про нежность, а про безумную, почти больную страсть.

Мои руки впились в ее тело, оставляя красные полосы на коже. Ее пальцы вцепились мне в волосы, и эта боль была единственной реальной точкой в моем плывущем сознании.

Ее тело прижалось ко мне с такой силой, будто хотело врасти и пройти насквозь. Это были не ласки. Это была отчаянная потребность ощутить себя живыми. Мне – после унижений, ей – возможно, от того, что она чуть не совершила ошибку.

Когда всё закончилось, так же внезапно, как началось, мы остались стоять, прижавшись лбами. Дыхание постепенно выравнивалось, возвращая в реальность.

И в этой реальности я уже смирился, что Илона снова есть в моей жизни.

– Что-то вас на уголовников всё тянет, - усмехнулся я, когда мы после второго захода валялись на кровати. – Семейное что ли…

Илона вопросительно заглянула в глаза и со вздохом откинулась на подушку.

– Ну хватит, уже… Я же здесь… с тобой. А… с чего ты решил, что этот тип уголовник?

Она спросила, вижусь ли я с Аней, и неожиданно я выложил ей, на кого наткнулся в собственном доме.

– Вид у него такой…

В подробности, как меня возюкали по полу, будто мешок с картошкой, я вдаваться не стал. Самому противно. Был бы не пьян…

– Не думаю, что Машка связалась бы с уголовником, - протянула Илона. – Может, отец ученика или ученицы. Так часто бывает, приводят, ждут. И такие занятия, как у нее, между прочим, дороги.

Я и сам об этом думал, но уголовник уже прилипло к этому хмырю, как кличка. Простой родитель, ожидающий, когда закончатся занятия, не стал бы вмешиваться, - угрюмо подумал я, но промолчал.

– Слушай… - Илона быстро приподнялась на локте.

Я с большим усилием отвел взгляд от ее груди.

– Я решила из Москвы сюда перебраться. Надоело там. И в найм больше не хочу.

– И чем же ты собираешься заниматься? - я не удержался и провел пальцами по ее соску.

– Думаю, кофейню открыть… Такую… эксклюзивную. Но нужен первоначальный капитал,- задумчиво произнесла она, чуть прогибаясь, чтобы мне было удобнее ее ласкать.

Я разочарованно выдохнул – деньги. Она приехала ко мне за деньгами. Рука упала на постель. Илона проследила за ней взглядом и придвинулась ближе.

– Эй… - пальчиками она приподняла мой подбородок.

Поцеловала нежно, чуть дразня язычком.

– Я же не у тебя их прошу.

– Да? – усмехнулся я. – А мне показалось…

– Нет! – Илона тряхнула головой, устраиваясь удобнее у меня под боком.

Помолчала минуту и осторожно добавила:

– Пусть Машка заплатит.

Я медленно повернул голову. Безупречный профиль Илоны в сгустившихся сумерках смотрелся идеально. Словно на авторской фотографии.

– Что?

– А что? Она не дает тебе видеться с Аней. Ты имеешь право. Ты отец и не лишен родительских прав. Ты квартиру им подарил. А что она? Привела мужика и не пускает тебя к дочери? Нормально так…

Я не моргая, продолжал рассматривать ее лицо. К чему она ведет?

– Мы можем забрать Аню на несколько дней, а Машка пусть выплатит денег, - быстро и решительно выпалила она.

– Чего-о-о? – протянул я изумленно.

Рассмеялся коротко: что за бред она несет? Выкуп? За собственную дочь?

– Почему нет? – Илона села и собрала в пучок волосы.

Боже, как я любил это ее движение.

– Пусть ее новый спонсор заплатит. Ты же, надеюсь, не думаешь, что наша Машенька с мужиком в квартире в домино играет? Смотри. Мы заберем Аню. На несколько дней. Два-три, не больше. Она даже ничего не поймет. А Машке отправим сообщение с левого номера. Пусть окажет… финансовую помощь.

– Нет, Илона. Это невозможно, - проговорил я, прикрывая локтем глаза.

Ну бред же, в чистом виде! Полиция на раз-два это дело раскроет. Я буду первым подозреваемым. Да и Аня что подумает! Нет.

– Тебе же тоже деньги нужны, Кость, - продолжила давить Илона. – Нужны же? Машку припугнем и ни в какую ментовку она не сунется. Не найдет денег, отвезешь Аню назад. Это же не похищение. Ты же отец, а не левый дядька.

Помолчав, добавила:

– Машка быстренько тебе замену нашла. Может, хочешь, чтобы Аня его еще и папой начала называть… Мария Юрьевна быстро тебе это организует. А ты ей еще квартиры отписываешь, чтобы было куда мужика водить.

Последняя фраза всколыхнула черную муть. Все пережитые унижения моментально всплыли на поверхность. Я заколебался. И это было страшно. Мысль, которую заронила Илона, уже не казалась мне абсурдной. В чем-то ведь она и права. Да, это игра на грани фола. Но что я теряю? Максимум – не получим денег и всё останется, как есть. Но ведь может и выгореть. И тогда Илона останется со мной, и мы начнем новую жизнь. Спокойную.

А деньги с Маши – так это не выкуп. Это плата за мои моральные страдания.

– И… как ты себе это представляешь? – я усмехнулся, показывая, что не отношусь к ее предложению серьезно.

– Надо обдумать еще… Но в целом, всё гораздо проще, чем ты думаешь. Считай, это компенсация за неполученную часть квартиры. Я вообще не понимаю, с какого перепуга ты такой финт ушами тогда сделал! Надо же! Взять и квартиру отдать! Но спишем на состояние аффекта. Теперь нужно часть вернуть. По-моему, это справедливо.

Весь оставшийся вечер она то и дело заводила об этом разговор. И ее слова исподволь, словно яд, проникали мне под кожу.