Глава 34.1

Мысль о Кристине почему-то не давала покоя Леониду весь вечер. Даже когда ехал домой в такси, думал о ней и не понимал себя. Ведь он сам влюбился в Настю и продолжает ее любить, хоть она уже и вынесла ему весь мозг своими подозрениями и истериками.

Но именно в этот холодный, зимний вечер он смотрел на украшенный к Новому году город, и вспоминал прошлое. Как они с Кристиной в это время бегали вместе по магазинам и покупали подарки дочкам, родителям и близким; как за несколько дней до праздника ездили в гипермаркет и закупались, чтобы десять дней потом не ходить в магазин; как она запекала утку к новогоднему столу, готовила салаты, пекла пироги.

Дома так приятно пахло едой, свежей выпечкой и ее любимыми ароматическими свечками. И было так тепло и уютно. А 31 декабря девочки приезжали и все вокруг наполнялось смехом, весельем, бесконечными историями.

Он всё это потерял. Он всё это отдал за любовь - страстную, но призрачную.

В первую новогоднюю ночь с Настей, они снова поругались, вернувшись из ресторана. Жена готовить дома отказалась, заявив, что она не повариха и в праздник не собирается стоять у плиты.

Причина банальна донельзя. Ей показалось, что он заигрывает с официанткой. В машине он ей высказал, что эта беспочвенная ревность начинает его сильно утомлять и даже бесить.

— Если не прекратишь, я тебя выставлю за дверь, поняла меня? Квартира если что все еще на брате, так что уйдешь, как пришла.

Настёна сразу же притихла, насупилась, губки надула, ручки на груди скрестила. Вот так молча доехали до жилого комплекса и поставили машину в подземном паркинге. Пока ждали лифт тоже молчали, но уже внутри, молодая жена первая повисла на шее немолодого мужа и принялась хаотично целовать его лицо.

— Лёнечка, львёночек, прости меня, пожалуйста, я так больше не буду. Я не знаю, что со мной, я тебя так ревную ко всем. Я боюсь тебя потерять. Ты у меня такой красивый — она потерлась щекой о его щетину и уткнулась носом в шею. — Такой сильный, умный, солидный. Я вижу, как они смотрят на тебя. Как хищницы. Скажи, что ты меня любишь, пожалуйста! Только меня.

Ругаться и спорить больше не хотелось, поэтому он позволил себя обнять и сказал:

— Да, малыш, я тоже тебя люблю. Но я устал. Еще года не прошло, а мы уже скандалим. Я не давал причин для ревности.

— Я знаю, прости, — всхлипнула она, взяла его лицо в ладони и поцеловала.

В квартиру зашли целуясь и срывая друг с друга одежду. Мирились бурно, брал он ее жестко, стонала она сладко, а кричала так, что соседи с запозданием дали новогодний салют. В общем, фейерверки над их головами взрывались не в переносном смысле, а самым что ни на есть реальным способом.

А вот утром потянуло домой, к семье. Леонид знал, что девочки с Кристиной, которая недавно вернулась из путешествия. А у Кирова как раз запасные ключи от калитки и самого дома были. Их он (опять почему-то) не отдал бывшей жене. Зажал. Теперь вот пригодились.

Только Кристина была ему не рада. Она очень похорошела, загорела, похудела. Блеск в зеленых глазах стал ярче, а кожа будто светилась. Только бывшая всячески показывала, что он ее бесит, поэтому поев прошлогодних салатов, Киров ушел.

В следующий раз увидел ее с мужчиной в ресторане. Тот держал ее за руку. Явно между ними что-то было, потому что ему очень не понравилось, как он смотрел на нее. Раздевал взглядом. Нет, даже хуже. Он чуть ли не трахал ее. Ее! Его жену, с которой прожил 24 года.

Но Крис снова его послала, встав на сторону чужака. Она осталась с ним в ресторане, и потом вышла с ним на улицу. Он ведь следил за ними издалека.

Вчера Лика случайно проговорилась, что мама отказалась сидеть с внучкой и поехала к тете Свете. От того, что она стала такой недосягаемой, но вместе с тем такой прекрасной, его просто бомбило везде.

А когда он увидел, как ее провожает до дома тот самый мужик, так просто взорвался и перестал мыслить здраво. Сильно захотел ее в том платье с открытыми плечами. Взять ее хотел, чтоб вспомнила, как им было хорошо раньше.

Но не вышло. Не дала.

От бывшей жены Леонид вернулся к нынешней. Та на удивление встретила его, как нежная кошечка, прильнула, поцеловала, привычно носом по шее поводила и вдруг отстранилась:

— Ты пахнешь цветами, но пришел без них.

— Не начинай, — хрипло и сердито ответил Киров.

— А еще ты пахнешь своей бывшей женой. Узнаю этот запах старости, — зло прошипела она. — Ты был у нее? Что ты там делал?

— Ничего я там не делал. Успокойся.

— Нет, ты мне скажи! — вновь повысила она голосок. — На Новый год к ней таскался и опять потянуло? Ты что, Лёнечка, мне с ней изменяешь?

— Настя, как же ты меня заебала, — процедил он, прошел мимо нее и закрылся в туалете.