Глава 16

Тот вечер я не забуду.

Мы танцуем с Антоном, он держит меня так уверенно, по-хозяйски. Его рука лежит на моей пояснице, так показательно, чтобы все видели, что я его. Это и логично, но почему же тогда так неуютно?

И я улыбаюсь. Правильно, красиво. Слежу за тем, чтобы плечи были расправлены, чтобы взгляд был лёгким. Обнимаю его за шею, делаю короткий вдох.

А потом секунда. Даже меньше секунды.

Егор кружит Оксану через весь зал, она смеётся, запрокидывает голову. Платье с открытой спиной, его пальцы на ее коже. Он смотрит на неё вежливо, правильно, как на партнёра по танцу. Без подтекста. Но в какой-то момент его взгляд скользит мимо нее и упирается в меня.

Я не успеваю отвести глаза. Сморгнуть свое внимание. Стереть свой интерес.

Одна секунда. Тяжёлая. Неподвижная. Антон что-то говорит мне на ухо, я киваю на автомате, потерянно улыбаюсь и отвожу свой взгляд.

Всё.

Домой едем в тишине. Я смотрю в тёмное стекло и уговариваю сердце успокоиться. Дома мы не говорим об ужине. Антон принимает душ, я разбираю постель. Ложимся. Темнота накрывает нас с головой, и я лежу, слушаю его ровное дыхание, и только тогда позволяю себе выдохнуть по-настоящему.

Через пару дней у меня плановый приём у врача. Антон не успевает меня отвезти в город, поэтому я еду одна. Мне даже так спокойнее. Потому что я уже знаю, что мне ответит врач, и у меня будет время все обдумать. Без давления и молчаливого упрека со стороны Антона.

Но в городе я задерживаюсь дольше, чем планировала. Кофейня, потом книжный, где хожу между полками и выхожу с тремя книгами, которые не планировала покупать. Автобус уходит у меня перед носом. Двери закрываются в полуметре от меня, и я стою и смотрю ему вслед.

На улице темнеет быстро. Холод приходит без предупреждения. Сначала пощипывает щёки, потом зябнут руки в перчатках. Смотрю в телефон. Следующий автобус опаздывает на сорок минут. Потом ещё на двадцать. Звоню Антону, но он недоступен.

Стою. Переступаю с ноги на ногу. Пальцы на ногах уже не чувствую.

В какой-то момент я уже решаю вызвать такси, но тут же отметаю эту идею. Потому что ни одно такси меня не повезет. Ну или запросят тройную цену за поездку. Снова проверяю расписание автобуса.

Но тут замечаю боковым зрением, что около остановки притормаживает темный автомобиль. Я инстинктивно делаю шаг назад. Осматриваюсь по сторонам, чтобы убедиться, что я не одна. Но, как назло, прохожих нет. Стекло медленно опускается. Я пытаюсь мысленно себя успокоить. В темноте салона вырисовывается знакомый профиль.

Егор…

Он смотрит на меня спокойно, будто мы договаривались о встрече, а я просто забыла. Будто между нами нет пяти лет и всего того, что в них уместилось.

— Садись, подвезу.

— Нет, спасибо. — И на мое удивление мой голос звучит ровно. — Автобус скоро приедет.

— Варя. — Произносит моё имя так, как не должен. — Автобус опаздывает на час. Я посмотрел, что два рейса отменили.

— Ничего страшного, я подожду. – Понимаю, что сейчас я веду себя, как капризный ребенок. Но я не хочу оставаться с ним наедине, особенно в маленьком замкнутом пространстве салона авто.

— На улице минус.

— Я в курсе.

Он смотрит на меня секунду. Молчит. Потом кивает, почти незаметно, и окно начинает подниматься. Я с облегчением выдыхаю. Но не успевают мои мышцы расслабиться, как я слышу, что он глушит двигатель и выходит из машины.

Встаёт рядом. Засовывает руки в карманы и смотрит туда же, куда смотрю я. На пустую дорогу, где нет никакого автобуса. Просто стоит. Молча. С таким видом, будто ему совершенно некуда торопиться, и он готов стоять здесь хоть до рассвета.

И это молчание -- отдельная пытка для меня. Такое ощущение, что если мы будем стоять так, вместе, то наши мысли, переплетутся, словно корни одного дерева.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я, наконец.

— Стою.

— Зачем?

— Составляю тебе компанию.

Я смотрю прямо перед собой. Мимо проезжает одинокая машина, высвечивая фарами мёрзлый асфальт.

— Егор. Уезжай, пожалуйста.

— Не уеду.

— Я не сяду в твою машину.

— Хорошо. — Пауза, когда сердце немного ускоряется. — Тогда постоим вместе.

У меня нет слов. Просто стою рядом с ним на пустой остановке в темноте, и молчание между нами такое плотное, что его можно потрогать руками. Даже ледяной ветер не так страшен, как его близость.

Автобус не приходит.

Я смотрю в телефон. Ещё двадцать минут. Я почти не чувствую пальцы на ногах. Холод поднимает от щиколоток, выше к коленям. Кожа чувствительно реагирует на пощипывание от мороза. Тепла внутри меня становится все меньше.

— Варь. — Его голос тихий, почти осторожный. — У тебя уже нос покраснел. -- Молчу. Только сильнее сжимаю пальцы в перчатках. — Садись в машину. Я не кусаюсь.

Я знаю, что замёрзла. Знаю, что автобуса ещё долго не будет. Знаю, что он будет стоять здесь ровно столько, сколько понадобится. Это я тоже знаю. Если он что-то решил, то пойдет до конца. И плевать ему на мои слова и просьбы.

Внутренняя борьба длится ровно столько, сколько нужно, чтобы понять, я её уже проиграла.

Подхожу к машине, открываю дверь и сажусь.

Он садится за руль. Заводит машину. Всё это, без единого слова. И за это я ему благодарна.

В машине тепло. Почти невыносимо, такое простое, физическое облегчение на фоне того, что творится внутри. Егор выкручивает на максимум печку, тепло обжигающей волной окутывает меня. Я прижимаюсь к дверце и смотрю в окно.

Тишина в салоне такая, что слышно, как работает двигатель. Как шуршит дорога под колёсами. Как острые льдинки царапают металл, или это скрежет моих нервов? Сразу и не разберешь.

Его руки лежат на руле. Я не смотрю на них. Вижу только краем зрения и не могу перестать концентрироваться на этом. Эти руки я знала когда-то наизусть.

— Варь, я рад, что ты... – начинает Егор, только я ее обрываю на полуслове.

— Давай молча. — Перебиваю сразу. — Пожалуйста. Я не хочу ничего слышать.

Потому что знаю, стоит ему заговорить, что-то внутри меня не выдержит. То, что я замуровывала пять лет, слой за слоем.

— Почему? — он чуть притормаживает.

Я разворачиваюсь. Первый раз за всю дорогу смотрю на него прямо.

— А зачем?

Он принимает вопрос. Не уходит. Поворачивается и встречает мой взгляд.

— Хотел узнать, как ты? Как дела?

— Тебе это интересно? — говорю без яда в голосе. Просто правда удивляет.

— Да.

Одно слово. Искреннее. И именно эта простота -- самое страшное.

— Пять лет назад тебе было на это плевать. — Голос ровный, почти спокойный. Только внутри всё горит. Каждая клеточка будто трещит. — Ты ушёл и не сказал ни слова. Совсем. Как будто меня не было.

Он смотрит на меня так, как не должен смотреть. Больше не имеет права. Этот взгляд, один на миллион, я его помню и ненавижу. Он разливается теплом, пробивает плотину, которую я строила всё это время. Притворялась. Убеждала себя. Верила.

Он ушёл тогда без объяснений. Просто исчез и оставил меня разбираться с пустотой, которую я не знала, и не понимала, куда деть.

— Всё, Варь. Всё изменилось... – он наклоняется вперед, сокращая расстояние между нами.

Но в это время, в эту самую секунду, разрушая момент, в кармане взрывается знакомой мелодией телефон.

Мелодия Антона.

Я тянусь за ним в карман и принимаю вызов не раздумывая.

— Алло… -- слушаю голос мужа, -- … еду домой, уже скоро буду.

Отключаюсь. Сжимаю телефон в руке и смотрю вперёд, на темноту, что скрывается за полосой света от фар.

— Отвези меня домой. Меня ждёт муж.

Он молчит. Смотрит на дорогу. Пальцы сильнее сжимают руль. Кожаная оплетка жалобно скрепит под его ладонями. И одно это движение, почти незаметное, и я отворачиваюсь к окну.

Боль, которую я считала давно похороненной, сидит у меня горечью в горле.

И никуда не уходит.