Глава 6
«Первые звоночки»
Агния
Не зря говорят, что свадьба — весело только в теории, а на самом деле это самый выматывающий день в твоей жизни. Я успела уже дико устать до того, как стала женой! А банкет…о боже. Это просто кошмар. Танцы, тосты, громкая музыка. К концу вечера от меня не осталось ровным счетом ни-че-го! Но кое-что приятное я все равно унесу с собой в памяти…
Момент, когда Артур отогнул мою фату и посмотрел в глаза. Как он улыбался. И вкус его губ. Сладковатый, мятный и мягкий. Дурманящий. Конечно, за вечер мы еще много раз целовались, но этот первый поцелуй был и навсегда останется особенным. Таким, который ты оставишь, даже если у тебя к концу жизни будет прогрессирующая деменция: все забудешь, себя не вспомнишь, а этот поцелуй — да. Как тебя прошибло током до самого нутра невозможно забыть…
А еще я никогда не забуду, как открылся дверь в наш номер для новобрачных. Так тихо, аккуратно, но по-настоящему. Пересекая его порог, я навсегда попрощалась с детством.
Точнее, так должно было бы быть, если бы было не иначе.
- Господи, я вообще без сил, - выдыхает Артур, опустошая бокал с шампанским.
Я смотрю на него насторожено. Стоя почти в углу, сжимаюсь и молчу. Нервничаю. Это даже слабо сказано, если честно, потому что руки у меня дрожат сильно настолько, что я не смогу удержать и перышко, даже если от этого будет зависеть моя жизнь.
И все смотрю-смотрю-смотрю на его спину. Он шумно выдыхает, запрокидывает голову к потолку, тоже молчит. Интересно, о чем думает? О том, как не хочет быть здесь? Или…может быть, хочет? Целовал-то он меня по-настоящему. В смысле…я чувствовала отдачу, понимаете? Артур не был отстранен и безучастен. Его пальцы сильно сжимали платье на талии, и я чувствовала, как колотится сердце — такое невозможно сыграть! А еще…в какой-то момент, кажется, на меня давило то, что полагается жене в такой близости от своего мужа. Ну…ниже пряжки ремня.
Резко краснею и опускаю глаза в пол. Сердце разгоняется так, что, наверно, подключи к нему целую больницу — с легкостью будет его питать и даже хватит еще на небольшую поликлинику.
Ведет.
Я не знаю, в чем дело: то ли волнение, то ли сердечный приступ, но у меня кружится голова и явно не от выпитого шампанского.
Боже. Он сейчас увидит это позорное, красное белье! Зачем я его только напялила?! Зачем послушала этих куриц?! Не надо было! Не. Надо!
Артур медленно оборачивается.
Проходится по мне взглядом от макушки до самых пят. Не знаю, то ли это шутка воображения, или затейливая игра света и тени, но его глаза, клянусь, как будто стали темнее — и я боюсь еще больше.
Хочется отойти подальше, но меня словно приклеило. И примагнитило, кстати, тоже — к этим сияющим бриллиантам, которые теперь стали темными как ночь.
На их дне искрит и пылает.
Медленно расслабляю сцепленные замком пальцы — зачем? Не знаю. Это просто происходит, потому что мне кажется, что так он хочет. Будто велит, а я не смею отказаться, и не из-за нашего статуса, а просто не могу. Генетически подчиняюсь его энергии.
Артур молчит. Наблюдает за мной, пока на щеке играют желваки. Даже не моргает! А я завожу руки за спину.
Все мое нутро лопается от маленьких атомных бомб, покрывается испариной, вожделеет. Мне уже не десять лет, поэтому я знаю это чувство, когда внизу живота наливаются мышцы, твердеют и просят облегчения, а страх отступает. Он повинуется гормонам и уходит куда-то далеко-далеко, так что я даже не помню, что он действительно был.
Ни о чем не думаю…
Черт. Застежка слишком далеко…
- Поможешь? Я не смогу расстегнуть платье сама.
Мой голос в ночи звучит тихо, слабый свет у огромной кровати с лепестками роз придает ему таинственности. Точнее, я так думаю, потому что он выглядит загадочно. Тогда, наверно, я тоже?
Наконец, Артур слегка кивает. Я делаю на него маленький шаг, и юбка шуршит, вдруг…уничтожая этот момент. Не знаю, как и почему. Не могу этого объяснить, но чувствую, как резко сменяется атмосфера с напряженной до полного отречения.
Он поставил стену.
Опустив глаза в пол, Артур пару мгновений стоит, хмурится, потом сам подходит ко мне. Поворачивает спиной. Крючки, которые заперли меня в этом платье, быстро и методично расстегиваются, но в этом нет никакого нетерпения или желания — все на автомате. Потом его руки переходят мне на плечи, чуть их сжимают, а он двигается ближе.
Сердце снова подскакивает, но я уже знаю, что ничего не будет. Он шепчет мне на ухо:
- Я лягу на диване.
И на этом все.
В нашу брачную ночь я не почувствовала даже мимолетного прикосновения его пальцев к своей коже, и все, что мне осталось — это вспоминать вкус его губ, пока из щелки смежной комнаты доносился слабый свет лампы.
***
Кое-как мне удается спрятать то разочарование, которое я чувствую поглубже, а вот поспать нет. К сожалению, несмотря на усталость, всю ночь я думала о том, что совершила ошибку. Недюжинных усилий стоило не разрыдаться. А еще больших выйти к завтраку на балконе нашего номера с приклеенной к губам улыбкой.
Артур уже не спал.
Он быстро нажимал на экран своего телефона, поэтому не сразу увидел, что уже не один. Это дало мне пару мгновений форы, чтобы взять себя в руки и не выглядеть так жалко…
- О, ты уже проснулась! - киваю и подхожу к столу, кутаясь в пушистый халат.
Сажусь напротив.
- Не знал, что ты ешь на завтрак, поэтому заказал всего.
- Спасибо.
Повисает липкая, неприятная пауза. Мне, разумеется, хочется спросить об очевидном, но я стараюсь изо всех сил цепляться за то, что вчера он просто устал и перепил. Все будет. Будет! Медовый месяц ведь впереди и…ну…все такое.
Артур откашливается и говорит:
- Насчет медового месяца…
И здесь меня, кажется, ждет облом. Судя по всему. Сейчас вы снова видите женскую интуицию в деле: по интонации я определяю, что ничего не будет так, как планировалось. Ни. Че. Го.
- Я допустил кое-какую ошибку в одной важной сделке, и сегодня она вскроется…поэтому я никуда не смогу полететь. Это хорошая причина, весомая, никто не задаст ни одного вопроса. Ты же, разумеется, можешь слетать и отдохнуть.
То есть, он сделал это намерено. Знал, что так будет. Знал и ничего мне не сказал? Боже…
- Почему ты мне не сказал? - говорю раньше, чем успеваю заткнуться, а Артур смотрит на меня таким…взглядом.
Знаете, будто говорит: ты забыла? Это ненастоящий брак, малышка. Тормози с претензиями…
И я действительно торможу. Краснею, опускаю глаза в тарелку с творогом и мямлю тупое оправдание.
- Я купила много одежды, а если бы знала, не думала бы об этом.
- Ты можешь полететь и…
- Артур, я не полечу никуда одна! - снова себя не контролирую и добавляю в голос рычащих ноток.
Чтоб тебя! Ния! Контролируй свой язык!
- Прости, я не выспалась… но серьезно, как ты себе это представляешь? Лететь в свадебное путешествие без мужа? Жалкое зрелище. Все будут спрашивать, смотреть на меня… Нет, не полечу я одна.
Кажется, звучит достаточно убедительно, раз он кивает и откладывает телефон в сторону.
- Хорошо, я тебя услышал, но мне, скорее всего, надо будет улететь на неделю. Может быть, на две. По работе.
Обидно и досадно, но ладно.
Теперь киваю я, а он продолжает.
- Квартира пока в состоянии ремонта, поэтому ты…
- Поживу у родителей?
- Да. Так будет лучше.
Еще раз киваю. Обида становится сильнее, слезы, чувствую, пробираются все ближе.
Спокойно. Дыши.
- О приятном. Я купил тебе машину. Лексус. Если тебе не понравится, можем поменять.
- Хорошо. Спасибо.
- Это твой свадебный подарок, и да…насчет ремонта. Он на финальных стадиях, так что я дам тебе ключи, чтобы ты смогла поехать и посмотреть. Если что-то не понравится, смело переделывай. Дизайн, мебель — все на твое усмотрение. Я оставлю тебе карту, чтобы ты оплачивала покупки. Ни в чем себе не отказывай. Как я и обещал, все, что душа пожелает — твое, Агния.
Кроме главного, разумеется.
- Ния.
- Что?
- Называй меня Ния, - поднимаю глаза, впервые сталкиваясь с ним, как его жена — и да, это попытка стать ближе.
Хотя бы какая-то, раз другой так и не получилось, а красное белье отправилось куковать в самые глубокие недры чемодана.
Артур слегка улыбается.
Сработало? Напряжение точно пошло на спад, и я улыбаюсь ему в ответ.
- Странно, да?
- Немного…Ния.
Внутри становится теплее. Этого недостаточно, чтобы затопить зияющую пустоту, но хватит, чтобы немного воспрянуть духом.
Я же знала, что просто не будет. Ничего. Надо набраться терпения…
Думать так достаточно легко, когда он рядом, а когда уезжает после представления с путаницей в бумагах — уже как-то давит. Я долго смотрю вслед его внушительному внедорожнику, пока мама не подходит и не шепчет мне на ухо, обняв за плечи.
- Плохо, конечно, но не расстраивайся. Вся жизнь еще впереди. Немного задержитесь с медовым месяцем, потом его обязательно отгуляете!
Только вот кошки внутри наскребывают обратное: я уже тогда знаю, пусть и не признаю, что этого никогда не будет. И это только первый звоночек об ошибке всего тупого плана, который теперь сигналит красным, а чит-кода нет. Того, что может все это исправить — его просто нет! В жизни нам не дают жульничать.
Что посеешь — то и пожнешь… Всего получить невозможно, Ния, а раз ты была настолько наглой, что подумала об обратном, готовься собирать гнилой урожай. И да, малышка, тебе это вряд ли понравится...