Глава 17

Карим так втискивает меня в стену, что выбивает весь воздух из лёгких. Я обхватываю его запястье своими ладошками, но не могу отодрать его сильную лапищу от себя. Жалобно смотрю ему в глаза, в надежде, что он отпустит.

– Мне… больно… - хриплю тихо.

Но он лишь сжимает сильнее и рычит взбешённым зверем, заглядывая в мои глаза своими полными злости. С такой тяжёлой, концентрированной яростью в зрачках, словно не он меня заставил уехать к Амиру, а я сама сбежала к нему.

Хочется возразить, доказать, что я не такая, что между нами ничего не было, но я лишь сжимаю крепче зубы и пытаюсь вырваться. Если я расскажу правду о том, что происходило в отеле, что я там просто переночевала, а Мурадов звал по другой причине, я больше ни от кого не смогу получить помощи…

– Вот зачем я тебя к нему отпустил?! Всю ночь не мог заснуть… думал о том, что он там с тобой делал и сколько раз, ты ведь не вернулась ни через час, ни через два! – я начинаю задыхаться от его хватки и внезапно Карим отпускает моё горло. Ноги моментально слабеют и я чуть не сползаю на пол.

Но Булатов хватает меня уже за талию, крепко обнимая и вжимает своим телом в самую стену… почти так же ласково, как раньше, когда всё было нормально и он просто поддавался страсти.

– Сейчас мне хочется убить его. Сломать ему шею, просто открутить башку и выбросить куда-нибудь… Чёрт, как я мог позволить тебе уехать в этот отель, – горячее дыхание и шепот обдают моё ухо, но мурашки я чувствую отнюдь не приятные.

Он всего секунду назад был настолько груб, что я без огня в лёгких вздохнуть не могу. И до этого был ничуть ни лучше. Измена, вранье, угрозы - перечислять можно бесконечно.

Хочется оттолкнуть Карима и убежать в детскую, просто запереться там и горько плакать, обнимая Руслана. Он единственный, кому не наплевать на меня, он тот, кто действительно любит, кому я необходима. Я уверена, сейчас малыш скучает по мне и ждёт в своей кроватке…

Но я не могу вот так поступить и просто уйти к нему. Иначе и шанса на нашу свободу не будет и я никогда не найду родного малыша.

– Ты… позволил этому случиться… и теперь злишься на меня?... – не отталкиваю, но позволяю себе расплакаться. Просто не могу сдержаться, слёзы текут по щекам, – Он сам меня не отпускал! Я не хотела там оставаться до утра!

Громко всхлипываю и не выдерживаю, рыдаю, безвольно повисая на муже. Вцепляюсь в его плечи мёртвой хваткой, чтобы совсем не упасть.

Амир меня не тронул, но от этого не лучше. Я в его полной власти до самого конца и неизвестно, что он попросит потом. Будет ли и дальше играть в благородного и помогать или вообще сдаст меня Кариму. Но без его помощи мне не вырваться. Я не верю мужу. Он в одночасье разрушил мою жизнь, показав истинное лицо.

Правду говорят, что большие деньги не портят, а только обнажают натуру, которая пряталась у человека в самой глубине. Выходит, Карим уже давно меня ни во что не ставил. А потом предал, подделал документы, чтобы, если что, за грязные делишки отвечал не он сам. Еще и бессовестно угрожал, лишь бы я расплатилась телом с его конкурентом и не всплыло все, что он натворил за моей спиной. Не говоря уже о том, что он куда-то дел моего ребенка!

Я окружена теми, кому полностью на меня плевать.

– Я не на тебя злюсь! То есть, на тебя, но… да чёрт! – внезапно Булатов бьёт кулаком прямо по стене, совсем рядом со мной. Я вздрагиваю и втягиваю голову в плечи испуганно, глотая горькие слёзы, – Если бы мы не пошли на это, нас бы обоих ждала тюрьма! Я не думал, что кто-то пронюхает, шифровался хорошо, но… он всё равно выяснил каким-то образом. Пришлось пойти на это, но я уже жалею! Потому что… ты же моя жена! Я не просто так выбрал именно тебя!

От слов Карима мне хочется расплакаться ещё больше и горько усмехнуться одновременно. Но я лишь тихо бормочу:

– Не просто так, а потому что я слепая, да? Не замечу ни подмену ребенка, ни измену, ни то, что ты под моим именем нарушал закон… – у меня нет сил, чтобы перечислить всё.

Хочется наговорить гадостей, но я вспоминаю внезапно слова Амира. Что я должна втереться в доверие. Выходит, мне надо пытаться любящую жену из себя строить, когда хочется отхлестать мужа по щекам за все?

Я сцепляю крепче зубы, а потом все-таки заставляю себя сказать:

– Я люблю тебя, а ты меня нет… с любимым человеком так не поступают.

В груди ничего не отзывается и даже не ноет. Я ощущаю только опустошение, какое-то нечеловеческое, до самого дна. Разве что больно иногда. Но я позволяю мужу снова внезапно себя обнять.

Булатов заглядывает мне в глаза и выглядит виноватым.

– Думаешь, я специально это сделал?! Так просто вышло! – Карим встряхивает меня, как куклу, заводится лишь больше, хотя я надеялась, что эти проклятые слова любви его угомонят.

– Вот так просто вышло?! Магия, да? – огрызаюсь, сама того не успев осознать, пытаюсь оттолкнуть его, потому что слушать уже все это не могу.

– Главным бухгалтером зачислил я тебя раньше, чем понадобились подписи, вот и всё, а потом уже так было проще! Не нужно было покупать лишнего человека. То, что Мурадов нарыл где-то инфу - это не случайно, это кто-то из моих с фирмы скрысятничал. Я разберусь с этим, обещаю!

– А нельзя было просто быть порядочным?! У нас и так было достаточно денег!

Тот невероятный скачок в доходах мужа… вот чувствовала же, что это странно. Но тогда я лишь раз спросила и Булатов ответил, что просто удачно провел ребрендинг компании и заключил пару договоров с новыми крупными клиентами. А я, дура, удовлетворилась этим ответом без подробностей и вникать не стала, вся была в лечение погружена…

– Да что ты, достаточно?! Если бы я этого не сделал, мы бы уже банкротами сидели у вокзала в качестве бомжей и просили милостыню. Я о семье думал! – громко рявкает Карим мне в лицо.

О семье думал… так он это называет?! Я даже дар речи теряю от абсурда, который несёт Карим! Думал о семье, подвергая её опасности преступлением, используя меня практически втемную!

– И я не собирался тебя виноватой выставлять. Угрозы тебя посадить - это просто слова, понимаешь? Просто чтобы ты была покладистой и сделала все, как нужно. Это было необходимо, чтобы решить нашу проблему. Иначе бы все рухнуло окончательно - и семья, и бизнес! У меня не было выбора! - заявляет Булатов.

– А сейчас? Сейчас ничего не разрушено, хочешь сказать? – я едва могу это выдавить, хлопая глазами неверяще.

Он сейчас серьезно? Делает вид, что секс с Амиром был просто необходимостью и он совсем не плохой, просто обстоятельства вынудили?

– Нет. Всё можно исправить, - шепчет в губы Карим, - Просто прости меня. Давай начнём всё сначала. Ты ведь всё так же любишь меня. А я люблю тебя, котёнок. Давай забудем все, что случилось, как страшный сон, и просто будем жить дальше. От Аллы я избавлюсь и на аборт ее отправлю, обещаю. Станем, как и раньше, крепкой дружной семьей. Ты ведь хочешь этого так же сильно, как и я, правда?