Глава 45

Дима

Спустя время

Что ж…

Еще одну выкурю и пойду.

Блять, яйца в кулак и пойду…

Так…

Потопчусь немного возле дома, потренируюсь улыбаться и… Вперед!

Карапуз, которого мама вела за ручку, оглянулся и, увидев мою рожу с улыбкой, разревелся.

Я поспешно развернулся и сделал вид, будто ни при чем, а у самого сердце кровью обливается.

Карапуз.

У меня такой же… скоро появится.

Вернее, у Зои! Но не суть! Мой же? Мой…

Как я хочу его увидеть, боже.

После стольких лет ожидания…

Внутри все зудит от нетерпения.

Горит синим пламенем.

Но опрометчиво действовать нельзя.

С Зоей мы общаемся крайне редко. Только когда дело касается сына или юридических моментов.

Каждый раз сердце катится в обрыв.

В грудной клетке бахает нещадно, и в глазах — красный песок.

Растягиваем разговоры. Стараюсь переспрашивать, будто стал глухим.

— Ты оглох, что ли, Митя? — как-то спрашивает Зоя. — Или в облаках витаешь? Зачем звонил, если так затягиваешь?

— Давай в кафе встретимся, — предлагаю. — Вопрос юридический. От Леонида.

Я прикрываюсь какой угодно ширмой, выдумываю оправдания, лишь бы потянуть время.

— Извини, завтра не выйдет.

Ага! Знаю, что в клинику пойти должна. Паша сухо сообщает. Я пытаюсь выудить из Зои это признание, она — ни в какую!

Упрямица.

— Зой?

— Что?

— Зоя… — выдыхаю. — Зо-о-оя…

Вся тоска и вся любовь мира в ее коротком имени, пульсирует в глотке, клокочет сердцем на разрыв.

Она замолкает. Слышу, как дышит, и прикрываю глаза. Меня будто ее дыханием овевает.

— Дима? — шепчет. — Ты там? Ты меня слушаешь?

— Да, — спохватываюсь. — Так о чем ты поговорить хотела?

— Я? Ведь это ты мне позвонил.

— Верно. Но я… чувствую, тебе есть что сказать! — намекаю.

— Да. О Пашке. Он колледж выбрал. В Питере.

— О как. Знаешь, повод серьезный… Я тут… подумать должен. Посмотреть, в конце концов. По телефону не обсудить, надеюсь, ты это понимаешь? — произношу с нажимом, но прохладно.

Немного беспокоюсь, не перегнул ли?

Но Зоя соглашается. Чересчур быстро, как мне кажется.

— Да. Давай. На этой неделе, да?

Да хоть сейчас!

Но заставляю себя чинно ответить.

— Не раньше четверга.

— Давай в субботу? — предлагает. — В четверг у меня СПА. В пятницу… тоже несвободно.

— Хорошо, давай в субботу. Передвину кое-что.

— Договорились.

— Чудно.

— Отлично.

— Хорошего дня, Зой. И еще…

— Да? — спрашивает с надеждой.

— Береги себя.

— И ты…. Ты тоже, — торопливо бросает. — Пока!

***

Так, теперь получив свою дозу небольших, но жизненно важных приятностей, можно направляться на квартиру, куда с момента переселения Леры мне входить даже не хочется. Она там все на свой вкус обустроила и, вынужден признать, вкус у нее недурной…

Но это все лирика.

Сегодня мне предстоит важное — придумать повод для новой суровой мужской истерики и причины не оставаться.

Сколько их уже было… Не сосчитать.

Мне кажется, любая другая баба уже бы об мою голову сковородку чугунную несколько раз сломала, а Лерка — ничего! Держится… То ли терпила по жизни, то ли решила насмерть стоять на своем.

Итак, поднимаюсь неохотно.

Перед дверью делаю мину, как будто хапнул перекисших щей.

Звоню.

Не проходит и трех секунд — открывает.

Мда…

Недовольство «ты слишком долго шла открывать» уже не пройдет.

Что дальше?

В коридоре чистота, обувь вымыта и выстроена по цветам…

Коврик без единой пылинки.

Лера — улыбающаяся. В приличном домашнем платье.

Больше никаких шортиков, которые являют миру ее персик, и маечек без бюстгальтера.

Платье длиной чуть ниже колена и платок на голове.

Блять, да она издевается.

Еще и крестик православный на себя нацепила, сучка какая…

Лицо без яркого макияжа.

Втягиваю носом воздух.

— На ужин салат из овощей, суп и шарлотка творожная. Проходи, Митя… Мы тебя ждали. Очень ждали… Новые снимки сегодня сделали, посмотришь?

Вот!

Красноречиво поднимаю руки и тру виски.

— Трещишь слишком много, Лера. Неужели по моему лицу неясно, что настроение мое сегодня — дерьмо? А ты с порога трещишь!

Лицо Леры застывает камнем. Губы натянуто улыбаются. Глаза становятся стеклянными, змеиными.

Давай же… Давай! Пусть твоя маска треснет и слетит к чертям!

Вместо этого она отворачивается и трет глаза.

До покраснения.

— Ты совсем меня не любишь.

— Не люблю, факт. Любовь не по приказу ума возникает.

— Ты даже не пытаешься! — взвизгивает. — До нервного срыва меня довести хочешь, да? Совсем нашего ребеночка не жалеешь… Даже не побаловал меня ни разу, а мне… Мне клубники с огурцами хочется.

— Соленые или как? Доставку тебе закажу…

— Ааааа… — убегает с воем. — Ты даже не стараешься.

— А ты мне мозги не делай. Или, что, думала, я одуван? Придумаешь, какие огурцы тебе надо, смску кинешь! — и выхожу, основательно громыхнув дверью.

Вроде отстрелялся!

Теперь бы до субботы дотянуть, но уже в пятницу… меня ждет сюрприз!

***

Встречаюсь с Мирославом, который хвастливо решил представить мне свою зазнобу. Ладно, немного любопытно, каюсь. Вид у приятеля такой, словно жизнь удалась. Молодцевато выглядит, осанка горда, глаза горят…

— Знакомься, Митяй, моя темноглазая Елена Прекрасная! — представил.

— Дмитрий, — обязательства вынуждают меня быть вежливым и предельно галантным. — Ах, действительно, Елена Прекрасная.

— Хороша, да? — едва не трескается от гордости Мирослав.

— Весьма, — не стал спорить.

Признаться, я немного удивлен: девушка кардинально отличается от тех див, что обычно занимает внимание моего друга. Вернее, я сразу понимаю, что именно друга в них занимает — губы-вареничком и грудь-шар, еще попка и ноги длинные.

Елена стройная, гибкая, как лоза. У нее большие, темные глаза. Вид внимательный, задумчивый. Смуглокожая, выглядит экзотично, как амазонка, которая решила немного побыть в лоне цивилизации.

Мы трещим с другом обо всем на свете, Лена беседу поддерживает совсем немного, можно даже сказать, сторонится активного участия, как вдруг…

Я даже затылком чувствую присутствие той, которая… по ее же словам, сегодня занята крайне сильно.

Медленно поворачиваю голову в сторону.

Зоя?!

Гуляет она…

По ресторанам!

И не скажешь, что скучает.

Она, ах, сучка… До чего же хороша!