Анастасия Леманн Развод. Уходи · Глава 16

Глава 16

– Карина, вы просто обязаны написать заявление!

Алевтина Владимировна во все глаза смотрела на меня.

Я вздохнула, скула очень болела, как и голова. Ударил он меня достаточно сильно…

– У вас сотрясение, я не могу отпустить вас!

– У меня дети! – тихо произнесла я. – У него завтра похороны у матери!

– Это ничего не меняет, он избил вас на территории больницы! Методов Даниила я не оправдываю, но если бы ни он…

Она замолкает, краснеет. Я вздыхаю. Понятно, красивый военный контрактник покорил всех женщин…

– Спасибо Даниилу!

– Вы пожалуйста отдыхайте…

– Алевтина Владимировна, отдыхать я не смогу! Простите! Мне нужно ехать к детям и заявление я тоже писать не буду, простите еще раз за поведение своего супруга!

С трудом встав преодолевая, как сильно кружится голова, иду в сторону выхода. Господи за что мне все это, за что…

– Охренеть, он такой крутой! Блин реально мужик клевый! Ни то что Сеня!

Я молчу, а Юля не умолкает ни на минутку. Все мои мысли заняты тем что устроил Салманов. Между нами разное и я это понимаю… Но о что сделал Салманов это самое низкое и самое поганое что только могло быть… Я его презираю, он клялся что никогда не тронет и не обидит меня, а что сделал сам… Внутри все сжимается. Я закусываю губу. Сука, как это мерзко, как все это мерзко…

– Кар с тобой пойти?

Сама не замечаю, как мы подъехали к дому Альбины. Меньше всего мне хочется сейчас идти туда чей дом я считала своим домом. Все в один момент стало чужим и они стали чужими. Все. Абсолютно все…

Дверь распахнулась сразу. На пороге стоял Руслан, муж Али. У них было много разного, и Руслан предпочитал никогда ни во что не вмешиваться.

– Привет! Если ты за детьми, твой муж сказал тебе их не отдавать, но я не согласен с ним… Алан! Мама пришла!

Сын выйдя в коридор замер. Руслан может тоже заметил, но не сказал ни слова, а Алан сжал кулаки.

– Это отец да? Я его убью!

– Мама приехала! Ура!

Мадина со всех ног бросилась ко мне и прижавшись расплакалась, а у меня у самой ком в горле встал… Доченька моя…

– Я с отцом разберусь! – не унимался Алан. – Я этого так просто не оставлю, мама! Успокойся!

– Сынок пойдем, все хорошо!

– Завтра у бабушки…

Алан показывает глазами на Мадину, а я все понимаю… Она не должна знать, дети не виноваты в отношениях взрослых. Я сама любила Анну и считала ее матерью, до того момента… Пока не поняла что я чужая. Я…

Дом встретил меня пустотой. Если честно боялась что он приведет ее сюда. В квартире витал запах посторонних женских духов и мне стало так противно что я едва сдержалась. В горле встал ком… Омерзение, боль… Он что с ней спал тут?

Мадина ушла в детскую, а Алан прошел за мной на кухню и обнял меня за плечи.

– Мама, я на твоей стороне!

Я вздохнула. Какой он взрослый стал. Так вырос. А я не успела это заметить что у меня такой взрослый сын. Защитник.

– Сынок, это твой отец…

– Мама ты серьезно? Такой отец нужен? Он ублюдок, ударил тебя! Бабушку он убил, а тебя обвинили! Его шалава драгоценности сперла!

У меня потемнело в глазах. Что… Какие драгоценности…

В дверь позвонили. У меня все сжалось. Алан схватил меня за руку.

– Мама это наш дом, никому не открывай!

Я тяжело вздохнула. Почему это все со мной происходит, почему…

Известие о том что любовница моего мужа украла драгоценности Анны полностью убило меня. Звонили родные, что то говорили, но Але было проще обвинить меня, почему то автоматом я стала врагом… Сколько матов и оскорблений я выслушала по ватсапу, одному Богу известно… Я удалив все и не понимая, как мне идти на похороны, выключила свет и пошла в спальню. Мадина сладко спала, а вот сын не спал. Алан лежал с телефоном.

– Сынок, я завтра Мадину отвезу сама, ты поедешь со мной!

– Мама, я тебя в обиду никому не дам! Я тебя очень люблю!

Алан обнял меня, а я едва не рыдала. Мне было так больно…Я поверить не могла что это все происходит со мной наяву…Почему… За что…Я не понимала. Я очень сильно любила сына и больше всего на свете боялась потерять его и дочь… Потерять их обоих…

– Мама, давай уедем! Чтобы нас никто не нашел!

Шумно выдыхаю… Телефон на столе сына оживает. Салманов… Как же я его ненавижу.