Глава 10

Анна День был очень тяжелый. После обеда привезли пациентку с врожденным пороком сердца, которой противопоказано вынашивать ребенка, но она, несмотря на все риски, все равно захотела родить. Операция была очень сложной. Мы едва не потеряли ее. Но вытащили, слава богу. И с ребеночком тоже все в порядке. Которого очень сильно желала мама, жертвуя своей собственной жизнью. Едва переставляя ноги и от всей души зевая, иду к машине. Кто бы знал, как мне не хочется ехать домой… Впервые такое испытаю. Раньше я чуть ли не бежала в свой любимый дом, к семье, по пути обдумывая, чего бы такого вкусненького приготовить на ужин. Чем бы побаловать мужа и ребят. А сейчас… На душе кошки скребут. Настроение паршивое. Внутри пустота. Все кажется серым и унылым. Осень – мое любимое время года. Всегда ассоциируется с чем-то очень уютным, спокойным, умиротворенным. Веранда, теплый какао, пушистый плед, любовный роман – так я любила проводить свободное время. А в доме кружился аромат моего фирменного грушевого пирога, который так любят муж и дети. Груши, кстати, из нашего сада. Вечером дочь приходила с учебы, сын и муж – с работы. Я накрывала на стол, мы садились ужинать и всегда рассказывали о том, у кого как прошел день, что нового, что интересного произошло. Затем все дружно забирались на диван в гостиной и смотрели комедийные шоу. Господи, какие счастливые были эти моменты. Мне так больно думать об этом. Сердце на части разрывается, глаза наполняются слезами. Я понимаю, что этого больше никогда не будет. Что… что у меня больше нет семьи, в которой всегда царила гармония. Семьи, о которой я мечтала с детства – с того самого дня, как развелись мои родители. Да, я боец по жизни. Если надо, по головам пойду. Но в то же время я еще и женщина, которой хочется простого женского счастья: любви, заботы, уюта, разговоров по душам со своим мужем, теплых объятий по ночам. Я не понимаю… Я, черт возьми, не понимаю-ю-ю-ю, зачем он все разрушил? Что ему не хватало во мне? Ну почему, почему он изменил мне? Мне казалось, что у нас замечательная семья. Что он никогда меня не предаст и ни на кого не променяет. Я же знаю, что он меня очень сильно любил и сам не раз признавался в том, что боится меня потерять. Тогда почему он спутался с ней?! Почему позволил ей промыть себе мозги? Почему не поговорил обо всем со мной?! Он своими руками сломал нашу семью. Он… «Аня, спокойно, спокойно, – делаю несколько глубоких вдохов. – Ты снова заводишься. Давай помедитируем, – мысленно разговариваю сама с собой. – М-м-м. М-м-м. Та-да-дам. М-м-м. Да пусть он хоть в лепешку расшибется, но я ни за что не останусь с ним! – снова сиреной вопит внутренний голос. – Хочет забрать у меня все? Пусть забирает. Я справлюсь. Этим он точно меня не удержит. Ничем не удержит!» – Алло? – садясь в машину, отвечаю на звонок от подруги сестры. – Ань, привет! Анализ отдала в лабораторию. Как будет готов результат, я тебе сразу сообщу. – Спасибо огромное! Ты меня очень выручаешь. Сегодня во время обеда я съездила домой, взяла зубную щетку мужа, и отправилась в центр генетических экспертиз вместе с биоматериалом ребенка. Щетку, конечно же, я заменила на новую – идентичную. Примерно пару месяцев назад я заказала набор одинаковых щеток, и там как раз осталась одна. Думаю, Влад ничего не заметит. Сейчас я ничего не буду говорить ему. Сначала нужно дождаться результата. Хоть бы этот ребенок оказался не от него. Больше всего хочу этого. В таком случае Марине придется умыться собственными слезами и забыть о том, что ее всю жизнь будут обеспечивать. И о доме в Сочи, и о Владе. Ведь он точно этого ей не простит. Завожу машину, медленно двигаюсь к выезду со стоянки, гоняя в голове всякие разные мысли, и тут вдруг прямо на меня несется джип с разбитой фарой и помятым капотом. Настойчиво сигналит, чтобы я уступила ему дорогу. Сдаю назад, чтобы он проехал, и задерживаюсь, чтобы понять, что происходит. Наблюдаю, как из джипа выскакивает мужчина в белой рубашке, быстро открывает пассажирскую дверь, берет на руки беременную девушку и неистово кричит: – Врача! Врача срочно! Я пулей вылетаю из машины и бегу к ним со всех ног. – Что случилось? Я врач. Работаю в этом медицинском центре. – Помогите ей! Спасите мою дочь! У нее начались схватки, сразу поехали к вам, и, – не может говорить, глубоко дышит, – и только что здесь за углом в нас врезались. Она ударилась головой, потеряла сознание. Сделайте что-нибудь! – Идите за мной! Вбегаю в здание. – Каталку, быстро! Готовьте операционную! Шахова и Андрееву туда. Я переодеваться. Через несколько минут вхожу в операционную, где пациенткой уже занимаются мои коллеги, обследую ее, и принимаю решение экстренно провести кесарево сечение. *** – Состояние вашей дочери стабилизировалось, ее жизни ничего не угрожает, – выйдя в коридор, сообщаю мужчине. – Поздравляю, у вас родилась здоровая внучка. Вес три семьсот. Рост сорок девять сантиметров. – Анна Александровна, – глядя на мой бейдж, выдыхает с облегчением, и хватается за голову, – спасибо… Большое вам спасибо! Я думал, что потеряю ее. – Все хорошо, – устало улыбаюсь, касаясь его плеча, и замечаю ссадины на его лице. – Вам тоже нужно показаться врачу. Не переживайте, ваша дочь под присмотром, она в надежных руках наших специалистов. Вот, – достаю из кармана визитку, – вы можете звонить мне напрямую. Я буду информировать вас о ее состоянии. – Благодарю! – кивает он. Достает из кармана брюк небольшой кожаный кошелек, убирает в него визитку, и подает мне свою. – Вы тоже можете обращаться ко мне по любому вопросу. «Давыдов Максим Константинович. Адвокат», – читаю я. И только сейчас до меня доходит, кто он. Да он же один из самых известных адвокатов в стране! Его постоянно показывают в новостях. – Спасибо, – заторможенно отвечаю, а сама в этот момент думаю: «Возможно, мне в скором времени пригодится ваша помощь». Через несколько минут делаю вторую попытку добраться до дома. Выезжаю на оживленную трассу и отвечаю на звонок от дочери. – Да, Соф. – Мама! – кричит в трубку. – Ты где? Ты далеко от дома? – Только отъехала от работы. А что случилось? – Что случилось?! Папа и Стас сцепились! Стас ударил его, папа ответил! Они стол сломали на кухне! Давай быстрее, пока они не поубивали друг друга! – Еду! Лечу домой как выпущенная стрела, вслух перебирая все нецензурные слова, которые знаю. – Это за мной? – в панике смотрю в зеркало, в котором отражается полицейская машина с мигалками. – Водитель белого «Мерседеса», – раздается на всю улицу, слышу номер своей машины, – немедленно остановитесь! – О, нет, – изрекаю дрожащим голосом. – Нет-нет, только не сейчас, пожалуйста. Мне ничего не остается делать, как остановить машину. Открываю окно, к которому подходит сотрудник ГИБДД, представляется, я подаю ему документы. – Куда так спешите, Анна Александровна? – сердито спрашивает, затем внимательно изучает меня, и меняется в лице. – Аня? – округляет глаза. Я удивленно моргаю. Не могу понять, кто это. – Аня Павлова? – улыбается он. – Я ведь не ошибся? – Н-не ошиблись… А вы, простите?.. «Смирнов… – кручу в голове его фамилию, но она очень распространенная. – А как его имя? – пытаюсь вспомнить. – Я пропустила мимо ушей». – Долго жить буду, – смеется он. – Евгений Смирнов. Школа номер сто три, одиннадцатый «Б» класс. Я в полном шоке. – Женя? – смотрю на него во все глаза. – Боже мой, ты изменился до неузнаваемости! Отстегиваю ремень и выхожу на улицу. – Ну, привет, Женя Смирнов! – смеюсь, обнимая своего друга детства, с которым сидела за одной партой. – Привет, Анют, привет, – прижимает меня к себе. – Рад тебя видеть! – Это взаимно, Жень. Ты прости, я просто очень тороплюсь, – виновато смотрю на него. – У меня дома там… В общем, нужно срочно ехать. – Да я уже заметил, что торопишься, – поправляет фуражку. – Может, помощь моя нужна? – Нет-нет, я сама справлюсь. – Телефон хоть оставь. А не то совсем пропала. Как будет намечаться встреча с нашими, я дам тебе знать. Хоть разочек-то приди на встречу. Вспомнить молодость, так сказать. – Хорошо, запиши, – торопливо диктую ему свой номер. – Жень, я поеду, ладно? Если б не торопилась, то с удовольствием бы пообщалась с тобой. – Езжай, конечно, – открывает дверь моей машины. – Ты хоть вкратце скажи, как семья, как дети? Ты за этого… – щелкает пальцами, – забыл, как звать. Артем вроде. За него вышла? – Нет, – грустно улыбаюсь. – Артем погиб в аварии много лет назад. – Прости, Ань… – с досадой смотрит на меня. – Не знал. Больше не задерживаю, – выпрямляется он. – Надеюсь, еще увидимся. – Обязательно! – киваю я, даже не догадываясь о том, что мы с ним действительно очень скоро встретимся еще раз. И… эта встреча перевернет мою жизнь с ног на голову.