46

Алиса

Я срываюсь с места и бегу по лестнице, почти не чувствуя под ногами ступенек.

Сердце колотится где-то в горле, в висках стучит. Девять часов. Надо успеть. Надо...

И вдруг – звонок.

Резко останавливаюсь на полпути, хватаясь за холодные перила.

Телефон вибрирует в руке, и имя на экране заставляет мир вокруг замереть.

Андрей.

Весь день я ловила себя на мысли, что жду этого звонка.

Каждый раз, когда телефон вибрировал от уведомления, сердце сжималось от надежды.

А теперь, когда он звонит... Дыхание перехватывает.

Ладони мгновенно становятся влажными.

Почему такая реакция? Почему это так важно? Он просто звонит. Всего лишь звонок.

Делаю глубокий, прерывистый вдох, пытаясь совладать с дрожью в коленях. Беру трубку.

– Алло? – мой голос звучит чуть хрипло от быстрого бега.

– Алиса, здравствуй, – его голос... низкий, спокойный и… усталый.

От одного звука по спине бегут мурашки.

– Прости... Я... пропал вчера. Совсем не так все должно было быть. Ты в порядке? Добралась нормально?

Он беспокоится. Он извиняется.

От этих простых слов на глаза наворачиваются предательские слезы.

Как же мне хочется сказать ему все. Про бабушку. Про операцию. Про этот ужасный разговор с Алексеем...

– Да, я... я в порядке. Спасибо, – выдавливаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Все хорошо.

– Я хотел бы увидеться. Сегодня. Сейчас.

Сейчас?

Нет!

Паника сжимает горло.

Встреча с Алексеем... Деньги... Если Андрей появится сейчас, все может пойти наперекосяк. А я не могу рисковать…

Но и сказать «нет»... Оттолкнуть его сейчас, когда он сам предлагает встречу... Я просто не хочу.

Мозг лихорадочно ищет выход.

– Я... я не могу прямо сейчас, – почти запинаюсь я. – Мне нужно... кое-что забрать из старой квартиры. Это срочно.

Глупая, пустяковая отговорка. Он наверняка почувствует фальшь.

Но это единственное, что я смогла придумать экспромтом. Импровизация – не моя сильная сторона.

Но он не спорит. Не задает лишних вопросов. Его голос звучит так же ровно и спокойно:

– Я тебя отвезу.

– Да ну, что ты, Андрей, спасибо, – смеюсь неестественно. – Не стоит беспокоиться…

– Никакого беспокойства. Я жду тебя у крыльца больницы.

Мне резко не хватает воздуха – откуда он знает, что я здесь?

– Больницы?

Усмехается.

– Ну, конечно, сразу же понятно, где ты можешь быть вечером.

Вот так. Просто. Он не дает возможности отказаться, отступить, придумать что-то еще. Его решимость, его желание быть рядом – они обезоруживают и пугают одновременно.

Что же мне делать?

Сердце колотится, когда я выхожу из больницы и вижу его машину.

Андрей выходит навстречу.

Все его движения – плавные, уверенные. Совсем не такие, как у Алексея.

– Садись, – говорит он просто, открывая дверь.

В салоне пахнет его парфюмом и свежестью.

Молча едем.

Я украдкой смотрю на него. На его профиль, на руки на руле.

И больше чувствую, чем понимаю разумом – он другой. Совсем. Противоположность Алексею – не кричит, не давит, не пытается уколоть.

Рядом с ним странно спокойно и... тревожно одновременно. Чувствую странное притяжение, тепло где-то внутри и одновременно легкую дрожь.

Подъезжаем к моему дому. Машина останавливается.

– Проводить? – спрашивает он.

– Нет! – вырывается у меня почти испуганно. Слишком боюсь, что он увидит Алексея, что все испортится. – Спасибо, я сама.

Выскакиваю из машины, почти не прощаясь.

Бегу к подъезду, чувствуя его взгляд на спине.

Сердце стучит о ребра. Страшно. Стыдно.

И так нелепо одиноко, хотя он всего в метрах от меня.

Поднимаюсь по лестнице, и каждый шаг отдается тяжестью в висках.

Дверь в квартиру приоткрыта. Вхожу.

Алексей развалился на диване по-хозяйски.

Смотрит на меня насмешливым, оценивающим взглядом, с ног до головы.

– Ну что, прибежала, – растягивает он слова, наслаждаясь моментом. – Совсем запыхалась. Красивая, кстати. Наверное, для кого-то старалась?

Я молчу, стискиваю зубы. Прохожу на кухню, будто это может как-то помочь.

– Где расписка, Алексей? Ты сказал, все будет готово.

– А где «здравствуй»? Где «как дела»? – он не встает, кричит из гостиной. – Невежливо как-то. Я ведь тут тебя ждал, время свое тратил.

Возвращаюсь в дверной проем, опираюсь о косяк. Стараюсь дышать ровно.

– Здравствуй. Как дела? Расписка готова?

Он наконец поднимается с дивана и неспеша идет ко мне. Останавливается слишком близко.

– Готова, – говорит он, доставая из внутреннего кармана пиджака сложенный листок. Но не протягивает его. Держит в руках, помахивает им. – Все по-нашему. И про квартиру, и про... – он многозначительно смотрит на мой живот, – остальное.

– Хорошо. Давай.

Я тянусь за бумагой, но он отдергивает руку.

– Ты чего такая нервная? И торопливая, – его глаза сужаются.

Он чувствует мое напряжение, и ему это нравится.

– Может подумаешь немного и поймешь почему я нервная? – не выдерживаю и огрызаюсь и тут же корю себя – вдруг откажется и уйдет.

Деньги мне нужны позарез.

Он внимательно следит за мной и будто читает в глазах этот страх.

– Или... – он делает паузу, и на его лице появляется новая, хищная улыбка. – Или, может, передумаем? Может, встретимся в другой раз? Или я немного... изменю условия? Вдруг я тоже куда-то тороплюсь, а ты меня задерживаешь?

В груди все сжимается от леденящего страха.

Он играет со мной.

Как кошка с мышкой.

– Какие условия, Алексей? – выдавливаю я. – Мы же все обсудили.

Он пожимает плечами.

– А если мне захотелось большего, м?

Придвигается еще ближе.

– Например, бонуса, – и продолжает, словно задумчиво: – Какого-нибудь особенного бонуса…