Глава 25

Андрей

Я откладывал визит к отцу, но сиделка снова жаловалась на его дурной характер, и я решил заехать к нему, хотя прекрасно знал, что никто не сможет на него повлиять. Даже я.

До этого постоянно находились дела поважнее. Покупка новой компании, Вика со своим шантажистом, попытки докопаться до правды насчёт Веры.

Этот вопрос волновал меня больше всего, и я решил убить двух зайцев одновременно. Отец тоже может знать что-то, что я упустил.

Ирина открыла мне дверь, уставшая, вымотанная. Надо ей зарплату поднять.

— Как он?

Она закатила глаза, выдохнув:

— Ну вы же знаете своего отца. Сегодня снова отказался принимать лекарства. Убедить невозможно. Говорит, что сам знает, когда ему что нужно.

Я кивнул. Классика. Он всегда считал себя умнее других, даже теперь, когда умирал.

Я направился к нему, сквозь дом, пропитанный запахом больницы. Аппаратура на миллионы, кислород, мониторы. Он отказался от госпитализации, решив, что будет умирать на своих условиях.

Я думал об этом почти спокойно. Диагноз был поставлен год назад, и у меня было время смириться.

Я толкнул дверь и вошёл в его комнату, обращая внимание на изменения, произошедшие с ним с нашей последней встречи.

Даже сейчас он старался бодриться, взглянул на меня непримиримо из-под бровей:

— Что, опять на меня нажаловалась? — спросил вместо приветствия.

Ирина поправила капельницу, взглянула на мониторы.

— Что-то ещё нужно?

— Да, свобода, — отрезал он.

Она вздохнула и вышла, а он проводил её взглядом, по-прежнему мужским.

Я не удержался от усмешки:

— Зачем ты её изводишь?

— Было бы мне лет на двадцать меньше… И не будь я прикован к этим трубкам, — зло взмахнул он руками. — Действовал бы иначе.

Я взял стул и поставил возле кровати.

— А ты что? — он решил сменить тему. — Всерьёз решил Соколова купить?

Он по-прежнему думал, что что-то решает.

— Что? Уже и советы мои не нужны? Совсем со счетов списал?

Он всегда был таким. Всю жизнь контролировал всё и всех вокруг. Даже сейчас, лёжа под капельницами, продолжал играть в того, кто раздаёт указания. Отказаться от роли было для него равносильно смерти.

— Советы нужны, когда их просят.

— Я в людях никогда не ошибаюсь, — нетерпимо заявил он. — И этот твой Соколов…

— Никогда? — хмыкнул я. — Ну, это неправда.

— О чём ты?

— О Вере.

Он замер, мгновенно поняв, о ком я говорю. Надо же, столько лет прошло. Интересно.

— Не понимаю, о чём ты, — отвернулся он, взглянув в окно.

Глаза у него слезились, но он упорно мучил их болезненным светом. Я встал и прикрыл жалюзи.

— Я говорю о Вере, — с нажимом повторил я. — Мы оба в ней тогда ошиблись.

— Разве? Девчонка оказалась змеёй, — вдруг ядовито произнёс он. — Пробралась в компанию, охмурила тебя, а потом предала.

— Её подставили, — спокойно возразил я.

— Подставили, — кашлянул он, усмехнувшись. — Стандартная отговорка всех виновных. Кому это было нужно?

— Виктору, например. Его ты тоже помнишь?

Он замялся, всего на миг, но я заметил.

— Что это за допрос?.. Помню, конечно.

— Ты знал, что он потом на ней женился? — с иронией спросил я.

— Откуда мне… К чему ты клонишь?

— К тому, что я повёл себя, как обиженный мальчишка, просто взяв и поверив в предательство.

Я подошёл к его постели, глядя на него сверху вниз.

— А теперь пытаюсь выяснить, кому было выгодно, чтобы мы расстались.

— Что за… Ты мужик или кто? — гаркнул он, но тут же закашлялся.

Я протянул ему кислородную маску, но он гневно оттолкнул мою руку. Скорее умрёт, чем примет помощь. Я положил её рядом и он, перестав бороться с собой, надел её на лицо.

Вдохнул несколько раз, ошалело глядя в потолок.

— Она в прошлом. Всё это в прошлом, — просипел он. — В будущее смотри!

— Ты за этим стоял? — жёстко спросил я.

Он вращал глазами, снова приложив маску к лицу.

— Зачем? Я знал, что вы и без меня расстанетесь. Она не из нашего круга. Мне нужно было лишь подождать.

Пальцы сами сжались в кулаки.

— Ты странно отреагировал на неё, почему?

Он сделал вид, что не понимает.

— Как только впервые увидел, — напомнил я. — Взглянул на неё, как на призрака. Она тебе кого-то напомнила?

— Глупости.

— Ты поэтому так бесился от мысли, что я на ней женюсь?

— Я же сказал!..

— Да-да, она не из нашего круга, — раздражённо произнёс я.

Мне казалось, я хожу вокруг чего-то важного, совсем близко. Как будто пытаюсь вспомнить нечто ускользающее из памяти.

— Тебе нужна была девушка из хорошей семьи.

— А дочь профессора, чем тебе не угодила?

— Этот нищий…

Он снова надел маску, непонятно на что злясь.

— Он умер, — зачем-то сказал я.

Отец отреагировал странно. Замер, подняв на меня взгляд.

— Умер? — прокаркал хрипло.

Я кивнул. Он побелел, странно разволновавшись. Один из мониторов запищал.

— Тебе плохо?

В комнату вошла Ирина.

— Что случилось? — она подошла проверить показатели.

Ввела ему лекарство и поправила кислородную маску.

— Постарайтесь не волновать его, ему это противопоказано.

Я наблюдал за отцом, мои подозрения лишь усилились. Он что-то скрывает и даже сейчас не собирается это признавать.

Мне хотелось на него надавить, потребовать ответов, но он устало прикрыл глаза, а быть тем, кто его добьёт, не входило в мои планы.

Я накрыл его руку своей.

— Отдыхай, я заеду позже.

Он молча покивал мне, наконец отдышавшись. Он не переигрывал, новость о смерти Николая странным образом его разволновала.

Ещё бы понять, почему.