Глава 26

За обедом в столовой коллеги жаловались на школьные поборы, и речь зашла о выпускных.

— В этом году какие-то сумасшедшие суммы, — ворчала Света. — А у меня близнецы, между прочим.

— А наша учительница выдала нам вишлист, что бы она хотела получить в качестве подарка. Там такие позиции, от которых я бы сама не отказалась. А она не постеснялась, представляете?

— Ого, вот в наше время такого не было.

Разговор зашёл о нарядах, и я подключилась, рассказав, что на этих выходных мы ходили с Настей выбирать платье.

— Честно говоря, я как-то отстала от жизни, цены просто космос.

— А то! — сразу подключились остальные. — И что, выбрали?

Я рассказала о потрясающем платье, увидев которое на дочери, чуть не прослезилась.

— Только оно стоит, как крыло от Боинга, — закончила я. — Так что пришлось отказаться. Но так хочется порадовать её. Она и закончила с золотой медалью, и развод ещё этот…

Девчонки сочувственно покивали, а потом умолкли, глянув куда-то в сторону.

Я повернула голову и увидела Андрея. Он стоял у кофемашины, будто бы занимаясь своим делом, но при его появлении все как-то умолкли.

Повернувшись, он поздоровался с нами. Я сдержанно улыбнулась, стараясь выглядеть спокойно. Хотя внутри мгновенно прокрутила весь разговор, пытаясь вспомнить, не сказала ли чего лишнего.

Подумает ещё, что на зарплату жалуюсь. Которая, кстати, пришла на следующий день.

Я заметила это почти случайно, проверяя баланс перед покупкой кофе. Цифра была странной. Заметно больше ожидаемой.

Сначала я решила, что это ошибка бухгалтерии. Потом вспомнила Андрея и его взгляд у кофемашины, когда все в столовой замолчали.

Я уговаривала себя не связывать эти вещи между собой. Но не получилось.

Вечером столкнулась с ним на парковке. Андрей стоял у своей машины, привычно деловой, спокойный. Отпер дверь, бросил папку на переднее сиденье.

Я колебалась ровно три секунды, прежде чем сделать шаг вперёд.

— Андрей, — окликнула я его.

Он обернулся, и мне показалось, что даже обрадовался.

— Вера? Всё в порядке?

Я шагнула к нему и спросила прямо:

— Скажи, премия — твоих рук дело?

Он не стал делать вид, будто не понял меня.

— Ты недовольна?

— Нет, но…

— Можешь считать это инвестициями в хорошее настроение.

— О чём ты?

— О платье для Насти, — улыбнулся он.

Имя дочери так странно прозвучало в его устах. Не знаю, что именно выбило меня из колеи. Просто… Мне понравилось.

Как будто ему действительно не плевать ни на меня, ни на мою дочь.

— Мне неудобно, — всё-таки сказала я. — Другие, знаешь ли, тоже жаловались.

Я попыталась скрыть смущение смешком, Андрей едва заметно улыбнулся. Внезапно взял меня за руку, и мне показалось, отсутствие кольца его порадовало.

— Думаю, я никогда не смогу компенсировать тебе свою ошибку. Но буду рад, если мы начнём хотя бы с малого.

Я немного зависла, не ожидая услышать такое. Но в этот момент из дверей вышли коллеги, и я сделала шаг назад.

Андрей взглянул на меня с лёгким сожалением.

— Приятного вечера, Вера.

Я кивнула, поблагодарила его и пошла к машине. Домой ехала задумчивая. Похоже, он и правда начал мне доверять. И даже хочет что-то исправить.

Но столько времени прошло, некоторые вещи уже не изменить.

Приехав домой, я обрадовала Настю, что на выпускной она пойдёт в том самом платье.

— Ты серьёзно? — воскликнула она. — Мам, ты самая лучшая!

Она бросилась меня обнимать, прыгала от счастья, как маленькая.

— А ты уверена? — вдруг спохватилась. — И платье, и поездка, я не хочу тебя грабить.

— Брось, Настён, сейчас всё внимание тебе, понятно?

Она прослезилась, тепло обняв меня.

— Спасибо, мам, правда, — пробормотала мне в шею.

А я снова почувствовала себя, как в её детстве, когда порадовать её было так легко. Когда она бежала ко мне с объятиями. Когда проблемы были пустяковыми.

Уже позже она спросила меня:

— Слушай, а что насчёт этого папиного «подарка»? — она сделала кавычки в воздухе. — Что это было?

— Он тебе не понравился? — осторожно спросила я.

— Ну… Понимаешь, он как бы… Странный. Нет?

Я взглянула на неё, думая, стоит ли говорить.

— Ты что-то скрываешь? Ты ведь говорила с ним. О чём? Это связано?

Ладно, она уже большая девочка, и вообще, какого чёрта я должна его прикрывать?

— Он покупал его не для тебя. Для Марины.

Она округлила глаза.

— В смысле?!

— В прямом. Я видела этот кулон у неё на шее.

— Он что, забрал его у своей…

— Насть.

— У своей шлюхи!

Я закатила глаза.

— Офигеть, — пробормотала она. — Ну спасибо, папочка.

— Не расстраивайся только. Незачем…

Я не договорила, она вскочила, раздражённо пройдясь по комнате.

— Нет, как ему такое в голову пришло? Надеюсь, не получу на следующий день рождения поношенные трусы?

— О... Господи, — я уже пожалела, что призналась.

Мне вовсе не Витю было жалко. Просто Настю расстроила. Так ей и сказала.

— Это не ты расстроила! — воскликнула она. — Это он. А я ещё… Вот дура. Думала, папа запутался, злая стерва его охмурила.

Она не знала про схему, которую они устроили с другом, но уж в это я её посвящать не собиралась. Хватит с неё.

— А давай сосредоточимся на хорошем? — предложила я. — Выпускной, платье, отдых. Ничего не изменилось? Антоновы точно едут с вами?

Я переключила её внимание на приятные хлопоты, и она выбросила из головы идиотский поступок отца. Но не простила.

И он снова пожалел о нём, позвонив ей. Такую отповедь даже я бы ему не устроила. Признаться, капелька злорадства бальзамом пролилась на моё сердце.

Что посеешь, то и пожнёшь.