Глава 27

Утром в квартире стоял лёгкий хаос. Настя бегала с «Дайсоном» в руках, в халате, с одной уже уложенной прядью, и одновременно искала серёжки. Я приводила в порядок наши платья, хотя и так всё было идеально.

С кухни доносился аромат кофе, и в какой-то момент я поймала себя на мысли, что всё это похоже на сборы не на выпускной, а на свадьбу.

Она была невероятно красива, и я едва сдерживалась, чтобы не расплакаться прямо там, держа в руках флакон духов.

А ещё меня не покидало ощущение, что это последние радости, которые нам предстоят в нашей квартире. Скоро мы с Витей разведёмся, поделим её, и отсюда придётся съехать.

Если он не передумает, конечно, и не согласится на выкуп доли. Но ничего хорошего от него всё равно ждать не приходится.

Я не знала, появится ли он на выпускном. Настя всё ещё злилась, но была не против, чтобы он пришёл. Ну а я предпочла промолчать на этот счёт. Сегодня был её день.

Главное, чтобы он не испортил его каким-нибудь подарком, вроде побрякушек от любовницы.

— Мам, ты плакать собираешься или всё-таки передашь мне тушь? — Настя вынырнула из комнаты.

На ней было то самое платье, покупку которого я смогла позволить себе благодаря Андрею. Она выглядела в нём, как звезда.

— А что, нельзя и то, и другое? — улыбнулась я, подавая косметичку. — Ты потрясающая, Настён. Правда. Я тобой горжусь.

Она вздохнула, крепко обняла меня и прошептала:

— Только давай без этого, а то я точно разревусь, как дурочка.

Когда мы наконец добрались до школы, она гудела, как настоящий улей. Повсюду цветы, ленты, счастливые выпускники, взволнованные родители.

Мы с Настей пришли чуть раньше, и я радовалась, что есть время передохнуть и оглядеться. Она ушла к подружкам, смеясь и щебеча, а я как раз собиралась пойти в актовый зал, когда краем глаза заметила бывшего.

Надо признать, выглядел Виктор очень достойно. Интересно, где он сейчас живёт, если и правда Марину бросил? У матери?

О таких мелочах, как приведение костюма в порядок, он никогда не заботился, но сейчас был одет с иголочки и совсем не походил на холостяка, который не знает, с какой стороны подойти к отпаривателю.

Наверное, Тамара ради сына постаралась. Всё ещё мечтает о красивой картинке, в которой мы снова все вместе.

Оглядываясь в поисках дочери, он стоял с букетом в руках. Что это с ним? Исправиться решил? На цветы явно не поскупился.

Признаться, меня порадовало собственное спокойствие. Разве что чуть иронии. И ничего больше. Ни боли от того, что мы встречаем взросление дочери порознь, ни даже той первой болезненной обиды за предательство.

Хмыкнув, я отвернулась и пошла в актовый зал, не собираясь помогать Виктору с поиском дочери. Я бы вообще предпочла провести выпускной в разных концах зала. Жаль, не вышло.

— Вера, выглядишь великолепно.

Я не сбавила шага и не обернулась. Просто кивнула, будто это был не комплимент, а реплика о погоде.

— Спасибо, — сухо отозвалась я.

Он поравнялся со мной, похоже, не собираясь сдаваться:

— Я серьёзно. Ты изменилась. В хорошем смысле. Стала ещё красивее.

Я посмотрела на него со смесью усталости и недоверия.

— Не надо, Вить, не начинай. Сегодня не тот день.

Он усмехнулся, но это была натянутая, почти болезненная улыбка.

— А помнишь, как мы впервые привели сюда Настю? Совсем кроха.

— Да, — перебила я. — А теперь взрослая. Время идёт, многое меняется.

Мы вошли в зал, где уже собирались родители. Он не отставал.

— Я просто скучаю по тем временам. По тебе, по дому.

— Вперёд, Вить, — сказала я, останавливаясь и поворачиваясь к нему лицом. — У тебя будет второй шанс. Только не со мной. Подрастёт ребёнок у Марины, вот и повторишь. Вручишь ей букет, потанцуете на выпускном, всё как в первый раз.

Он поморщился, будто я наступила на больное.

— К тому времени я буду уже слишком стар, чтобы это всерьёз радовало.

— Ну, надо было раньше думать, — спокойно ответила я и отошла в сторону, надеясь, что он поймёт намёк.

Но не тут-то было, Виктор устроился рядом, коснувшись меня плечом. Ещё и потянулся за руку взять, когда началась церемония.

Я освободила ладонь, не глядя на него. Но, похоже, его это не смутило. Да что с ним такое? Я должна поверить в слезливую историю про его раскаяние и желание вернуть всё назад?

В тот момент, когда Настя вышла на сцену получать аттестат, я отбросила все эти мысли, почувствовав себя гордой матерью. Она нашла нас взглядом и заулыбалась. Моя красавица.

Взяла аттестат из рук директора, и в этой её улыбке я видела свою маленькую девочку, которую привела сюда в первый класс. Всего на миг, она тут же исчезла, стоило Насте тряхнуть волосами.

Я едва сдержалась, чтобы не шмыгнуть носом, и тут Витя протянул мне платок.

— Я чувствую то же самое, — шепнул он.

Я приняла его, промокнув глаза.

Да, кто же знал, что, заканчивая школу, Настя будет переживать ещё и наш развод…

Позже Витя вручил ей букет, подошёл сфотографироваться с нами, я не стала упрямиться и даже выдержала его руку на своём плече.

Но тут же высвободилась, стоило Диме сделать фото.

— А теперь вдвоём, — сказала я, намекая Вите, чтобы отошёл.

Настёна улыбалась, счастливая и красивая, от букета она осталась в восторге. А впереди было продолжение. Теплоход и ресторан.

— Мам, я побежала, — она чмокнула меня в щёку. — Там уже все собираются.

— На автобусе поедешь? У меня же машина.

— Ну, я со всеми, — смущённо пробормотала она, держа Диму за руку.

— Хорошо, давайте, — согласилась я.

Стоило ей уйти, Витя подошёл сзади, напугав меня.

— Прости, — усмехнулся, увидев, как я вздрогнула.

— Я о тебе забыла, — вырвалось само.

Прозвучало двусмысленно, но пусть понимает, как хочет. Я двинулась к машине, он постоял, глядя на меня и наконец отстал. Но ненадолго.

К речному вокзалу мы подъехали вместе. Теплоход уже ждал у причала, украшенный шарами и лентами.

Пофотографировавшись, Настя с друзьями поднялись на борт, мы с другими родителями двинулись за ними.

Пользуясь возможностью, я перекинулась парой фраз с Антоновыми, убедившись, что поездка на юг будет именно такой, как её описала Настя.

— Вера, не волнуйся, — успокоила меня Света. — Всё под контролем. Мы с Мишей за ними проследим. Да и Настя у тебя такая умница.

Уже позже, когда мы отплыли и началось основное веселье, я отошла с бокалом шампанского, глядя на воду. Тут-то меня и нашёл Витя.

— Настя всё-таки едет? — спросил он.

— Едет.

— Я постараюсь поучаствовать.

— Не нужно, она этого не ждёт.

— Я дал слово.

— А потом забрал, — ответила я совершенно спокойно, любуясь речным пейзажем.

— Вер, ну ты сама в этом участие приняла, — слегка раздражённо бросил он. — Я до сих пор разгребаю последствия твоего ухода.

До сих пор... Тебе ещё долго их разгребать, мой милый.

— Но я рад, что ты собой довольна, — хмыкнул он, увидев благостное выражение на моём лице.

Я с недоумением посмотрела на него. Его взгляд остановился на моих губах.

— Вить, — я повернулась к нему всем телом. — Я улыбаюсь не потому, что радуюсь твоим бедам. Они мне безразличны, а мы почти в разводе.

Признаться, всё же слегка приятно было видеть недоумение на его лице. Когда-то красивом, теперь… обычном.

Это было лицо мужчины за сорок, к которому я больше не испытывала любви.

— Я радуюсь за Настю, за то, какой она выросла. За то, что у неё впереди целая жизнь.

Он переборол лёгкое раздражение, вызванное моими словами, складка между бровей разгладилась.

— Ты права, дочь у нас получилась замечательная.

Я усмехнулась, отвернувшись от него. Сделала глоток шампанского.

— Ну что?

— Правда нужно объяснить?

— Объясни, — с нажимом потребовал он.

— Вот это твоё слово: «Получилось». У тебя ведь во всём так, Вить. Само получилось, да? Дочь получилась. Без всяких усилий, видимо. И бизнес получился, и ничего, что я и в него, и в дочь, вложила всю душу. И даже измена твоя «Ну, так вышло, так получилось», — развела я руками. — Ты не при чём.

На палубе играла музыка, ребята веселились, то и дело визжа от радости, обнимаясь и делая селфи. А мы стояли, глядя друг на друга, кажется, впервые после начала развода разговаривая вот так. Честно.

— Ты сделал свой выбор, принял решение мне изменить. И не раз, как говорил раньше. Ты целую схему придумал. Не закономерно ли, как всё в итоге «получилось»?

Он хмурился, но не перебивал. И раз уж на этот раз он меня слушал, я добила:

— И с Андреем моё расставание тоже «получилось» само собой, — вот тут эмоции всё-таки прорвались, и он это заметил. — А вовсе не ты сделал всё, чтобы он меня возненавидел.

Я выдохнула, разжала пальцы, которые, оказывается, уже впивались ногтями в ладонь.

— Весь наш брак начался с твоей лжи, с отвратительного поступка. Так не делай вид, что мы теперь не чужие.

— Всё? — спросил он.

Его голос чуть вибрировал от злости, полыхнувшей в глазах. Видимо, моё упоминание Андрея разозлило его больше всего.

— Этого мало?

Я отвернулась, пытаясь успокоить нервы, так некстати взбудораженные его появлением.

— Ну тогда теперь ты меня выслушай. Мне тоже есть, что сказать.