Глава 39. Как делают последний вдох

Предварительное слушание состоялось через три дня. За это время я много успела сделать: и нашла ту самую бумажку про выделяемые Скайглору субсидии, да такие цифры, что у меня глаза на лоб полезли. Один из чиновников, мой давний знакомый, по секрету сказал, что мой иск… отложили. Не отклонили. Отложили. Словно спрятали.

Затем пришла к нашему домику. Там кто-то жил. Сменили занавески с нежно-голубых на ляпистый рисунок, сорвали высаженные мною цветы. Повесили полотенца сушиться на балконе. Вытоптали дорожку там, где ее не должно быть. А еще там жарили рыбу на всю улицу. Я ненавидела рыбу.

Где-то в вещах лежали документы, который Кассиан так и не подписал. В который раз дала себе обещание, что заставлю его это сделать. Проверять, от него ли беременна Матильда или нет, я уже не хотела, для меня это не имело никакого значения.

Основной любовью Кассиана было Гнездо. А я так, на втором месте.

Я больше не хотела его видеть, хотя подпись мне необходима. Только представлю, что придется поговорить, снова услышать его речи… как разворачивалась и шла в другую сторону от поместья фон Райвенгорстов.

На удивление, я почти не видела Валериана. Мы ни разу не встретились за эти дни. Он не искал встречи. Я тоже.

Предварительное слушание проходило без публики, торжественности, и газет. Оставалось надеяться, что его хотя бы запротоколируют.

Небольшой зал Старшего суда с высоким потолком и узкими окнами, через которые свет падал полосами, как решётка, хотя фениксы понятия не имеют, что такое настоящая тюрьма.

Я стояла одна за столом заявителя. Пришлось купить пару новых платьев, чтобы выглядеть подобающе перед Старшим судом.

Внешне я была абсолютно спокойна, хотя сердце то срывалось с ритма, то замирало. Утром мне кусок в горло не лез, и хоть после пробуждения прошло часов шесть, я вообще не ощущала голода.

Валериану и Кассиану было настрого запрещено появляться в зале.

Это был только мой бой.

Грезелла — за столом ответственной стороны.

Она не привела адвокатов. Только двух секретарей. Это выглядело почти демонстративно.

Судья, пожилой феникс с сухим лицом и безукоризненной дикцией, перелистывал копии документов.

— Госпожа фон Райвенгорст, — произнёс он, — вы утверждаете, что средства, выделенные Скайглору за последние десять лет, перераспределялись с нарушением регламента.

— Да.

— И что данные нарушения могли быть санкционированы на уровне канцелярии?

— Да.

Он повернулся к Грезелле, своей коллеге и давнему другу. Если мне не изменяет память, он был ее учителем.

— Вы признаёте возможность злоупотреблений?

— Я признаю возможность ошибок в отчётности, — ответила она спокойно. — Но не системных нарушений.

— Вы готовы к очной проверке?

— Безусловно.

Я почувствовала лёгкое, почти физическое смещение.

Грезелла не сопротивлялась. Она была уверена, что Камил ее никогда не предаст.

Судья сложил руки.

— Представленные документы указывают на необходимость дополнительного анализа. В частности, требуется очное изучение оригиналов отчётности, сверка финансовых потоков и присутствие ответственных лиц на месте распределения субсидий.

Он сделал паузу.

— Суд постановляет назначить выездную проверку в город Скайглор.

Это прозвучало сухо. Почти буднично.

— Ответственная сторона обязана присутствовать.

Грезелла кивнула.

— Разумеется.

— Проверка проводится в присутствии заявителя.

Я ожидала этого.

— Срок — немедленно. Дата выезда согласовывается в течение двух суток.

Молоточек ударил по дереву.

Решение было принято. Все тихо, мирно. Без скандала.

Я понимала, что иск о превышении полномочий Гнездо постарается замять или оттянуть. Прикопаться к субсидиям для них сейчас проще всего.

Когда мы вышли в коридор, я почувствовала не облегчение. Голова болела от того, как долго еще будут длиться разборки. И я очень надеялась, что по приезде в Скайглор Камил останется на моей стороне.

А что самое страшное, я ждала, что он со мной свяжется. Мне было просто необходимое его тихое спокойствие.

— Ты добилась своего, — сказала Грезелла, остановившись рядом со мной.

— Это решение суда.

— Конечно.

Свекровь посмотрела на меня пристально. В ее голубых глазах я увидела Кассиана.

— Ты уверена, что понимаешь, что именно запустила?

— Проверку, — я вскинула голову. Грезелла меня не испугает уже. Хуже некуда.

— Нет.

Грезелла чуть наклонила голову.

— Твое полное уничтожение, девочка.

И ушла.

Я стояла в коридоре, глядя на массивные двери зала.

Камил много раз говорил, что нужно доводить дело до конца. Интересно, он понимал, к чему это приведет?

Очная проверка. Личный визит. Присутствие доверенного лица Суда в пределах купола. И их не беспокоило, что этому лицу предъявлено обвинение, которое пока отложили в сторону.

Я заставлю их вернуться к этому делу. Пусть после личной проверки Грезеллы своих теневых владений.

Мы называли это процедурой.

Мне показалось, что я что-то упускаю. Это я пытаюсь обвести вокруг пальца или меня?