Глава 19

Лера Увидев мчащегося по холлу сына, я застыла со стаканчиком чая в руках. Сын был сам на себя не похож: в распахнутом пальто, надетом прямо на футболку, с ненормальным блеском в глазах. – Что с ней? – подлетев, рявкнул он. – Где она? – Он перевёл взгляд с меня на Игоря. – Что вы сделали? – С чего ты взял, что мы что-то сделали? – гневно спросил Игорь. – А какого хрена мать звонит мне в двенадцатом часу?! Почему она с вами была? – Если она с нами была, это не значит, что мы… Я подняла руку ладонью вверх. – Хватит! – приказала обоим. – Ты, – посмотрела на мужа, – прекрати заниматься онанизмом. А ты, – на сына, – прежде чем набрасываться с обвинениями, выясни, в чём дело. Здесь твои родители, а не друзья. Каким бы взрослым ты ни был, данный факт не меняется. Он стиснул зубы. – Что с Лизой? – повторил сын. – С ребёнком что? – Всё в порядке. Была угроза выкидыша, но сейчас всё хорошо. Лиза в палате, отдыхает. Он шумно вдохнул носом. Лиза сказала, что любит его, и я не понимала, как к этому относиться. Сын никогда не говорил, что они встречаются, Настя тоже, и я подозревала, что дочь в принципе была не в курсе. Если Лиза носит ребёнка моего сына, это свяжет их крепче, чем печати в паспортах. Но на аборт её отправлять – бесчеловечно. На разрезе сильных эмоций человек проявляет истинную сущность. Я видела, как она испугалась в кафе, и это было не сыграть. В машине она сказала, что не хочет потерять малыша, в клинике – только подоспел врач – взмолилась, чтобы её крошку спасли. Я опять посмотрела на сына. – Ты помнишь несчастный случай, когда на стройке погиб один из рабочих? – спросила я. – Какая разница? Ты меня сейчас будешь спрашивать про каких-то рабочих? – Буду, – сказала резко. – Помнишь или нет? – Ну, допустим. Что-то такое… алкаш какой-то. – Лиза – дочь этого алкаша, а твой лучший друг – его сын. Я упёрлась в Никиту взглядом. В его глазах было недоверие. – Расскажи ему, Игорь, – попросила я. – Только не накручивай, расскажи, как есть. Муж и сын отошли в сторону. Сама я за сегодняшний день устала дико и готова была свалиться с ног. Мысли роились в голове, наталкиваясь друг на друга и отлетая, как однополярные заряды. Чай был ещё горячим, но не помогал отогнать усталость. Я слышала гул голосов Никиты и Игоря, но не пыталась разобрать слова. Смотрела в темноту и гадала, что преподнесёт нам следующий год. Окончание этого выдалось слишком насыщенным. И насыщенным, увы, дурными событиями. Выходит, родителей у Лизы нет. Сколько я её помнила, она всегда вворачивала несколько слов про мать и отца. Как-то мы даже подарок выбирали для её мамы: я, Лиза и Настя. Учитывая, что жила Лиза отдельно, в маленькой студии, Настя не могла поймать её на обмане. Я успела допить чай, когда ко мне подошёл Никита. – Отец мне всё рассказал. Я кивнула. – Лиза сказала, что ты её видеть не хочешь. Что-то не сходится, Никит. Отцу ты другое говорил, как мне помнится. И без того мрачный сын помрачнел сильнее. Я ждала ответа. Он насупился, тёмно-карие глаза стали совсем чёрными. Я против воли сравнила его с Егором и нашла только одно сходство: мой сын тоже давно не мальчишка, а взрослый мужчина. Это для меня он всегда будет ребёнком. Когда он родился, Игорю было на четыре года меньше, чем ему сейчас. А ведь тогда я не считала Игоря несмышлёным пареньком… – Что я должен был сделать? – спросил он гневно. – Отец доходчиво сказал, что, если я останусь с ней, лишусь семьи. Скажи мне, мам?! Что я должен был сделать?! Я резко посмотрела на Игоря. Он так сказал?! Похоже на то. Оставалось только в голос застонать. Сама я не выносила категоричных требований вроде этого. Либо – либо. – Умнее ничего не придумал? – не сдержавшись, осведомилась у мужа, и тот поджал губы. – Я не знаю, что с нами со всеми случилось. Мам… – Всё, Никит. – Прижала пальцы к виску. – Я больше не могу. У меня голова кругом. Если хочешь, иди к Лизе. Только, пожалуйста, помни всё, что случилось. Ты – взрослый мужчина, решение принимать тебе. Я не знаю, как мы дальше будем со всем этим жить, но как-то придётся. Сын не просиял, не обрадовался и не бросился к двери палаты. Он всё смотрел на меня. – А если я не откажусь от неё? – Главное, чтобы ты был уверен в своём решении. Отвечать за него тебе, а не нам с отцом. – Но ты… – Я взрослая, Никита. Не обещаю тёплые семейные ужины, но моим сыном ты быть не перестанешь. – Я снова посмотрела на мужа. – И сыном своего отца тоже. Кивнув, он спросил, в какой палате Лиза, и скрылся за дверью. Я глубоко вздохнула. Новостей по поводу поисков Егора пока не было, телефон его сестры молчал. Наверняка он знал, что мы встречаемся с Лизой, но… Появилось неприятное ощущение, что марионетками его игры стали не только мы, но я задавила чувство жалости к Лизе на корню. Завтра с ней должен был поговорить психотерапевт, и я рассчитывала, что это даст ответы на какие-то вопросы. – Отвези меня, пожалуйста, домой, – попросила я мужа. – К нам? – Нет, Игорь. Не к нам. Не думай, что это что-то изменило. Ко мне домой. Я могу вызвать такси, но… – Я отвезу, – сказал он и вдруг подошёл очень близко. Посмотрел мне в глаза и обнял. Осторожно, мягко, но крепко. Я хотела вывернуться, но вместо этого прикрыла глаза и прильнула к нему. Вдохнула родной запах, и слабое ощущение умиротворения позволило расслабиться. Ненадолго – всего на несколько секунд, и всё же мне стало легче. Уверенность, что всё потеряно и растоптано, пошатнулась, а вместо неё появилась робкая надежда на то, что мы всё-таки пройдём и через это, как прошли через бо́льшую часть нашей жизни.