Глава 34 · Марионетка

Надежда

Я всегда знала, что гнев и жажда мести – плохие советчики, но сейчас мне уже всё равно. Я хочу, чтобы Гена почувствовал ту же боль, что и я. И Эвелина, его нахальная любовница, идеально подходит на роль орудия возмездия.

Да, пускай я её презираю, но сейчас враг моего врага – мой друг. Ведь я добилась того, чего хотела – эти двое теперь ненавидят друг друга. Это значит, что они загрызут себя сами. А мне не придется марать руки.

Смотрю на Эвелину. Она стоит напротив меня, сжавшись в комок, словно испуганный зверек.

Такая жалкая. Насквозь промокшая от дождя. Тушь растеклась огромными черными кругами под её глазами. Кажется, будто бы от былой её красоты и следа не осталось. Нет той уверенности, хищного блеска в глазах.

Трясётся вся мелкой дрожью. Глаза огромные, полные страха. Мне доставляет удовольствие видеть её такой беспомощной. Знаю, что она ничего не сможет сделать. Я контролирую ситуацию.

– Эвелина, мне нужна будет твоя помощь.

Она вздрагивает, словно от удара. Её взгляд мечется по комнате, ища пути к бегству, но она понимает – бежать некуда.

– Я… Я не понимаю, о чём вы, – лепечет девчонка, но голос её дрожит.

Улыбаюсь.

– Не понимаешь? Вспомни, как ты подсыпала мне яд в чай. Тогда ты была посмелее.

Её глаза расширяются от ужаса. Значит, она думала, что мне ничего не известно. Ха. Глупая девчонка. Думала, что умнее неё никого нет. Но как же дрянь просчиталась.

– Я… Я не… – пытается она что-то сказать, но слова застревают в горле.

– Тише, тише, – говорю я, поднимая руку. – Не бойся. Я не злюсь. Наоборот, я думаю, что нам нужно объединить усилия. А чтобы сплотиться, нужно забыть прошлые обиды, не так ли?

Она молча кивает, всё ещё дрожа.

– Давай присядем? – указываю рукой на стулья, стоящие в углу комнаты.

– Гена… Он виноват во всех наших бедах, – продолжаю я, пристально глядя Эве в глаза. – Тебе наобещал с три короба, а затем бросил, словно шавку. Еще и похищение устроил…

– Я знала, что это был он! – рычит она сквозь зубы, сжимая кулаки. Надо же, как быстро она поверила мне. Видимо, ненависть к Гене настолько сильна, что это чувство затмило её разум. Отлично. Мне это только на руку.

– Только я открою тебе маленький секрет, – шепчу заговорщически, бросая хитрый прищур на девицу. – У Гены ничего нет. Правда, он об этом ещё не знает.

Эвелина смотрит на меня, а в глазах знаки вопроса.

– Я знала о вашей связи уже давно, дорогая. Вы с Геной думали, что умнее меня, но я все это время строила план мести, пока вы были слишком увлечены друг другом.

Эва смотрит на меня так, словно снова призрака увидела. Поняла наконец, что она просчиталась.

– Скажи, ты хочешь отомстить Гене? Ведь он один виноват в наших с тобой бедах… Он лгал, унижал, оскорблял…

– Да, – шепчет она, судорожно качая головой. – Он… Он испортил мне жизнь!

– И мне, – тяжело вздыхаю я, сжимая кулаки. – Но теперь… Теперь мы отомстим ему. Вместе.

У неё появляется проблеск интереса в глазах. Вижу, как страх постепенно отступает, уступая место жажде мести.

– И как мы это сделаем? – спрашивает Эвелина, уже более уверенным голосом.

– У меня есть план, – выдаю я, понижая голос до шепота. – Гена помешан на своем здоровье. Витамины, БАДы… Он пьет их горстями. Мы используем это. А так как ты у нас мастер по отравлению, то… Подменишь его витамины на нечто другое.

Достаю из сумки блистер с таблетками.

– Это специальный препарат, – объясняю я. – Он не смертелен, но… Скажем так, у него будут очень неприятные побочные эффекты. Он потеряет волосы, ногти, зубы… Его сердце станет работать хуже. Гена будет слабым и беспомощным. Его красота, которой он так гордится… Исчезнет. Он станет посмешищем.

Эвелина смотрит на таблетки расширенными глазами.

– А что с ним будет потом? – спрашивает она, нервно теребя край платья. – Это точно не смертельный препарат?

Едко усмехаюсь. Значит, меня убить она не боялась. А как дело коснулось Гены… Какая трогательная забота.

– Не переживай, дорогуша, – хмыкаю я, растягивая слова, наслаждаясь её страхом. – Я не настолько жестока, чтобы убивать своего мужа. Хотя, признаться, порой эта мысль кажется мне чертовски привлекательной. Но смерть – это слишком легкая расплата за то, что он сделал. Не так ли? – бросаю на неё косой взгляд. Эвелина слабо кивает, бледная как полотно.

– Он станет жалким подобием самого себя, – продолжаю я, холодно улыбаясь. – Будет жить, но… Жизнь его превратится в ад. Его красота, которой он так гордится… Исчезнет. Он станет слабым, больным, зависимым. Посмешищем для всех. И это, моя дорогая Эвелина, будет нашей с тобой маленькой, но очень сладкой победой.

– Но… А если он догадается?! – спрашивает девчонка, всё ещё колеблясь. – Он ведь в курсе, что я пыталась сделать с вами. Да и в дом меня больше не пустит! Как я подменю ему эти таблетки?

– Не переживай, солнышко, – хитро прищуриваюсь. – У меня есть одна гениальная идея, как заставить Гену принять тебя обратно. Поверь, у него просто не останется другого выхода.

– Хорошо, – глухо выдает Эвелина, и в её глазах, наконец, вспыхивает злобный огонёк. – Я согласна. Рассказывайте, что за идея? Мне не терпится узнать.

– Терпение, моя дорогая, – мурлычу я, делая паузу, чтобы усилить эффект. – Сейчас расскажу.

Смотрю на неё и улыбаюсь. Мой план сработал. Девчонка попала в ловушку, сама того не понимая. Теперь у меня есть союзница. Вернее, марионетка. С помощью которой я уничтожу их обоих. Медленно, но верно. Они заплатят за всё, что сделали со мной. За каждую слезу, за каждую боль. За каждую разбитую надежду. Гена будет страдать. А я… Я буду наслаждаться каждым мгновением его мучений. И Эвелина поможет мне в этом. Сама того не понимая, она уже в шаге от расплаты за все свои деяния. Она станет инструментом в моих руках.

Я не хочу пачкать руки. Эти мерзавцы… Они уничтожат себя сами. А я всего лишь немного этому посодействую.