Глава 18

Наутро за завтраком первым делом я извинилась за вчерашнюю вспышку гнева.

– Виктор, прости. Я так перепугалась. Одно дело дома, когда врачи и капельница под рукой. А здесь… вечером… Одним словом, я переволновалась, не сдержала эмоций.

– Да чего уж там. Я и сам, надо признаться, струхнул. А сухари те, ну, лакомства, я выкинул. Не беспокойся.

Вот сейчас хорошо. А то после того, как Туба пришла в норму, меня грызла совесть. Ну откуда им знать такие особенности про мою собаку? Не стоило на Витю кидаться с обвинениями. Сама виновата. Моя собака – вот и следовало мне с ней возиться.

Когда урегулировали этот вопрос, устроили совет. Что делать дальше?

– До Усолья ехать двести пятьдесят километров в одну сторону. Это полдня мы проведем в дороге, – нарыл нужную информацию Витя.

– Может, лучше здесь останемся? Устроим банный день?

Юсуповы восторженно поддержали идею. Влад, потянувшись всем телом, тоже. Ну, что же, так и быть. Значит, сегодня у меня выходной. Это только на руку. Понаблюдаю за собакой.

Ни в какую баню я, понятное дело, не пойду. Я не смогу раздеться перед малознакомыми людьми, даже перед той же Степанидой. И вообще, баня это искусство гармонии со своим телом, а какая здесь гармония, если я то и дело замечаю заинтересованные взгляды Влада?

И никому не скажу, насколько мне они приятны. Словно я вернулась во времена своей молодости, когда ловила на себе восхищенные взгляды сокурсников. В ту пору такого разнообразия в одежде, как сейчас, не наблюдалось. Отечественная промышленность еще не перестроилась под нужды широкого потребителя, а иностранные производители делали первые робкие шаги на нашем рынке. И то исключительно в Москве и Ленинграде.

Возможно, именно по этой причине я выбрала для себя иной способ выделяться – знаниями и оценками. Все свободное время проводила в библиотеках, донимала преподавателей вопросами, где подробнее почитать про ту или иную проблему.

И все же, какое это ни с чем не сравнимое удовольствие, когда при всей группе преподаватель объявляет, что мне зачет поставлен автоматически. Какие шмотки? Я вас умоляю. Когда девчонки смотрят с неприкрытой злобой, а парни с завистью – вот где гордость. А потом такое положение вещей вошло в привычку. И я уже не мыслила учебу по-другому. Вспоминала то время с ностальгией, все было предельно ясно, а сейчас…

Благодаря Владу я вернулась в то порядком подзабытое состояние. Но он ведь заинтересован в другом. Одного мне никогда не понять. Если ты выбрал женщину, доверяешь ей, спишь в одной постели и так далее, как можно такое даже в голову допустить? И как смотреть в глаза жене после измены? Для меня это точка невозврата. Отношения разрушены. Даже если ради детей, совместного бизнеса, больных родителей и прочего удастся сохранить брак, я никогда не забуду про измену. Она станет выжигать меня каленым железом изнутри. Буду смотреть на мужчину и каждый раз вспоминать предательство. Ничем хорошим для нас обоих это не закончится. Но мужчины, по всей видимости, чувствуют иначе. И вот как с этим жить?

Я этот день планировала провести за чтением. Найду в интернете роман со счастливым концом и буду сопереживать героям. Я погуляла с Тубой и ушла в прохладу дома. Там удобно устроилась на одном из диванов и приступила к поиску чтива.

– Сашенька, у тебя купальник с собой имеется? – в двери вошла Степанида.

– Ой, нет. И купальник с собой не взяла, и в баню не пойду.

– Тогда и мы без купальников, в простыни завернемся. А отказы не принимаются. Ты даже не представляешь, насколько баня благотворно влияет на весь организм. К примеру, летчикам врачи прописывают посещять ее каждую неделю, а то и по несколько раз, – она присела рядом.

Вот ведь. Сейчас начнет уговаривать, приводить аргументы. Да знаю я их все, но, простите, останусь при своих принципах.

– Я лучше почитаю. Да и за Тубой нужно присмотреть. Благодарю за приглашение.

– Витя веники заказал, травки всякие. Будет ароматы нам в бане устраивать.

– Очень рада за вас.

Ну сколько можно? Я уже начинала закипать. Выразила свое мнение, что не хочу, а меня как будто не слышат. Проснулась натура богачей? Дескать, мы повелеваем тебе. Нет уж. Я к ним приставлена проводить экскурсии. Все остальное – мое личное время и пространство.

Помолчали. Затем она, пожелав мне хорошего отдыха, удалилась собираться в баню.

Ну, наконец-то. Я выбрала роман и углубилась в чтение. Так-так. Что там у нас?

Спустилась Степанида с ворохом вещей и прошла по направлению к бане.

Туба мерно посапывала рядом на диване, я читала. Внезапно двери распахнулись, и на пороге возник Влад. Из всей одежды на нем – простыня, завязанная не очень умело на манер римской тоги. Он застыл в дверях, одна рука картинно вытянута в сторону бани, другая указует на меня. Я невольно хихикнула.

– Ты, не обладающая женским именем, пошто от бани отказалась?! – патетически вопросил он.

Неужели он знает и про то, что у женщин в Древнем Риме не было собственных имен, только женские формы рода? Или намекает таким образом на мое мужское имя?

Я невольно загляделась на его обнаженный торс, с которого капельками стекала вода. Ни грамма жира, сухой… Как это называют? Жилистый? Как змея. Во! Змей искуситель!

– Интеллект сам себя не создаст. Его, знаете ли, поддерживать следует, – я горделиво вскинула подбородок.

– Раковинку ты поддерживаешь, а не интеллект.

Влад, как был, плюхнулся рядом со мной.

Я непроизвольно приоткрыла рот. Неужели все так очевидно? Да, я действительно желала отстраниться от людей, оплакать предательство мужа. Но так было до встречи с туристами. Сейчас я наслаждаюсь приятной компанией, и да, меня с вниманием слушают, людям нравятся мои рассказы. Или нет?

Я покрутила на пальце кольцо, вроде бы бесполезный аксессуар, но что-то внутри меня противилось его снять.

Влад долго, внимательно смотрел мне в глаза.

– Если сейчас не перешагнешь через себя, превратишься в бабку через полгода.

Более ничего не сказал, лишь хлопнул себя по коленям и бодро вернулся в баню.

Нет, он не прав! Какая раковина? Я самодостаточная женщина! Захотела и взялась книгу читать. Захочу и пойду в баню. И тут мне стало так одиноко, так душно одной. Они там наверняка шутят, историями из жизни делятся. А я тут. И роман враз показался неинтересным, пресным. Герои картонные, история банальная.

Я тоскливо оглянулась по сторонам. Неужели он прав и я через полгода в старуху превращусь? А вот и не прав! Во мне взыграла студенческая строптивость. А я вот сейчас простыню накину и докажу ему, всем им докажу, что нет у меня никакой раковины. Не прячусь я от них или своих проблем. Сказано – сделано. И сама не заметила, как через десять минут, обмотавшись простыней, бежала в баню.

Провели мы в бане целый день. Впятером. Парились до красных пятен и обливались холодной водой. Пили квас без меры, хохотали.

Влад и Юсуповы порознь и вместе вспоминали курьезные случаи из жизни.

– А ведь поначалу ты нам не понравился в соседях, – призналась Степанида. – Налетел с охраной, точь-в-точь как «новый русский». Я тогда Ифе пообещала, что, если будешь себя плохо вести, пожалуюсь на тебя своим. А если ты от дома откажешься – решили сами его выкупить, чтобы избавить себя от подобных соседей.

– Не оправдал я, значит, ваших ожиданий? – хихикнул Влад.

– Не оправдал! Но мы этому безмерно рады.

От меня не укрылось, что Степанида говорит о Владе в единственном лице. Не упоминает семью. Но, может, это оттого, что он за городом один живет? Семья в Москве, а он отдыхает от них. Такие случаи нередки. Мой муж, бывший, тоже любил один на даче оставаться. Впрочем, я сейчас сомневаюсь в том, что оставался. А если и оставался, то один…