16 Нелли

Наконец, это день наступил. Сегодня нас с Игорем разведут.

Смотрю на своё отражение в высоком зеркале и не узнаю себя. Вроде всё та же цветочек-Нелли, но что-то изменилось безвозвратно.

Почему я так быстро всё решила? Почему не давала нам шанс? Не цеплялась за надежду?

Потому что всё было слишком очевидно. И Игорю ничего в нашей семье уже не было нужно.

А мне.. горько. Просто дико неприятно от всей этой ситуации. Как всегда у меня бывает с неприятным делом: хочется быстрее закончить и оставить в прошлом. Пойти дальше, пережить и постараться забыть.

С медиатором мы всё таки встретились. Отец заверил, что обо всём договорился с Игорем, и он не будет чинить препятствия. И действительно: муж молча подписал мировое соглашение. Наши адвокаты остались им довольны. Конечно, Игорь мог бы торговаться за половину моего магазина. Я бы даже с удовольствием всё ему выплатила, лишь бы больше не иметь с ним никаких дел. Но отец избавил меня от такой необходимости.

По-хорошему, Игоря стоило затаскать по судам: он присвоил деньги «Олимпа». Но отец не захотел мараться о скользкого зятя.

Теперь у Игоря нет никаких рычагов давления. Но я всё равно предпочитаю не контактировать с ним один на один.

Люба рассказывала, что её развод прошёл в целом неплохо. Без ссор и скандалов.

Только в конце, уже после заседания, Глеб немного погнул пальцы.

Я надеялась, что у меня будет также.

Но ошиблась.

Судья выслушивает обе стороны. Всё быстро, чётко, без взаимных претензий. По глазам Игоря вижу, что он с радостью сказал бы мне много чего, но не хочет получить замечание от судьи.

Нас разводят. Для проформы предлагают время на примирение, но мы единогласно отказываемся. Нет больше семьи Северовых. Пожалуй, я даже верну себе девичью фамилию.

Если снова не выйду замуж.

Навряд ли.

Откуда вообще такие мысли?

Слава...

Должен меня сегодня забрать. На заседание его, разумеется, не пустили. Он поехал по делам, но сказал, что к концу заседания вернётся.

Выходим из зала суда. Оглядываюсь: Славы всё ещё нет. Зато за моей спиной раздаётся насмешливый голос Игоря:

— Жаль, что свидетельство о расторжении брата я смогу получить только через месяц.

— Не терпится жениться на Кире? — отзываюсь спокойно. - Совет вам да любовь.

Видит Бог, я не хочу говорить с Игорем. Но на улице дождь, мокрый снег и вообще отвратительно холодно.

Иду по коридору, чтобы отделаться от бывшего мужа, но он неожиданно не отстаёт.

Следует за мной и говорит:

— Нормальные женщины не бегут разводиться, как только узнают об измене. Они переживают, не верят, стараются вернуть любимого мужа. А не отрезают его от себя одним ударом. Вывод — ты меня никогда не любила.

Сволочь! Я и так, как натянутая струна. Он что, хочет вывести меня из равновесия?

ЕГО слова больно бьют. Разве я не любила Игоря? Любила. Но любовь имеет свойство трансформироваться. Сейчас я не чувствую к Игорю ничего, кроме дикой неприязни.

Но я - живой человек. И мне тоже больно.

— Странно слышать разговор о любви от человека, который женился по расчёту, —оборачиваюсь и пристально смотрю Игорю в глаза.

С удовольствием отмечаю, что прошедшие недели не пошли ему на пользу. Он спал с лица, явно не заглядывал в СПА. Да и седые у корней волосы красноречиво говорят, что бывшему мужу было не до красоты.

— Я тебе ничего плохого не делал, — отзывается Игорь. — А ты всегда уверяла, что любишь меня... Но да: я тебя никогда не любил.

— В таком случае, можешь не бежать за мной три дня, чтобы об этом сообщить.

Тихо-тихо сглатываю. Игорь швыряет в меня обидные слова, хочет задеть, потоптаться напоследок. Вот что он за человек такой? Вот уж верно говорят: хочешь узнать мужа —разведись с ним.

— И знаешь, Игорь, — продолжаю, - ты прав. Ты никого не любишь, кроме себя. А в ответ требуешь поклонение и безусловно любви. Но это так не работает. Нельзя всё время брать, ничего не давая взамен.

— Всё зависит от женщины, - давит. - С Кирой у меня всё по-другому.

— Это потому что ты оказался по другую сторону, — хочется рассмеяться. Обидно, с подколом. Но у меня осталось слишком мало сил. — Ты влюбился, но не полюбил. А Кир: Алиса знает её: Кира занималась в её танцевальной студии, стырила наработки и уехала в Сибирь охмурять тебя. Ты нужен Кире только как денежный мешок.

— Не смей! — багровеет Игорь. — Ты никогда ни во что меня не ставила. Как комнатную собачонку, которую можно приласкать, а затем пнуть.

— Если ты считаешь себя собачонкой, я не вправе тебе мешать. Сейчас и движение такое есть. Но вряд ли подростки возьмут тебя к себе.

— Стерва! - выплёвывает Игорь. - Видеть тебя не могу! Как хорошо, что мы развелись.

— Аналогично. Счастливо оставаться.

Всё, хватит. Я достаточно наслушалась.

Пронизывающий ветер тут же вцепляется мёртвой хваткой. Стою на ступеньках здания суда и едва сдерживаю слёзы. Они душат.

Невыносимо. Почему я продолжила разговор, что с Игорем, что со свекровью? Давно не принимала грязевые ванны?

Прикрываю глаза. Я сильная. Меня так воспитали.

Но... мне тоже нужен отдых. У меня всё внутри перегорело. Неоткуда черпать ресурсы.

Пожалуйста, помогите...

— Нелли!

Вздрагиваю. Ко мне спешит Слава.

— Нелли, зачем ты здесь стоишь? — он быстро снимает своё пальто, укутывает меня. —Отвратная погода.

— Воздухом дышу, — отзываюсь слабо.

— Тебя Северов мучает? — догадывается Слава. — Давай я поговорю с ним, как мужчина с мужчиной.

— Не опускайся до его уровня, — качаю головой.

Пусть барахтается в своём болоте. Я устала, — признаюсь. — Отвези меня домой.

Слава прижимает меня к себе, обнимает за плечи. Перекидывает мою сумку через плечо и ведёт к машине.

— Сейчас будет тепло, — произносит он. — Я согрею тебя.