3

Голова сильно закружилась, а мысли превратились в хаотичный шум. В один миг мир стал белым и тихим, и я с грохотом упала на пол. Из белой пелены послышался голос мужа:

— Очнись… Арина…

Вадим слегка хлопнул меня по щекам. Я открыла глаза и увидела его озадаченное лицо.

— Слава богу, ты очнулась! — снова сказал муж. — Я вызвал скорую, скоро врачи будут тут.

Вадим вывел меня из подсобки и пытался усадить на диван в холле ресторана, а я вцепилась в рукав его рубашки мёртвой хваткой. Понимала, что теряла самое главное, единственного близкого мне человека. Своего мужчину, свою любовь, свою семью…

— Не делай этого, Вадим! — всхлипывала я. — Умоляю, не бросай меня! Я ведь так тебя люблю! Что же ты делаешь?!

— Поздно, Арин. Поздно.

— Не бросай меня, пожалуйста, — откровенно ныла я и моё лицо заливали крупные, солёные слёзы. — Как я буду без тебя? Вадим! Я не смогу… Ты слышишь? Я не смогу жить без тебя.

Лицо мужа было напряжено, он смотрел на меня, но будто не знал, что сказать.

Ему было стыдно, я видела вину в глубине его глаз, он прекрасно осознавал, что натворил, и что сделал мне очень больно. Но от этого понимания легче мне не становилось…

— Вадим… Умоляю тебя, — заклинала я его, словно мои мольбы могли бы сработать, когда моя сестра уже скоро родит ему ребёнка, которого муж так хотел. Теперь его мечту осуществит ОНА… Не я. А я умру одинокой, никому не нужной недоженщиной, которая даже родить любимому мужу не смогла. Мне казалось, что мы как-то уже смирились, пережили это, свыклись с тем, что детей у нас не будет, как гром среди ясного неба появилась моя сестра с животом… — Останься со мной. Я всё прощу. Я всё тебе прощу. Её тебе прощу, я прощаю! Ты…ошибся, я понимаю. Сделал глупость, просто молодого тела хотел — всё понимаю. Но у нас же семья! Ведь я твоя жена. Как ты можешь бросить меня и уйти? Ты будешь помогать ребёнку, я не против… Но не обязательно же из-за одной ошибки рушить столько лет нашего брака, нашу любовь.

— Арина… Арина. Прости меня…

В этот момент за спиной мужа появилась будущая мать его ребёнка. Она с ухмылкой смотрела на меня, и всем своим видом показывала — “Теперь он мой! Я победительница!”.

— Это я-то ошибка? Или сын мой? — спросила она, глядя без какой-либо жалости мне прямо в глаза. — Ну-ка повтори, что ты сейчас сказала, пустоцветка!