47

Пора было выходить на работу. Няня хорошо справлялась с Мирой, и теперь я могла оставить их наедине. Настроение было хорошим, впервые за долгое время. Ведь вчера я была на скрининге, и сегодня я наконец спокойно выдохнула. Малыш был в порядке, развивался по сроку, никаких отклонений не было обнаружено. Эта мысль грела меня всю дорогу до офиса. Однако не только это стало причиной моего хорошего настроения. Сегодня Вадим обещал позвонить. Сама не понимала почему, но я ждала его звонка. Просто хотела услышать его голос, узнать как он там, рассказать про нашего малыша…

Я понимала, что должна его забыть. Обязана. Вадим предал меня так жестоко, что само воспоминание о его голосе должно было вызывать тошноту. Но я то и дело брала телефон в руки и проверяла не было ли пропущенных вызовов от него. Мысли о Вадиме не выходили из моей головы. Я надеялась, что с выходом на работу я смогу отвлечься.

Лифт бесшумно поднял меня на нужный этаж. Стеклянные двери офиса разъехались, и первым, кого я увидела, была Настя. Секретарша вскочила из-за стойки ресепшена, едва не опрокинув кружку с остывшим латте.

— Арина Юрьевна! Господи, наконец-то! Мы по вам так скучали!

Настя обняла меня прямо посреди холла, крепко, по-домашнему. Следом начали выглядывать остальные: аналитики из отдела продаж, юристы, менеджеры проектов. Кто-то неловко махал рукой, кто-то искренне улыбался. Это было похоже на возвращение домой после долгой командировки. Меня здесь действительно ждали.

Я прошла в свой кабинет и закрыла за собой дверь. Мне казалось, что я не была тут целую вечность. Даже успела соскучится по своему рабочему месту. Я бросила сумку на диван, сняла легкий бежевый пиджак и повесила его на высокую спинку рабочего стула. Провела ладонью по гладкой поверхности стола из темного дерева, и осмотрелась вокруг. Все было на своих местах. Кроме меня самой.

Стук в дверь раздался ровно в тот момент, когда я потянулась к первой папке с документами. Не дожидаясь ответа, вошел Саша. Он подошел ближе и остановился в метре от моего стола, сунув руки в карманы брюк.

— Привет, — сказал он слишком тихо для утреннего офиса.

— Привет, Саш, — ответила я, не поднимая головы.

Я перекладывала бумаги из левой стопки в правую, выравнивая края. Руки делали привычную механическую работу, пока голова отказывалась принимать реальность происходящего.

— Я… я очень рад, что ты вернулась.

— М-м-м, — неопределенно протянула я, открывая ежедневник.

— Как ты? — спросил он тише прежнего.

— Хорошо, — ровным голосом сказала я. — Спасибо. У меня много работы накопилось, так что…

Я взяла ручку и сделала вид, что углубилась в график поставок. Воздух между нами стал густым и тяжелым.

— Ладно. Я тогда пойду. Просто рад тебя видеть. Если хочешь, можем вместе пойти на обеденный перерыв…

Я ничего не ответила. Сделала вид, что сильно занята и не услышала его. Саша кажется всё понял и наконец покинул мой кабинет.

Я придвинула к себе толстую синюю папку. Работа требовала абсолютной концентрации. Никаких мыслей о звонках, предательствах и неловких взглядах. Только цифры.

Но цифры сходиться не хотели.

Я нахмурилась, и стала изучать информацию глубже. Что-то тут было фундаментально не так. Логика сделки ломалась на середине, превращаясь в черную дыру, куда уходили деньги.

И везде, в каждой сомнительной проводке, в каждом акте выполненных работ, светилась одна и та же фамилия. Корнеев Александр Николаевич. Саша.

Раньше я бы подумала на сбой в системе. Потом — на халатность младшего бухгалтера. Но хаос был слишком упорядоченным. Словно кто-то намеренно путал следы, дробя крупные суммы на сотни мелких платежей…