45

- Мам, а мы тут... надолго? — Ядвига не сказать, чтобы очень довольна. Хотя пока я не понимаю её состояния и чувств.

Честно? Мне не до неё. Как бы ужасно это ни звучало.

Мне до себя.

Я сама не могу понять, довольна ли я.

Могу ответить — разве моё мнение кто-то спрашивает?

Но не говорю. Потому что Ростовский спрашивает.

Да, да, когда размещает нас в гостевых спальнях. Ядвигу в той части дома, что ближе к спальне его дочери, которая должна скоро приехать. Меня в той части, где его спальня.

Нет, ну не нахал?

Показывает комнату, а потом говорит:

- Если ты совсем не готова, я сниму дом, тут рядом. Или гостиницу. Выбирай.

- Ну, сегодня у меня точно нет сил никуда переезжать, а потом... я подумаю.

- Думай. — и усмехается.

Я почти не устала от перелёта, и это не удивительно. В бизнес-джете! Можно летать хоть месяц. Спишь, ешь, всё мега комфортно. Кому не понравится так путешествовать? Мне понравилось. Я бы повторила. Правда, Демид, уже перед самой посадкой прошептал мне на ухо, что в следующий раз мы полетим вдвоем и используем кровать в спальне по прямому назначению.

- Спать будем? — иронично спросила я.

- Нет, королева моя, будем заниматься любовью, медленно, страстно и долго.

Ах-ах! Самомнение у этого наглеца, конечно.

В общем, поездка на Мальдивы почти удалась. Обменялась контактами с Жанной и Лесей, пригласила их в клинику. Успела насладиться и океаном, и солнышком, и морепродуктами. И долетела с комфортом.

Но всё равно хочется принять ванну и лечь.

- Мам, а как быть с вещами? У нас же ничего нет.

- Если тебе что-то нужно срочно — закажи, всё привезут, я оплачу. — отвечает за меня Демид.

- Нет, не нужно, то есть... я не знаю пока. А... домой мы когда попадём?

- Я узнаю, что там, постараюсь завтра вас отвезти.

- Нам нужно попасть к моей свекрови, желательно быстрее.

Напоминаю ему ради чего мы, собственно, приехали. Нинель Ивановне я позвонила еще по дороге из аэропорта. Бабушка Ядвига дома, в больницу ехать отказывается.

Но нас ждёт. И Нинель тоже ждёт. В беседе мы старательно обходим тему Ивана.

НО я понимаю, что это пока. И ничего скрывать не собираюсь. Может, в их глазах я поступила подло, но мне в общем, сейчас плевать на их мнение. Да и вообще, на любое.

Я поступила так, как посчитала нужным. Я защищала свою семью, своего сына, и себя. Да, да, себя.

И не стоит говорить об эгоизме.

Я достаточно была альтруисткой. Жиля для других. Для семьи. Для мужа.

Старалась быть хорошей и удобной для всех. Это, конечно, не значит, что я забывала о себе. Мне казалось, что нет.

Но как-то же получилось так, что муж, в любви и верности которого я не сомневалась, оказывается, вёл такую бурную двойную жизнь?

- Мам, но мы же не сегодня туда поедем?

Качаю головой.

Сегодня уже точно нет. Нужно отдохнуть. Вернуться в привычный ритм.

Подумать.

Обо всём сразу. О будущем.

Ядвига соглашается на предложение Демида заказать что-то из предметов первой необходимости. Я пожимаю плечами — бельё у меня есть, пижама тоже, платье, чтобы ходить по дому. Что еще?

Закрываюсь в комнате, которую мне выделил радушный хозяин.

Тут шикарно. Даже слишком.

Не так уж и похоже на гостевую.

Мебель совсем новая. Кровать точно.

Ванна — роскошь. Шикарная джакузи, круглая, вместительная. И даже набор соль и пена стоит — то, что я люблю. Он знал?

Набираю воду, почти горячую, на грани — это я тоже люблю.

Сбрасываю всю одежду.

Ложусь.

Вспоминаю, о чём говорили вчера с новыми приятельницами, наслаждаясь ласковыми волнами океана.

О том, что женщине «за» практически нереально найти нового приличного мужчину.

Да, увы, девчонки Жанна и Леся снова вспоминали свои неудачи. Альфонсов, лудоманов, алкашей, маменькиных сыночков.

- Понимаешь, ну я, взрослая, самодостаточная женщина.

- Девушка, - перебила подругу Олеся, усмехаясь, - мы де-вуш-ки! Кто бы там что ни говорил! Плевать.

- ОЙ, Лесь, ладно. Мы уже старые тётки, так-то...

- Не скажи! Как на нас в клубе молодые парни пялились. Милфы в цене!

- Сказать, почему пялились? Потому что думают, что мы готовы на всё, лишь бы потрахаться. Что мы голодные бабы.

- 0, всё.

- Вот тебе и «ой». Это всё несерьёзно. Малолетки из клуба. Ну, как малолетки?

Если мне сорок пять, а ему тридцать три? Даже тридцать семь? Ну, не знаю.

Кстати, вспоминаю, что Демид меня моложе. Я не помню на сколько. На пять лет?

На четыре? Надо уточнить.

В общем, нежась в океане Жанна грамотно разбирала отношения успешных женщин «за» и мужчин, которые на них клюют.

- Какие принцы? Нам уже принцы не по статусу, нам нужны короли! А мы королям зачем? Король выберет себе молоденькую девочку, со свежим телом. Не затраханную другими мужиками и проблемами, не поплывшую от гормональной перестройки, без морщин и ботокса.

Зато с силиконовыми сиськами и губами

- ОЙ, Лесь, на себя посмотри. Ты тоже...

Да, у Леси губы — слёзы приличного косметолога.

- Янин, ты бы ей сказала, надо убирать этот ужас.

- Почему ужас? Знала бы ты, как мальчикам нравится!

- Лесь, в том-то и дело, мальчикам, по приколу, прости, когда ты к их члену со своим свистком. А если ты хочешь нормальных отношений.

-А кто тебе сказал, что я хочу? — взбеленилась Леся, - Почему вообще все считают, что женщина за сорок, состоявшаяся, не бедная, которая детей уже вырастила, выпустила, которая имеет стабильный бизнес, у которой квартира, машина, даже дача, и счёт в банке... Почему все так уверены, что этой бабе нужен мужик?

Господи, да мне не надо уже никого! У меня всё прекрасно! Я одна и мне в кайф!

Хочу пряники ем, хочу халву! Хочу потрахаться? Пойду в клуб и сниму малолетку, выжму из него все соки, как Гузеева из Нагиева, и отправлю восвояси. Мне этого хватит на месяц, ну, или на неделю. На каждый день у меня набор из сексшопа.

Знаете, жрать не просит, и носки ему стирать не надо. Помыла, зарядила и убрала.

Всё.

- Чё ты разоралась-то, Лесь?

- А ни чё... Вечно эта тема — мужик, мужик, мужик, замуж, замуж, замуж... Зачем?

Была я там. Ничего хорошего. Дети есть, и слава богу. Только воспоминания еще, как он этим детям нервы мотал и мне, и как я теперь разбираюсь с его дурной генетикой. Вышла замуж по любви, угу...

- Лесь, ну, ладно тебе, ладно... всё. Ты права. Вот это постоянное — а что ты одна?

Бесит. Так и хочется таким ответить - да, я не одна! Ко мне твой муж, кобелина, по пятницам на коньячок забегает, ты его дура, кормишь, одеваешь, обстирываешь, лысинку ему наглаживаешь, а трахает он с удовольствием меня. Вот. Жаль только, что так не скажешь.

- Почему не скажешь? — влезла в их разговор я. Вызвала паузу, а потом смех.

- А и правда, чего бы не сказать, а? Веселуха же.

Веселуха, да...

Только если ты не жена этого счастливчика. И если ты его не любишь. А он…

Так, я хотела расслабиться. Отдохнуть.

Зачем мне думать о грустном?

Да, я отдаю себе отчёт в том, что женщине за сорок, а точнее в сорок пять найтиподходящую партию — почти утопия.

Сказочки, из сентиментальной прозы. Романы о неверности, где муж гондон, а она святая женщина. Ну, или не очень святая, как, например, моя Рая и её подружки.

Но они же нашли?

Значит... можно?

Или сказки?

Или просто нормальная женщина за сорок пять, оставшись одна, да еще и без материальных проблем просто не будет никого искать?

Сомнительно.

Или верно?

А если проблемы есть? Если женщине нужна поддержка?

Зачем я вообще сейчас об этом думаю?

Просто потому, что не могу решить, что мне делать дальше?

Ввязываться ли в отношения с Ростовским или нет?

Стоит ли доверять ему.

Доверять себя?

Может, просто не относиться к этому серьёзно? Просто плыть по течению?

Но я так не могу... Не могу просто.

Уже не могу.

Потому что я чувствую.

Я не стала бы заниматься с ним любовью, если бы не чувствовала.

Но что именно я чувствую? И насколько это серьёзно? И что чувствует он?

Слышу легкие постукивания, поворачиваю голову.

- Не хотел тебя пугать.

Демид. В домашних брюках. И рубашке, распахнутой, открывающей его идеальный торс.

Женщине в сорок пять не нужен мужчина?

Какой вздор.

И найти его не проблема, для настоящей женщины, уверенной, и знающей себе цену.

Или просто красивой и умной?

Или просто такой, которую мужчине хочется оберегать, защищать, любить?

Или просто мне очень хочется думать, что он в меня на самом деле влюблён?

- Присоединишься?

- Разве можно отказаться?

Вода ласкает. Или это её руки.

И губы.

Красивая женщина.

У неё шикарное тело. Кожа бархатная, золотистого цвета. Нежная, пахнет так терпко, сладко, и с горчинкой.

Она вообще вся с горчинкой. Это придаёт пикантности.

Возраст?

Я тоже не мальчик.

И потом, меня реально давно не привлекают молодые девушки.

Как там говорят? «О чём с ними трахаться»?

Да, даже если и есть о чём. Не знаю. Другое поколение. Другие установки.

Они другие.

Или просто мне попадались не те.

Да, сложно в моём статусе, в моём положении встретить простую девушку, молодую, неискушённую, которая отвечала бы всем моим потребностям.

Где они, такие?

Кажется, только в романах и в кино.

НУ, или в таких местах, по которым я просто не хожу.

В моём окружении девушки совсем другие.

Знающие себе цену.

Оттюнингованные.

Прошедшие курсы соблазнения, глубокой глотки, биржевой аналитики, пиара, стриптиза, и еще бог знает чего.

Они могут всё, да, наверное.

Они отлично знают себе цену.

Они не эскортницы, не содержанки. Они метят на места жён и подруг.

Среди них даже есть натуральные девственницы, не восстановленные.

Это индустрия.

Такая же как эскорт или шоубизнес.

Индустрия будущих жён олигархов.

Нет.

Не хочу.

Претит.

Тошно.

Другого хочу.

Вот этого ироничного взгляда. Полуулыбки. Поцелуя. Касания рук.

Вдоха, когда я вхожу глубоко. Того, как дрожат ресницы.

Она закусывает губу, насаживаясь. В воде это не так просто.

Хорошо.

Но хочется другого.

Поэтому я поднимаю её, себя, хватаю полотенце, чтобы промакнуть наши тела и несу.

Несу мимо её кровати к гардеробной, которая у нас общая.

- Ты просто наглец, Ростовский.

- Мы, парни из Ростова все такие.

Ухмыляюсь, кладу её на свою кровать.

И люблю.

Люблю жадно, задыхаясь, темпераментно, остро, быстро. Бурно кончая, заливая её до краев.

- Наглец. Я, между прочим, таблетки не пью и вполне себе фертильна.

- Поздравляю, Янина. Не бойся, я сделал вазектомию пару лет назад.

- Вазек...- переспрашивает недоумевая. — Зачем?

- Сам не знаю. Трахаюсь-то я всё равно в защите. Почти всегда.

Почти.

Это я про неё. Про Янину.

С ней всё наоборот.

Надеюсь, что её муженёк никакой заразой её не наградил.

- А что, ты бы стала от меня рожать?

- Боже, Ростовский, мне сорок пять, я уж... «отрожалась», надеюсь. Нет. Рожать —это всё история максимум до тридцати пяти. Всё остальное уже — извращение. Для женского организма. Есть желающие поизвращаться — флаг им в руки.

- Категоричная ты.

- Я просто рациональная и разумная.

- Очень разумная. Пошла к любовницам мужа, чтобы его утопить. Просто вершина эволюции.

- Сработало же?

- Не спорю. А если бы…

- Если бы да кабы. Демид, может спать? Что-то я так устала. Мне всё-таки не «шешнадцать».

- Молчи, женщина, еще один раунд и спи.

- А если я усну во время?

- Ну... может это мой кинк, отлюбить тебя спящую?

- Люби.

- Люблю.

И хрен она получит гостевой брак.

Мрак скорее гостевой у нас будет.

Мы засыпаем, и спим уже до следующего утра.

Утром завтрак, приготовленный моей помощницей по дому. Дальше планы — нужно отвезти Янину с дочкой к их родственницам, самому навестить их родственника.

Хочу поговорить с Иваном.

Вернее, не хочу. Надо.

Долг зовет.

После еще дела. Много рутины накопилось. Мои сотрудники разгребают, конечно, но не всё в их власти.

Да, еще встретиться с адвокатом Крестовским. Узнать, что у нас там с разводом Янины Вячеславовны.

Хочется, чтобы она была свободна.

НУ, скажем так, условно свободна. Потому что она со мной.

И это не поменяется.

Через полчаса дамы готовы. Ядвига дуется — ей явно не хватило времени на сборы.

Янина собрана. Молчалива.

Утром я сделал ей приятно. А она мне. Шикарное получилось семейное утро.

Каждый бы день так просыпался.

Нужно закрепить.

И в зал как-то надо зайти. Запустил себя.

С такой женщиной как Янина нужно держать руку на пульсе.

Добираемся до дома матери Яхонтова за сорок минут. Прощаемся.

Целую её в губы, хотя чувствую некоторое смущение. Дочь? Пусть привыкает.

Я, конечно, заметил какие взгляды на меня кидала Ядвига.

Она для меня ребёнок.

Никаких других чувств быть не может.

Да, плавали уже, знаем.

Как хотите, но на девушек младше тридцати у меня тупо не встаёт.

Это дети.

Если кому-то нравится заниматься любовью с ровесницами дочерей или сыновей —я ж не против? У каждого свои недостатки.

Я не готов. Ну, у меня просто другие предпочтения.

С Иваном встречаюсь в специальной камере. Сидит он у нас с комфортом. Один.

Все удобства кроме интернета.

Может читать, писать, смотреть телевизор. Даже в игрушки играть, но без сети.

- Добрый день, Иван Александрович.

- Добрый.

- Вы ознакомились с материалами дела? Вам всё ясно?

— Одно не ясно, ты с какого боку тут.

- Я представляю администрацию президента.

- Неужели. И что, у вас там все в администрации эти... любители вторсырья?

- Давайте по делу, Иван Александрович, мы под камерами, разговор записывается.

- А жену мою ты тоже под камерами ебёшь, а, Ростовский? Потом вместе со всей администрацией пересматриваете?

- Как же мне хочется тебе втащить, Ваня... ты бы знал. Но я, сука, сдержусь. Не потому, что я такой хладнокровный. Не хочется руки марать о такую мразь.

- Как тупо, Демид.

- Возможно. Зато правда. В материалах информация по тендерам, откатам, по активам, всё что связано с железными дорогами, металлопрокатом. Слушай Яхонтов. Ты же и так уже прилично бабла имел. Куда еще-то? Ну, куда? У тебя недвижимость, счета в оффшорах, за границей недвижимость тоже имеется. И прикрытие. И возможность получения гражданства. Почему ты не свалил? Ты ведь мог? Взял бы эту свою девицу, и жил бы припеваючи. Мог бы инсценировать свою смерть, тогда вообще не подкопаться. Никогда. Почему? - Вы ознакомились с материалами дела?

- Потому что мне обещали твоё место

- Кто?

- Конь в пальто.

Головой качаю.

То есть, всё-таки, дух соперничества не умер вместе с моей женой? Всё-таки хотел меня догнать? Обойти на повороте? Обставить?

Дурак. Вот дурак.

Ну и сиди теперь.

- Ты думаешь, Ростовский, ты не уязвим? Неприкасаемый? Напомнить тебе бесславный путь некоторых наших политиков? Кто сегодня в упряжке, а завтра на свалке? Я могу перечислить.

- Не утруждайся, Яхонт. Я в курсе. Всё же через меня проходит.

- Ах-ах... Серый кардинал прямо.

- Да, мы Ростовские парни такие.

Усмехаюсь, вспоминая, что уже говорил эту фразу Янине сегодня:

- Смотри, Демид. Ты хоть... распорядись там, чтобы её не прижали. Как я…

- Как ты что?

- Как я... распорядился.

- Ты? Да если бы ты, как ты говоришь, распоряжался, твоя бы женщина и твои дети остались бы ни с чем. Хуже — баланду бы с тобой лопали. Хотя ты, я знаю, вовсе не баландой тут питаешься.

- У меня режим. Я язвенник, и гипертоник.

- Меньше надо по бабам бегать. Гипертоник. Ты еще скажи, что ты импотент с простатитом.

- Скажу. Ты не доктор, чтобы мне диагнозы ставить.

- Бог миловал.

- Так насчёт надежного тыла. Позаботься о Янине и моих девочках.

- Обо всех?

- Обо всех.

- Интересно. И что мне за это будет?

- Ничего. Когда поменяемся местами я, так и быть, не буду её особо трогать.

- Мы не поменяемся местами, Иван.

- Блажен, кто верует.

- Именно.

- Мой совет, Поменяй адвоката. И не стоит пытаться вставлять палки в колёса на процессе. Лучше приди с повинной головой. Меньше дадут и больше оставят. А если сдашь всех, кто был в этом вашем... преступном синдикате — еще и скидку получишь.

- Ой, Демид, ты меня совсем за дурака-то не считай. Синдикат. Ну влез я в левую контору, ну бес попутал, хотел показать любимой женщине насколько крут. Вот и всё. Синдикаты какие-то придумали. Я волк-одиночка.

- Я в курсе.

Кладу перед ним бумагу.

Там фамилии тех, кого мы уже взяли. И несколько фамилий, которых хотели, но мало доказательств пока.

По взгляду Яхонтова понимаю — надо копать дальше.

«Верной дорогой идёте, товарищи». Как говорил великий Ленин».

И Ленин уже не велик, и мы не товарищи.

Выезжаю из управления, у меня еще дела в офисе и встреча.

Крестовский ждёт в ресторане.

- Вас можно поздравить, Демид Андреевич?

- Так официально? Герман... Львович?

Улыбается как чеширский котяра.

- Разведут твою дамочку теперь быстро. Это всем выгодно. Муженёк её, я думаю не станет возражать теперь. Ему предоставили документы. Если он хочет как-то помочь своей... хм... невестке. Или невесте? Как теперь правильнее-то? То развод Янине Вячеславовне Яхонтовой даст без лишних проволочек. Имущество делим.

Ну, вернее, как делим? У господина Яхонтова же с конфискацией? Поэтому резонно, что Янина остаётся при своём. А он..

Герман поднимает бокал. Шампанское?

- Странный выбор напитка.

Как говорит мой друг и владелец этого ресторана Денис Дворжецкий, коньяк пьют во время работы, а шампанское — когда празднуют. Я праздную маленькую победу.

- Не рановато?

- У меня… У ребёнка зубы режутся, мне можно, спать хочу адски.

- Молодой папаша, кто бы знал.

Усмехаюсь.

Я соврал про вазектомию. Но... в общем, у меня не так уж много шансов снова стать отцом.

- Не завидуй. Сам еще узнаешь, что такое ночные пляски с грудничками.

- Нет уж, спасибо. Поберегу нервы.

- Зря, зря... рекомендую. Отцовство в нашем возрасте продлевает жизнь и укрепляет эрекцию.

- У меня всё отлично с эрекцией. Ты скажи мне точнее по срокам. Неделя? Две?

Месяц? Когда?

Шампанское Крестовский пил всё-таки зря.

Яхонтов отказался разводиться с женой, потребовал свидания и личного разговора:

Ублюдок.