47
- А что, так можно было? — усмехаюсь, слушая Демида.
- В принципе, нет. И можно на его желание, как говорится положить... с прибором-адвокат разберётся.
- Но ты считаешь, что мне надо с ним встретиться?
Ростовский подходит, обнимает меня, притягивает.
- Осторожнее, в доме дети. — шепчу.
- Дети взрослые, - отвечает так же тихо.
- Дети всегда дети.
Смотрю на него, и представляю, что мы семья, это наш дом, наши дочери общаются, приезжает мой сын в гости.
Кстати, сын действительно нас навестил.
Вчера мы встретились в доме моей свекрови — Ярослав тоже заехал поддержать бабушку и прабабушку.
Я несмотря на то, что прекрасно знала и Нинель и Ядвигу, почему-то опасалась, что будет тяжко.
Нет, тяжко не было.
Свекровь меня обняла, поцеловала, посмотрела внимательно.
- Хорошо выглядишь. Молодец.
- Вы тоже.
- А! — рукой махнула, - я старуха, могу себе позволить выглядеть плохо и плевать на всех. Половина моих завистниц уже в могиле, другая половина выглядит еще хуже, так что…
- Как Ядвига?
- Злится.
- На кого?
- На себя. На меня. Говорит, что мы старые дуры. Воспитали такого…
- Ну, когда вы его воспитывали, то были…
- Молодые дуры, именно. По крайней мере я. Избаловала.
Мы сидели в гостиной, ждали, пока бабушка проснётся, пили черный кофе сваренный Нинель. Пили из красивого немецкого сервиза - тоненький фарфор, хрупкий, красивый.
- Этот сервиз раньше стоял у мамы. Я смотрела на него и представляла, как буду пить кофе из этих чашечек с королевой.
- С королевой?
- Угу.
- Какой?
- Любой, не важно. Думала, что вот выйду замуж за настоящего принца. В советское время-то! Представляешь, какие крамольные мысли? Потом хотела родить дочь выдать за принца. Смешно.
-Есть еще шанс.
- Да, если надо Ядвига найдёт себе мужа королевских кровей.
Мы посмеялись.
- Я хотела вам сказать... Я…
- Я знаю, что это ты. То есть... В общем... Ты всё сделала правильно, Янина.
Иван... куда-то не туда свернул.
- Я бы простила ему любовниц. Просто любовниц. Развелась бы и... И всё. Но то, что он так поступил с сыном. Ярослав не заслужил.
- Да. Но посмотри на это с другой стороны. Ярославу тоже урок. И хорошо, что они разойдутся сейчас, пока нет детей, пока молодые.
Ярослав приехал через час после нас. Я видела, что его что-то мучает:
- Арина?
- Постоянно пишет, звонит.
-А ты?
- Я не отвечаю, мам.
- Может надо ответить и сказать, чтобы оставила тебя в покое.
- Может и надо.
Я поняла, что он не может. Боится. Боится сорваться и... простить.
- Я её любил, мам. Мне казалось, по-настоящему. Когда... Когда всё…
- Я знаю.
Мне тоже казалось, что я вот так любила его отца.
Или не казалось.
Любила.
Когда-то любила.
Способна ли я еще раз любить вот так?
Бабушка Ядвига проснулась. Была нам рада. Плакала, когда обнимала Ярика.
А мне…
На меня посмотрела строго так и сказала.
- Только попробуй не выйти замуж за этого красавца! Я тебе покажу!
Я хлопала глазами, не понимая, потом на дочь посмотрела, которая строила из себя овечку невинную.
Значит, доложила уже всем, да?
Что ж.
- Будь счастлива, детка. Я тебя любила и любить буду. Ты наша. И всё. И дети тоже наши. Я Нинке наказала документы все оформить, завещание, или что там…дарственную. Всё тебе и детям. Твоим. Вот так… и других правнуков у меня не будет.
Напоминаю - это не моя прабабушка, это прабабушка Ивана!
Конечно, и моя. Они мои. Моя семья.
А насчёт замуж за красавца…
Целует меня нагло в гостиной. Шепчет, что скучал.
Ночь мы снова провели вместе.
Вторую ночь после Мальдив. После его визита к Ивану.
Утром следующего дня приехала его дочь Лиза. Они с Ядвигой сразу подружились.
Сейчас к обеду должен появиться Ярослав.
Сказал, что хочет посмотреть за кого там мама замуж собралась.
А я не собиралась.
Да, собственно... почему нет-то?
Стол накрывает помощница по дому. Еду тоже она готовит. Вкусно, пальчики оближешь.
Ярослав серьёзный очень. Уставший, это видно.
И видно, как смотрит на него Лиза. А он на неё.
Лиза красивая девушка, высокая как отец, стройная, с ясными серыми глазами, и длинными русыми волосами. Очень живая, энергичная, но при Ярославе начинает немного краснеть.
А моя Ядька глаза закатывает. Ну, конечно, у всех есть пары, а она…
- Демид, а вот тот мужчина, который утром заходил к вам, это…
- Начальник службы безопасности. Мужчина серьёзный. Холостой.
- Спасибо.
- Ядвига.
- Что, мам? Я просто спросила! — и глазками хлопает! Звезда.
День проходит шикарно.
У Ростовского в доме бассейн и хамам. Мы перемещаемся туда. Потом сидим в гостиной, пьём чай с пирогом. Потом гуляем.
Демид обещает, что завтра можно будет заехать к нам на квартиру. За вещами.
- Почему за вещами? А жить там что, нельзя? — это я спрашиваю, когда мы остаёмся одни. В спальне. В его спальне.
- А вам тут плохо?
- Ну... у Ядвиги же институт?
- Мы уже с ней всё решили, её будет возить мой водитель. Тебя могу возить я.
- Я сама вожу машину, если ты забыл.
- Не забыл. Всё решаемо.
- Неужели?
- Со мной тебе сейчас безопаснее.
- А что, мне угрожает что-то?
- Нет. Но... Тебе так со мной плохо? — усмехается, - впервые в жизни уговариваю женщину жить со мной.
- И что? Тебя это раздражает? Бесит?
- Нет, знаешь... мне это очень нравится. Я готов уговаривать дальше.
- Уговаривай.
И он уговаривает. Медленно и очень чувственно. И нежно.
И я уже почти готова поддаться на уговоры.
А тут Иван со своим заявлением.
Я прекрасно понимаю, что нас и так разведут. Ну, может, будет чуть сложнее. Хотя мне кажется — проще.
Забираю из квартиры свои вещи.
Надеваю костюм «Шанель» - тот, который купил мне Демид.
Еду в «Матросскую тишину».
Никогда не была в подобном заведении, и, надеюсь, что больше бывать не придётся.
Меня трясёт, когда я прохожу контроль. Мой адвокат, Герман, со мной. Похлопывает по руке. Говорит, чтобы я не волновалась..
Помещение, в котором я встречаюсь с мужем — как в кино. Перегородка.
Телефонные трубки.
Смотрю на Ивана и не представляю, что ещё совсем недавно я жила с ним в стабильном, как мне казалось, браке, в браке, в котором были чувства взаимоуважение, понимание.
Иллюзия.
- Здравствуй, жена. Быстро ты переметнулась к конкуренту. — голос у него резкий, противный.
- До свидания, Яхонтов, в таком тоне разговаривать я не намерена.
Собираюсь встать, но слышу следующее его заявление:
- Характер не показывай. Знаю я про тебя всё. Как страусиха, голову в песок…
- Всё сказал?
- Молчи и слушай. Вы там с Ростовским думаете, что всё у вас схвачено, да? Что всё закончено. Что вы меня посадили и всё. — усмехается. — Наивные.
- Иван, что ты хотел от меня? Что тебе нужно?
- Мне нужно, чтобы ты помогла мне выйти. Убеди своего любовника, что так будет лучше. Он прекрасно знает, что есть лазейки. Я могу помочь следствию, я могу начать сотрудничать. Есть много интересного, что я могу еще рассказать. Только я хочу быть не тут, а там, ясно? Домашний арест меня устроит. Сделай это, Янина Думаешь, нашим детям не аукнется-то, что я тут? А тебе? Завтра же на твои клиники будет атака, все узнают, чья ты жена. Думаешь, клиентуры прибавится?
Твой бизнес рухнет без моей поддержки. Сына выпрут из его конторы — это тоже устроить ничего не стоит. Дочь из универа. Всё сейчас покупается и продаётся.
Поэтому поступи правильно, Янина. И давай повременим с разводом. Зачем тебе вообще свобода? За Ростовского замуж собралась? Думаешь, он женится? Клюнул на тебя? Дура ты, Янина, дура... У Демида все бабы всегда были — как модели, и малолетки. Ты бы хоть узнала о нём у людей-то! Он и жене изменял. Мне вообще с ним не сравниться. У него одновременно пять любовниц. Только в столице. Еще девочки есть в Сочи, во Владике.
- Прямо гигант... - не выдерживаю.
- Погоди, слушай. Демиду не ты нужна. Ему нужны документы, которые я спрятал.
Скажи, что я готов их отдать, только пусть... пусть поможет выйти.
- Это всё?
- Да, иди.
Говорит и вешает трубку, не давая мне шанса высказаться.
Да и что тут скажешь?
Всё это неприятно.
Я понимаю, что всё это враньё! Но... осадок остался.
Я на самом деле так мало знаю Демида.
Отношения у нас странные.
А если Иван прав?
Нет. Нет!
Он не может быть прав.
Он просто…
Герман задаёт пару вопросов. Провожает до выхода. Доволен, что я вела себя как надо.
А разговор наш с Иваном он слышал. Расскажет Демиду?
Нет, я, конечно, сама расскажу, просто…
Просто не хочу об этом думать.
И не хочу, чтобы Иван выходил.
Оказываюсь на улице и почему-то глубоко дышу.
Словно там, за периметром я не могла себе позволить вдоха.
Там другая атмосфера. Ты словно в параллельной вселенной.
Жутко.
Торможу у ворот. Поднимаю голову, чтобы на небо посмотреть, краем глаза замечаю движение — из остановившегося такси выходит девушка.
Арина?
Это Арина?
Но она же... Что она тут делает?
- Здравствуйте, Янина Вячеславовна
- НУ, здравствуй.
- Как там Ваня? Держится? Надеюсь, его скоро отпустят. Всё это... не более чем показательные выступления. На него у них ничего нет. Его просто подставили. Вы подставили с любовником. И об этом узнают все, если вы не заставите своего Ростовского отпустить моего Ивана.
- Свой, мой...Интересно ты говоришь, Арина. Скажи, зачем он тебе? Ну, вот так, в принципе? Не молодой, не самый богатый, да еще с таким геморроем?
- С таким геморроем как вы? Да уж, это реально проблема. Но всё решаемо. Иван выйдет, и мы будем жить долго и счастливо.
- БОГ В ПОМОЩЬ.
Поворачиваюсь и иду к машине.
Почему Арина здесь, её ведь должны были…
И как странно говорил Иван.
И Герман тоже вроде...растерян?
Адвокат Крестовский бывает растерян? Это нонсенс.
Выезжаю на дорогу.
Интересно, на что Иван рассчитывает? НУ, на что?
Демид приезжает поздно.
Мы с девочками уже поужинали, они ушли к себе, я жду в гостиной.
Он заходит, и как-то так странно смотрит.
Иду к нему, обнимаю, кладу голову на грудь.
- Соскучилась.
- Не поверила ему?
- А должна была?
- Я люблю тебя, Янина. Кажется... вот так.