Глава 14+

В эту ночь я плохо спала, мучаясь догадками и опасениями. А утром, собираясь на встречу, я долго выбирала, что надеть. В конце концов, остановилась на строгом деловом костюме – собственного производства. Практичный, элегантный, с интересными деталями, которые делали его уникальным. В этом костюме я чувствовала себя намного уверенно.

Олег Петрович уже ждал меня в кофейне. Грузный мужчина лет шестидесяти с проницательными глазами и седыми висками. Он встал, когда я подошла к столику, и вежливо пожал мне руку.

– Благодарю, что согласились на встречу, Анна Сергеевна.

Мы сделали заказ, и когда официантка отошла, Олег Петрович сразу перешёл к делу:

– Я наблюдаю за ситуацией с вашим бизнесом и разводом. И, должен признать, впечатлён вашей стойкостью.

– Спасибо, – настороженно ответила я. – Но вряд ли вы пригласили меня, чтобы сделать комплимент.

Он усмехнулся.

– Вы правы. У меня есть предложение. Как вы знаете, я и моя инвестиционная группа рассматривали возможность сотрудничества с Алексеем Воронцовым по проекту строительства таунхаусов. Однако… скажем так, в последнее время возникли сомнения в его надёжности как партнёра.

Я слушала, не перебивая, пытаясь понять, к чему он клонит.

– Проект сам по себе хороший, с большим потенциалом, – продолжил Олег Петрович. – Но методы Воронцова… – он покачал головой. – Использование административного ресурса для личной вендетты, давление на поставщиков, попытки подкупа должностных лиц… Всё это не соответствует нашим принципам ведения бизнеса.

– Вы разорвали с ним контракт? – прямо спросила я.

– Пока нет, – он отпил кофе. – Но рассматриваем такую возможность. И здесь появляетесь вы.

– Я? При чём тут я?

– Как пока еще жена Воронцова, вы имеете право на часть его бизнеса, включая доли в проектах, которые находятся в разработке, – пояснил Олег Петрович. – В случае если суд признает ваши претензии обоснованными, вы можете стать совладелицей проекта таунхаусов. И тогда… – он сделал паузу, – мы предпочли бы иметь дело с вами, а не с вашим бывшим мужем.

Я была ошеломлена. Такого поворота я не ожидала.

– Но ведь проект ещё на стадии разработки. Там нет реальных активов, только планы и бумаги.

– Планы, подкреплённые нашими инвестициями, – поправил он. – Это реальные деньги, Анна Сергеевна. И земельный участок уже приобретён. Так что есть что делить.

– И что конкретно вы предлагаете? – я старалась говорить спокойно, хотя сердце колотилось от волнения.

– Информационную и юридическую поддержку в вашем бракоразводном процессе. В обмен на гарантию, что в случае положительного для вас исхода и получения доли в проекте, вы согласитесь на отстранение Воронцова от управления и передачу его полномочий новому директору, которого назначим мы.

Я обдумывала его слова. Предложение было заманчивым. С поддержкой таких влиятельных людей мои шансы на справедливый раздел имущества значительно увеличивались. И я могла бы использовать полученные средства для развития своего бизнеса.

Но было в этом что-то неправильное. Я ушла от Алексея не ради денег или мести, а ради свободы и самоуважения. Использовать его проблемы с партнёрами для собственной выгоды, казалось… недостойным.

– Мне нужно подумать, – сказала я наконец. – Это серьёзное решение.

– Разумеется, – кивнул Олег Петрович. – Но не тяните слишком долго. Ситуация меняется быстро.

Мы допили кофе, обменявшись ещё несколькими фразами о погоде и городских новостях, и распрощались. Я шла к магазину, обдумывая разговор. Предложение Олега Петровича было палкой о двух концах. С одной стороны, это могло решить мои финансовые проблемы и обеспечить будущее. С другой… не втягивало ли оно меня в ту самую грязную игру, от которой я пыталась уйти?

Размышления прервал звонок телефона. На экране высветилось имя Светы.

– Анна Сергеевна, – её голос звучал встревоженно, – у нас проблема. Арендодатель только что сообщил, что разрывает договор на помещение цеха. Говорит, что нашел другого арендатора, который готов платить больше.

Я остановилась посреди улицы, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Помещение цеха было критически важным – мы только-только обустроили его, установили оборудование, наладили производственный процесс. Переезд означал бы остановку работы минимум на неделю, а то и больше.

– Но у нас же договор! – воскликнула я. – Он не может просто так его разорвать!

– Там есть пункт о возможности досрочного расторжения при определённых условиях, – тихо сказала Света. – Я перечитала. Он действует по закону, просто… это очень некстати.

Я закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Алексей. Снова Алексей. Это не могло быть совпадением – сначала проблемы с поставщиками, потом с оплатой от клиентов, теперь с арендой. Он методично разрушал мой бизнес, используя все доступные ему рычаги влияния.

– Сколько у нас времени? – спросила я.

– Три дня. Потом нужно освободить помещение.

Три дня. Семьдесят два часа на то, чтобы найти новое место, перевезти оборудование, наладить работу. И всё это посреди срочных заказов, финансового кризиса и личных проблем.

Я стояла на перекрёстке, не зная, куда идти. Впереди – магазин, где меня ждали сотрудницы, рассчитывающие на меня. Позади – кофейня, где остался человек, предлагающий лёгкий выход из ситуации ценой моих принципов. Справа и слева – улицы города, где за каждым углом могла ждать новая ловушка, подстроенная Алексеем.

В этот момент я вдруг вспомнила слова, которые много лет назад сказала мне бабушка: «Когда не знаешь, куда идти, иди прямо. По крайней мере, не будешь ходить кругами».

Я глубоко вздохнула и пошла вперёд. К своему магазину, к своим людям, к своим проблемам – которые нужно было решать, а не бежать от них.

Звонок Михаилу я сделала уже в магазине.

– У меня проблема с помещением, – сказала я без предисловий. – Нужно срочно найти новое место для цеха. Есть идеи?

– Есть, – ответил он после короткой паузы. – У меня освободился склад на окраине города. Не самое презентабельное место, но крыша не течёт, электричество есть. Можете использовать временно, пока не найдёте что-то более подходящее.

– Сколько? – прямо спросила я, готовясь к названию суммы, которую всё равно не могла себе позволить.

– Бесплатно, – ответил Михаил. – Считайте это частью нашего партнёрства. Мне выгодно, чтобы вы продолжали производство и поставляли товар в мои магазины.

Я почувствовала, как к глазам подступают слёзы благодарности.

– Спасибо, – только и смогла сказать я.

– Не за что, – его голос звучал деловито, без сантиментов. – Просто бизнес, Анна. Я пришлю адрес и ключи. Можете заезжать хоть сегодня.

После разговора я собрала сотрудниц и объяснила ситуацию. К моему удивлению, вместо паники и возмущения я увидела решимость и готовность действовать.

И следующие три дня слились в один бесконечный день, наполненный хлопотами, звонками, решением бесчисленных проблем. Мы работали практически круглосуточно – днём обслуживали клиентов в магазине, вечером и ночью занимались переездом.

Склад Михаила оказался не таким уж плохим местом. Просторное помещение, высокие потолки, большие окна. Конечно, требовался ремонт, но для временного решения вполне подходило. Муж Лены с друзьями помогли перевезти тяжёлое оборудование, брат Марины наладил электричество, мы все вместе отмыли и привели в порядок рабочие столы.

На четвёртый день, когда основные работы были завершены, я упала на стул в новом цехе, измотанная, но довольная. Мы сделали это. Мы смогли преодолеть ещё одно препятствие, которое Алексей бросил на наш путь.

– Кофе? – Света протянула мне бумажный стаканчик.

– О, это именно то, что мне сейчас нужно, – я с благодарностью приняла напиток. – Спасибо за всё, Света. Без тебя, без всех вас я бы не справилась.

– Взаимно, Анна Сергеевна, – она улыбнулась. – Знаете, я работала в разных местах. Но нигде не чувствовала такой… команды. Здесь мы все вместе, одной семьёй.

Вечером я сидела дома, подводя итоги этих безумных дней. Переезд прошёл успешно, новый цех функционировал, клиенты начали оплачивать счет, что постепенно выправляло финансовую ситуацию. Глядя на экран телефона, я размышляла о предложении Олега Петровича. Использовать инвесторов Алексея против него самого? Это казалось справедливым после всего, что он сделал, но что-то внутри сопротивлялось такому решению. Я не хотела опускаться до его методов, не хотела строить свое будущее на мести…

Звонок телефона прервал мои размышления.

– Анна Сергеевна! – голос Светы звучал панически. – Приезжайте скорее! Магазин… его ограбили!

– Что? Когда это случилось?

– Только что! Я проезжала мимо, хотела оставить папку с эскизами, которую забыла, и увидела разбитую витрину! – Света говорила сбивчиво, задыхаясь. – Я уже вызвала полицию, они едут.

– Еду, – только и сказала я, бросаясь к двери.

Всю дорогу до магазина я пыталась успокоиться, но руки дрожали, а в голове крутилась одна мысль: «Это он. Снова он».

Подъезжая к магазину, я увидела мигалки полицейской машины и разбитую витрину – огромное окно, которое мы с такой любовью оформляли с Лизой, было вдребезги разбито.

Света стояла рядом с двумя полицейскими, обхватив себя руками, будто замерзла. А стоило ей меня увидеть, тотчас бросилась навстречу.

– Анна Сергеевна! Там… там всё перевернуто, разбросано. Они забрали кассу, новую коллекцию… и ваш компьютер с дизайнами!

Я прошла внутрь, чувствуя, как немеют ноги. Магазин, мой уютный, красивый магазин, выглядел так, словно по нему прошелся ураган. Перевернутые манекены, разбросанная одежда, вырванные с корнем полки. Но хуже всего – пропавший компьютер, где хранились все новые дизайны, разработанные с Лизой, все финансовые документы, все контакты клиентов.

– Мы уже опросили соседей, – сказал один из полицейских, подходя ко мне. – Никто ничего не видел. Камеры наблюдения в этом районе не работают уже неделю.

Конечно же, не работают. Как удачно.

– Что конкретно украли? – спросил второй полицейский, доставая блокнот.

Я обвела магазин взглядом, пытаясь оценить ущерб.

– Кассу… там было около тридцати тысяч. Компьютер с важными файлами. И, – я подошла к разгромленной витрине, – всю новую коллекцию. Это эксклюзивные модели, их не запустили в производство. Единственные экземпляры.

Полицейский что-то записал в блокнот.

– Странное ограбление, – задумчиво сказал он. – Обычно воруют деньги и что-то легко сбываемое. Но зачем грабителям эксклюзивные платья?

«Чтобы лишить меня уникальных дизайнов», – подумала я, но вслух сказала:

– Не знаю. Может быть, просто взяли всё что под руку попалось.

– У вас есть враги? – неожиданно спросил полицейский, внимательно глядя на меня.

Я усмехнулась.

– Есть. Мой бывший муж.

– Бывший муж? – переспросил полицейский. – Имя?

– Алексей Воронцов.

Полицейские обменялись взглядами. Конечно, они знали это имя. Весь город знал.

– Тот самый Воронцов? – уточнил старший. – И у вас есть основания полагать, что он может быть причастен к ограблению?

– У меня нет доказательств, – я покачала головой. – Но в последнее время мой бизнес сталкивается с различными проблемами. Проверки, давление на поставщиков, проблемы с арендой… И все они начались после того, как я подала на развод.

Полицейский записал мои слова, но по его лицу было видно, что он не верит в причастность такого уважаемого человека, как Алексей Воронцов, к банальному ограблению.