Глава 20+

Маленькая комната за торговым залом превратилась в настоящий муравейник. На столах, стульях, даже на полу лежали отрезы тканей, выкройки, образцы фурнитуры. В углу гудели три швейные машинки, привезенные из дома Марины и Лены. Несмотря на тесноту, в комнате царила атмосфера сосредоточенной работы, даже воодушевления.

Я наблюдала, как мои девочки колдуют над очередным заказом – праздничным платьем для жены местного предпринимателя. Ткань струилась под умелыми пальцами Марины, превращаясь в элегантные складки. Света внимательно проверяла каждый шов, каждую деталь. Лена аккуратно пришивала сложную отделку по рукавам. А Лиза, моя Лиза, руководила процессом, внося коррективы, предлагая решения, где-то поправляя, где-то хваля.

– Не слишком тесно вам здесь? – спросила я, протискиваясь между столами с чашками чая для всех.

– По сравнению с моей первой квартирой в студенческом общежитии это просто дворец, – улыбнулась Лиза. – К тому же, тесно – значит тепло и душевно.

Девушки рассмеялись, и я почувствовала, как теплеет на сердце. Несмотря на все трудности, несмотря на пожар, потерю оборудования и материалов, они не сдавались. Мы все не сдавались.

– А когда будет готово новое помещение для цеха? – спросила Марина, не отрываясь от работы.

– Михаил обещал, что к концу недели закончат ремонт и можно будет завозить оборудование, – ответила я. – А со следующей недели уже начнем там работать.

Эта новость вызвала одобрительные возгласы. Временное решение – работать в маленькой комнате за магазином – позволяло нам выполнять частные заказы, но для серьезного производства, для возвращения к полноценной работе над новой коллекцией нам был необходим настоящий цех.

– А что с оборудованием? – поинтересовалась Света. – Нашли поставщика?

– Да, уже заказали, – кивнула я. – Михаил помог с контактами, нашли хорошие цены. Доставка в течение двух недель.

– А ткани? Фурнитура? – продолжала расспрашивать Света.

– Частично уже закуплены, остальное в пути, – я сделала глоток чая. – Финансирование от Олега Петровича поступило вчера. Все идет по плану.

Это была правда. После того, как я согласилась на сотрудничество с инвестиционной группой Олега Петровича, дела начали налаживаться с удивительной быстротой. Юристы подготовили соглашение, которое учитывало все мои требования. Наталья Викторовна тщательно изучила каждый пункт, внесла несколько поправок, и документ был подписан. На следующий же день на счет поступили обещанные средства – достаточно, чтобы полностью восстановить производство и даже расширить его.

Конечно, я понимала, что за этой щедростью стоит холодный расчет. Олегу Петровичу нужна была моя доля в проекте таунхаусов, который он хотел вырвать из рук Алексея. Но меня это устраивало. Пусть используют меня в своих играх – я тоже использую их для достижения своих целей.

Михаил, узнав о моем решении, отнесся к нему с пониманием. «Бизнес есть бизнес», – сказал он, пожимая плечами. И предложил свою помощь в поиске поставщиков оборудования и материалов по лучшим ценам. Его поддержка оказалась неоценимой – опыт, связи, знание рынка помогли избежать многих ошибок.

– Мама, ты что-то задумалась, – Лиза положила руку мне на плечо. – Все в порядке?

– Да, просто… осмысливаю все, что произошло за последние недели, – я улыбнулась. – Иногда кажется, что это какой-то сон. Или фильм, где я главная героиня.

– Если это фильм, то очень захватывающий, – подмигнула она. – И ты в нем просто великолепна.

Вечером, когда магазин уже закрылся, а девушки разошлись по домам, мы с Лизой задержались, чтобы закончить несколько эскизов для новой коллекции. Звонок Игоря раздался, когда я уже собиралась уходить.

– Анна Сергеевна, – его голос звучал взволнованно, – нам нужно встретиться. Есть серьезный разговор, который лучше вести не по телефону.

– Что-то случилось? – насторожилась я.

– Можно и так сказать, – уклончиво ответил он. – Лучше сами увидите.

Мы договорились встретиться в маленьком кафе недалеко от моей квартиры. Через полчаса я уже сидела напротив Игоря, который нервно перебирал папку с документами.

– Что происходит? – спросила я, когда официантка принесла нам кофе.

– У меня есть информация, которая может вас заинтересовать, – Игорь понизил голос и достал из папки несколько фотографий. – Помните, я рассказывал о своем расследовании? О связи между Воронцовым и Новиковой?

– Конечно, – кивнула я.

– Так вот, мне удалось узнать кое-что еще, – он положил передо мной первую фотографию. – Смотрите.

На снимке был Алексей, сидящий в кафе с какой-то женщиной. Я пригляделась и с удивлением узнала Ирину – одну из наших швей. Она не была из тех, кто постоянно на виду – тихая, исполнительная, всегда держалась немного в стороне. После пожара она приходила на несколько дней, помогала с уборкой в магазине, а потом сказала, что нашла другую работу, поближе к дому.

– Когда это было снято? – мой голос дрогнул.

– Три дня назад, – Игорь показал еще одну фотографию. – А вот это интереснее. Ирина и Катя Новикова.

На этом снимке Ирина и Катя стояли у входа в офис Кати, явно не подозревая, что их фотографируют. Они о чем-то оживленно беседовали, и Катя передавала Ирине какой-то конверт.

– Что все это значит? – я чувствовала, как внутри нарастает тревога.

– Я навел справки, – Игорь достал еще один документ. – Ирина Соколова училась в одном колледже с Катей Новиковой. Они давние подруги.

Я почувствовала, как холодеет все внутри. Неужели все это время среди нас был предатель? Человек, который следил, докладывал, возможно, даже…

– Вы думаете, она причастна к ограблению? – я озвучила страшную догадку. – К пожару?

– Не могу утверждать наверняка, – осторожно ответил Игорь. – Но факты заставляют задуматься. Она работала у вас, имела доступ ко всем помещениям, знала систему безопасности. И, что самое важное, – он показал еще одну фотографию, – она встречалась с Воронцовым за день до ограбления.

На этом снимке Ирина сидела в машине Алексея. Они о чем-то разговаривали, лица серьезные, сосредоточенные.

– Я провел небольшое расследование, – продолжил Игорь. – За день до ограбления Ирина вызвалась задержаться и закрыть магазин, верно?

– Да, – я вспомнила тот день. – Я просила Свету, но Ирина сказала, что ей все равно нужно подготовить какие-то материалы для завтрашней работы, и она может все закрыть.

– Вот именно, – Игорь многозначительно посмотрел на меня. – А потом оказалось, что сигнализация была отключена, а камера выведена из строя. Совпадение?

– Но почему тогда она просто не открыла дверь ворам? Зачем было разбивать витрину? – засомневалась я.

– Чтобы отвести от себя подозрения, – пожал плечами Игорь. – Представьте: ограбление без следов взлома. Первый вопрос полиции: кто имел доступ к ключам? А так – разбитая витрина, следы взлома. Никто даже не подумал проверить сотрудников.

Это имело смысл. Страшный, ужасающий смысл. Человек, которому я доверяла, все это время работал против меня. Передавал информацию Алексею и Кате, возможно, даже помогал им планировать атаки на мой бизнес.

– Что теперь? – спросила я, ощущая смесь гнева и боли от предательства. – Как нам доказать ее причастность?

– У меня есть план, – Игорь наклонился ближе. – Мы можем устроить небольшую… проверку. Подбросить ей дезинформацию – что-то, что она наверняка передаст Воронцову и Новиковой. Что-то, что заставит их действовать определенным образом. И тогда…

– И тогда мы поймаем их с поличным, – я поняла его план. – Что именно вы предлагаете?

Мы проговорили почти два часа, разрабатывая детали ловушки. Игорь предложил создать фальшивую информацию о новой коллекции, якобы основанной на украденных дизайнах Кати. Нечто, что заставило бы ее действовать немедленно, возможно, даже подать иск о защите авторских прав. Мы решили, что я позвоню Ирине и предложу ей вернуться на работу – мол, нам нужны опытные швеи для новой коллекции.

– Это рискованно, – заметила я. – Если она поймет, что это ловушка…

– Риск есть, – согласился Игорь. – Но если все сработает, мы получим неопровержимые доказательства их причастности к ограблению и, возможно, к поджогу. А это уже серьезные преступления.