Глава 42

– Ты что натворила?! – закричала Ксения, бросаясь на меня из-за стола. Не знаю, что она хотела, вцепиться мне в волосы или свернуть шею, но я чудом увернулась. Сашина бывшая была выше и жилистей меня, будто серьезно занималась спортом, хоть и худая. Я проскользнула между ее рук, обежала стол, стоящий почти посреди комнаты, и попыталась схватить с него свою сумку. Мне нужен телефон, чтобы связаться с Сашей или хотя бы иметь при себе источник сигнала. Убегу без него, не найдет. Ксения вцепилась в мое платье и дернула меня назад. – Ты наглая пигалица, сейчас у меня… – не договорила, потому что я попыталась от нее отбиться, выворачиваясь. Краем глаза я увидела, что в комнату на шум вбежал ее охранник, он тут же бросил стакан и уже сам поймал меня в захват. Обхватил и сдавил локтем за шею, прижимая спиной к широкой груди. Я задохнулась, вцепляясь в его мощное предплечье. Ксения тут же распрямилась, поправляя прическу и одежду. Подала сигнал бугаю коротким кивком, чтобы не душил меня до конца. А у меня уже мушки перед глазами и темнеть начало. Он отпустил шею и перехватил меня за две руки, заломив их обе за спину. – Сказала… убивать не соби… – собралась напомнить, но меня прервала пощечина, от которой у меня мотнулась голова и запылала щека. Ксения встряхнула кистью и злобно глянула на меня. – Решила проверить, да? – показала она зубы, – я говорила исключительно про себя и до того, как ты повела себя как полная дура! – Зато никакое видео ты никуда не отправишь! – яростно выплюнула я слова, – я не верю, что ты не сделала бы этого потом! Или не стала бы шантажировать еще кого-то, даже самого Гордеева! Потому что ты подлая, мерзкая, болотная тварь! Ксения резко приблизилась, хватая меня за лицо и не давая больше говорить. – Вот ради чего ты себе жизнь портишь? – нависла надо мной, держа в болезненной хватке, – могла бы получить все по первому классу, новую жизнь, деньги. Начала бы все с нуля и не вспоминала бы даже про Гордеева! – А я так не хочу, – с трудом выговорила я. – Не хочу его забывать. Я его… больше не брошу. – Он мой! – крикнула Ксения мне в лицо, – твоим никогда не был и не будет! Я не позволю! – оттолкнула от себя, так что даже охранник едва удержал. – Свяжи ее, – коротко приказала. Бугай с силой швырнул меня на диван, так что я не успела и среагировать, завалилась на него набок, теряя равновесие на высоких каблуках. Сверху на меня тут же навалилась тяжелая мускулистая туша, переворачивая лицом в пыльные диванные подушки. С треском размотался скотч и начал слоями ложиться на мои скрещенные за спиной запястья. Он надежно и многослойно склеил мне руки, а потом грубо поднял за плечо в сидячее положение. Я сдула с лица растрепанные волосы. – Иди собери все! – Ксения злобно вытолкнула своего охранника из комнаты, судя по всему, посылая за разбитым телефоном и ноутом. Надеется, что удастся ими воспользоваться? Третий этаж, они в дребезги! – У тебя будут большие неприятности. Но мне тебя не жаль, – меня опять несло на грубости под действием адреналина, – тюрьма по тебе самой плачет или психушка на пожизненное. – А я там была! – огрызнулась Любимова, – скучно! Но если очень хорошо себя вести и кушать таблетки, быстро выпускают. И в следующий раз выберусь, не переживай. А вот ты уже нет. – Можешь угрожать, я не верю в твой блеф. С убийством ты не стала бы связываться, потому что тогда Саша отвернется от тебя навсегда. Он тебя забудет и проклянет, несмотря на все, что вас связывало в прошлом. – Ты ничего не знаешь о нем! – она указала на меня пальцем, – и о нас! Нас связывает намного больше, чем ты думаешь! – Ничего вас не связывает кроме твоей лжи. И ребенок был не его, и про любовь ты ему всегда врала! В тебе вообще нет любви! – Не все в этом мире про любовь! – процедила она сквозь зубы, нагибаясь ко мне. Собралась сказать что-то еще, как вошел ее прихвостень, вернувшийся с обломками техники. Она тут же заговорила с ним, – посмотри, цела ли память и диски в ноуте. – После такого удара? – он скептически покачал головой, раскладывая останки на столе, – вряд ли. А я внезапно услышала тихий, но очень знакомый шум с улицы, звук, который так давно раздражал меня на дороге, но сейчас был милее всего на свете. Я бросила короткий взгляд за окно и увидела то, что так хотела. Сердце подпрыгнуло в груди, от волнения и радости. По дороге в сторону дома ехал чертов белый «звездолет», китайский подарок Гордеева. Он нашел меня! Я и не сомневалась. Сложно было сдержать радостную улыбку. Ксения, поднявшая со стола кусок телефона, раздраженно отбросила его и оглянулась. Увидела, что я улыбаюсь. – Довольна собой, да? Ты в мгновение ока разрушила всю мою работу! Ты и свою жизнь разрушила, потому что я тебя не просто не отпущу, я тебя уничтожу! А потом займусь Сашей без такой надоедливой помехи! – Удачи, – шире улыбнулась я, понимая, что это уже напоминает сумасшествие. Ксения вдруг дернулась к своему телохранителю и выдернула откуда-то из-под его пиджака пистолет. В ту же секунду дуло смотрело мне в лицо, и мне расхотелось улыбаться. – Э, я на мокруху не подписывался, – проблеял недовольный охранник и, махнув на нас рукой, вышел из комнаты, будто просто решил не смотреть, что Любимова будет творить дальше. Но Ксении было на него плевать. – Назови мне хоть одну причину, по которой я не должна сейчас нажать на спусковой крючок. Ты меня уже очень сильно достала! Просто невыносимо! А я ведь с тобой была добра и милосердна до этого момента! – У меня есть такая причина, ты точно не выстрелишь сейчас. – Я с надеждой глянула на дверь в комнату, мне кажется, или я слышу шаги по лестнице. – Очень весомая причина… – тихо сказала я, а потом крикнула что есть мочи, чтобы задать ему направление, – Саша! Жаль, я не видела лица Ксении, потому что уставилась на дверь в комнату в ожидании, что сейчас она вылетит и бравый спецназ тут всех положит мордой в пол, а меня освободит мой любимый. Если бы видела, поняла бы, что она тоже слышит шаги с той стороны. Потому что в следующую секунду Ксения уже стояла за моей спиной, подняв меня рывком с дивана, обхватывая за плечи и прикрываясь, как щитом. Вот падлюка! Вместо того чтобы отлететь от удара ногой, дверь медленно и со скрипом раскрылась. В проеме стоял Гордеев, бледный, в рубашке, но ясным уверенным взглядом, испепеляющим Ксению. – Положи пистолет, не делай себе хуже, – спокойно сказал он. – Мне хуже? Да мне будет прекрасно, если я нажму на крючок, – судя по голосу, улыбнулась она, дуло ткнулось мне в висок, – это тебе будет хуже. Ну и ей тоже не очень. – Отпусти ее, и давай поговорим. Тебе еще не поздно завершить все мирным путем. – И это ты мне говоришь, врываясь в мою квартиру с толпой вооруженных людей? – Саша, прости, я не хотела, – вырвалось у меня, ведь в эту передрягу я влезла добровольно, не подозревая, что может дойти до такого. – Ника, не волнуйся, все будет хорошо. Ты ей не нужна, а тем более твоя смерть. Все ее претензии ко мне, да Ксюша? – Я тут решаю, к кому и какие у меня претензии, – огрызнулась Ксения. – Я подскажу тебе, – Гордеев медленно приближался, будто просто вел светскую беседу. – По дороге сюда я разговаривал с юристами. Они мне кое-что прояснили про тебя, и все встало на свои места. – Прояснили они ему, – передразнила Любимова, – ничерта ты не понимаешь! За столько лет так и не понял ни разу! – Да нет, я как раз понял очень многое. А в особенности цену твоей любви, слов и игр в семью. – Он подошел еще ближе, – разожми руку, и пусть Ника выйдет из комнаты, мы обсудим это наедине. Вместо нее я дам тебе то, что ты действительно хочешь. – И что же я хочу? – испытующе спросила она с издевкой в голосе. – Меня, – почти без эмоций сказал Саша, – вот он я, – он развел руки в стороны, показывая, что отдается полностью в ее власть. – Весь твой. – Ах, вот что подсказали тебе твои юристы, – Ксения медленно перевела дуло пистолета от моей головы в сторону Саши, – только вот что мне с этого, если я в западне? Даже когда у меня есть ты, мне это ничего не даст! – Я договорился со всеми своими людьми, если Вероника выйдет отсюда целой и невредимой, тебя тоже никто не тронет, что бы ты ни сделала. – Что? – мне внезапно стало страшно, – Саша, ты о чем? Я никуда не пойду! – Ты ведь можешь получить желаемое двумя путями, Ксения, – он сделал еще шаг, и теперь до нас оставалось всего метра полтора, я видела невероятное спокойствие в его глазах, и это меня пугало еще больше. Саша глядел точно на свою бывшую, – первый способ, если будешь моей женой. – Ксения громко хмыкнула, – но это как ты понимаешь, уже вряд ли получится. – Очень смешно, – в голосе Любимовой сочился яд. – А второй будет зависеть от тебя, просто отпусти Нику. Тебя никто не тронет, уйдешь отсюда, как пришла. – Какой еще второй? – мое сердце колотилось, я не могла вдохнуть от плохого предчувствия, – что за второй? – Его смерть! – громко сказала Ксения и выстрелила.