Эпилог

Агата Три года спустя. Яркое солнце сияет на безоблачном небе. Цветочным ароматом пропитан воздух. Я не спеша иду по садовой алее. Осторожно качу перед собой детскую коляску. Машенька спит. Крошечные пальчики сжаты в кулачки. Реснички светлые, как у меня, лежат на розовых щёчках. Малышке всего месяц, а кажется, будто она была с нами всегда. – Мама, смотри, что я нарисовал! – Тимофей выбегает из дома, размахивая листом бумаги. Щёки румяные от возбуждения, глаза сияют. Болезнь побеждена. Он совершенно здоров. – Задание учителя. Наша семья! Теперь на рисунках сына нас четверо. – Молодец! Очень красиво. Только потише, – улыбаюсь, прикладывая палец к губам. – Сестрёнка спит. – Ой, – он тут же прикрывает рот ладошкой и шёпотом добавляет: – Папа сказал, что мы сегодня будем печь пирог. Твой любимый, с вишней. Сердце теплеет. Даже спустя столько лет он помнит, что я любила. – А где он? – оглядываюсь по сторонам. Наш дом большой, светлый, с террасой и садом, где кроме прочего весной цветёт обожаемая мной сирень. Илья купил его через полгода после операции, когда стало ясно, что Тимофей полностью здоров. «Чтобы у нас было место для будущего», – сказал он тогда. Наше будущее в детях. Дочка, посапывая, спит в коляске. А сын тараторит про пирог, что будет печь отец. Нужно помочь, чтоб не разочаровать любимых мужчин. – Так где наш папа? – В доме! Говорит, что специально пораньше закончил сегодня дела, чтобы мы могли… – Тимофей хмурится, вспоминая слово. – Устроить семейный ужин. Я улыбаюсь. Глажу его вихрастой голове. Тёмные, как у Ильи, волосы мягким шёлком расступаются под пальцами. – Тогда пойдём помогать. Мы идём к дому. Дверь в сад открывается. На пороге появляется Илья. В руках – миска с тестом, на фартуке – следы муки. Он тепло улыбается, а я не свожу взгляда с родного лица. В серых глазах обожание, от которого до сих пор кружится голова. Муж кивает на кухню. – Успели к самому интересному. Осталось раскатать тесто и приготовить начинку.– Забывает, что руки в муке и проводит по носу. Прыскаю в кулак. Чем не клоун в брюках от делового костюма? Представляю, что сейчас творится на кухне. В субботу у повара и горничной выходной. Придётся самой наводить порядок. – Пап, а я могу помочь? – Тимофей тут же забывает про лист в руках и бросается к нему.– У тебя нос, как Клёпы.– Звонкий смех разлетается по саду. Клёпа теперь у нас самый желанный гость на каждом Дне рождения. – Конечно, поможешь! – Илья задевает Тимошу за нос. Теперь они оба с белыми пятачками. – Но сначала нос и руки помой. Сын исчезает в коридоре, а я подхожу к Илье, осторожно обнимаю его за талию, чтобы не стать третьей «свинкой». – Кому-то тоже нужно срочно помыть нос! – поднимаю голову. Упираюсь взглядом в полные обожания глаза. – Как дела в офисе? – спрашиваю тихо. – Скучно без вас, – он целует меня в макушку. – Максим спросил, когда ты решишься выйти работать в офис? Свой человек нам не помешает. Я фыркаю. Максим, начальник безопасности, который когда-то помог нам выбраться из кошмара. Теперь он наш друг и частый гость в доме. – Ещё полгода, как минимум. Торопиться не стану. Пока Маша маленькая, я буду рядом с ней. Илья не спорит. Знает, что три пролетевших года были не только счастьем. Помнит мои страхи, и бессонные ночи, в ожидании результатов анализов Тимофея после очередного осмотра. Были и слёзы, когда узнала, что я беременна, накрыла паника. Боялась, что история повторится. Но в этот раз всё сложилось иначе. – Моё мнение ты знаешь. Мне нравится, когда ты дома. Но если захочешь работать, препятствовать не стану. Наймём вторую няню. – Мам! – Тимофей выскакивает из-за угла. Тщательно вытертые руки подняты вверх. – Я готов! – Тогда вперёд, – отпускаю Илью и улыбаюсь. Он всегда подстраивается под мои желания. Поныла, что устала сидеть дома и вот результат. Мы все вместе на кухне. Тимофей старательно раскатывает тесто, Илья отделяет вишню от косточек, а я кормлю Машеньку. Малышка наелась и сопит у меня на руках. Тимофей бросает взгляд на портреты на стене. Разглядывает дочь Леры. Илья по-прежнему считает её своей. В прошлом году он брал её с нами на отдых. – Пап, а правда, что у Лизы теперь другой папа? – вдруг спрашивает он, и у меня замирает сердце. Илья не морщится, не злится. Он освобождает руки от вишни и поворачивается к сыну. – Да. Но она живёт с дедушкой. Сын не отступает. – А её мама? – Уехала далеко. – И она не скучает по ней? Илья смотрит на меня. В его взгляде – всё, что мы оба думаем о Лере. Она вышла замуж за араба, как только развод был оформлен. Бросила Лизу, оставила её отцу – своему бывшему любовнику, водителю Ильи. Тот, недолго думая, отвёз её к дому деда. Быть любовником и отцом совершенно разные вещи. Дед забрал девочку к себе. – Некоторые люди не умеют любить по-настоящему, – наконец говорит Илья. – Но у Лизы есть дедушка. И это главное. Тимофей кивает, как будто этого ему достаточно, и возвращается к тесту. – Жаль баба Лида уехала в гости. Она бы помогла папе, и мы давно пили чай. Илья подмигивает сыну. – Потерпи немного, обжора. Не принижай папины кулинарные таланты. – А бабушка Таня придёт?– решил вспомнить всех родственниц Тимофей. Тишина. Чувствую, как напрягается Илья. Его мать до сих пор пытается прорваться в нашу жизнь. Пишет письма, звонит, даже однажды подкараулила Тимофея у школы. Но я не готова простить женщину, назвавшую моего сына выродком, и выгнавшую меня беременную на улицу. – Бабушка Таня пока не придёт, – мягко говорит Илья. – Но, если захочешь, мы можем позвонить ей. Тимофей снова кивает. Он не настаивает. Для него мир прост: есть папа, мама, сестрёнка и старый Рекс. – А когда пирог будет готов? – переключается он почти сразу. – Спроси папу, – улыбаюсь я. – Примерно через час… – Илья решает сегодня нас удивить.– А пока нарежу салат, и займусь стейком. – Ура! – сын бросается обнимать отца, пачкая его в муке. На душе светло. Смеюсь, прижимаю к себе Машеньку и ловлю взгляд мужа. Мы понимаем друг друга без слов. В его глазах – то же, что чувствую я. Мы счастливы. После всего, что было, после боли, предательства, страха – мы наконец обрели тихую гавань. То, что не купишь ни за какие деньги. Наш дом. Наша семья. И никакая Лера, Татьяна Фёдоровна или тени прошлого не смогут это забрать. Потому что теперь мы – вместе.