Глава 13. Как учил папа

– Да у нас там не какая-то фирма на сотню человек, Денис. Ну что мне объяснять, ты сам знаешь.

– И что? Игорь там кто?

– Ну он всем управляет, плюс сам ездит, заключает сделки, предлагает новым покупателям товары. Сам и развозит с другим водителем. Раньше была машина у папы, фура та, – он кивает. – Вот ее он Игорю отдал, потому что покупать новую дорого, взяли в аренду, чтобы дело быстрей шло, не так сильно раскрутились. Вторую купил он незадолго до смерти своей.

– А на кого они оформлены?

– Ну, на фирму. Блин, я ж в этом вообще не разбираюсь, как и мама. Мы потому Игоря поставили во главе. А кого еще? Я массажист, а не торговый представитель. Артем Юлькин в банке работает, ему это ни к чему. Нанимать со стороны тоже не вариант, сам понимаешь. Итак, наняли водителя второго. А вот бухгалтер старый остался, Марина Григорьевна. Ну и все. Плюс охрана складов, но это уже другое. Говорю же, там бизнес маленький.

– Оборот приличный?

Задумываюсь, прежде чем ответить ему.

– Ну вот мы, считай, живем на эти деньги, мама с бабулей, и Юльке там на счет идет. Она на Лизку открыла вклад, даже не трогает деньги. Мне кажется, вполне прилично выходит на всех нас.

– Кажется ей, – бурчит, вздыхая. – Аудит нужен, Наська. Вы ж на него ничего не оформляли?

– Да нет. Мама вообще сказала все на детей переписать наших с Юлей. Чтобы как закончат учебу, пусть решают, что с бизнесом творить. Но пока оставили как есть. Мы ж наследницы, а Игорь, как нанятый, выходит.

– Вот и хорошо. Потому что черт знает, что там нареализовал твой муж вам для налоговой. Сейчас разведешься, а тебе счета принесут. Придется все продавать и должницей останешься.

– Да ну…

Сижу с выпученными глазами, представляя такой вариант событий.

– Ты можешь отмахиваться сколько угодно и говорить, что Игорь не мог. Но извини, он и на второго ребенка не был способен в твоих глазах, а оказалось… Насть, ребенок – это траты. А если и та женщина у него на шее висит?

Я замолкаю и смотрю на друга.

Я не думала об этом до данного момента. Я вообще многое выпустила из виду. Почему я была такой дурочкой? Кто скажет?

– Это было жестоко.

– Да. И это было правдой. Извиняться не буду.

По-детски показываю ему язык.

– Я вообще не понимаю, о чем вы говорите, – вставляет слово Катя.

– Ты напилась уже просто, – смеюсь над ней, потому что она сидит с таким скучающим видом.

– Если бы, – возмущается, – вы ж как затрындели, все остыло.

– Ну прости, – подталкиваю ее плечом, а затем обнимаю.

– Ой ну вас. Надо было мне Дениску не тащить с собой.

– Че это?

– А то, тебе только дай волю поговорить о чем-то. Вот еще подумала, может, в бар сходим с Настей, так нет, решила мужа выгулять.

Денис начинает громко смеяться.

– А что? Только ты меня куда-то зовешь, хоть в этот раз я тебя опередила. И то, мы с Настей договорились еще до праздников.

– Ну все, хватит грусть по бокалам разливать, Катя.

– Ладно, выключаю грустнофон. Любимка, че сидим? Ты здесь для того, чтобы за нами обеими ухаживать и не справляешься.

– Глянь, как раскомандовалась, а дома будет подлизываться.

– Ну в гостях можно. А дома, это дома.

Просидели с ними от души посмеявшись, почти до восьми вечера. И я с сожалением отпустила обоих домой, договорившись с Катей о встрече вне стен моей квартиры, то есть в нашем баре. Куда часто с ней выбираемся, оставив детей с мужьями…

И вот снова, привычное становится непривычным. И даже неудобным, раздражающим.

Заканчиваю с остатками бокалов, которые не поместились в посудомоечную машину, и направляюсь в спальню, чтобы взять халат, как снова слышу возню в замке.

– Какого черта?

Подхожу и на этот раз заглядываю в глазок.

Стоит собственной персоной.

– Пошел вон, Наумов, – кричу ему через дверь.

– Настя… замок заело. Я сейчас вызову…

– Я сейчас полицию вызову. Проваливай.

– Что?

– Проклятая шумоизоляция.

Собираю остатки здравомыслия и открываю дверь.

– Забыл что-то? Если ты за своим полотенцем и щеткой, которые тогда выложил обратно, то мне жаль тебя расстраивать, я их выбросила.

– Насть… ну давай поговорим, а?

– Знаешь, Игорь, – встаю на порог дверной, чтобы не пропустить его внутрь, и складываю руки на груди, – я тут сегодня узнала от сестры. Ты не подумай, я лишнее от посторонних не собираю. Так вот, Юля видела тебя с блондинкой как-то и малышкой лет пяти. Вы прогуливались в парке Победы на той стороне реки. И ты весь такой счастливый, ведь такой влюбленный, – кое-что приплетаю от себя, но не суть, – гулял со своей «любимой и единственной». О как…

Лицо моего почти бывшего мужа просто шедевр мировой. Стоило бы это все оформить в гипс и на пьедестале позора увековечить.

– Ну, осеменитель? Че молчим?

Поднимает глаза и открывает рот. А я уже будто знаю, что он скажет, и вспоминаю, как меня папа учил.

– Насть, прос… – сжала кулак и прямо в нос ему заехала.

– А, черт возьми, – закричала, сунув руку между колен. – Пошел на хрен, со своим прости…

Быстро закрываю дверь и бегу к холодильнику. Открываю морозилку и сую в замороженные овощи руку.

– Только бы обошлось. У меня же работа в понедельник, – со стоном обращаюсь к потолку.

На столе звонит мобильный, поэтому вынимаю из замороженной «ванны» руку и смотрю на входящий от Дениса.

– Да, Дэн. Забыли чего?

– Ага, спросить. Вы доверенность на Игоря писали какую-нибудь?

– Эм… Если честно не знаю. Может, и да.

– Надеюсь, что все-таки нет, Настя.

– Это плохо?

– Еще не знаю. Посмотрим. Я тебе порекомендую помимо аудита, найти адвоката. Не только дорогого, но и беспроигрышного.