Глава 16. Подруга

Она все-таки пробирается через толпу и, встав прямо передо мной, обнимает меня широко улыбаясь.

Даже после этого шок не отпускает.

Девять лет. Я пыталась связаться, пыталась… Сейчас же, увидев ее, я не могу перестать чувствовать, как мой мозг с ума сходит.

Поэтому лишь моргаю, а потом поднимаю руки и обнимаю в ответ.

– Идка, – улыбка на губах появляется и ощущение, будто дышать легче становится. Крепче объятия… – Господи… Ида…

– Ну вы долго тут обниматься будете?

– Нашли место…

– Задерживаете тут очередь.

Заворчала толпа и мы быстро оторвались друг от друга смеясь.

– Ну и чего развозмущались. Мы десять лет не виделись, – отвечает грубо подруга и подмигивает мне.

Быстро оплачиваем покупки, при этом в ее корзине детский йогурт и всякие вкусности по типу тех, что я покупаю сыну. Значит, у нее ребенок. Ну конечно, у нее есть ребенок. Жизнь не стоит на месте.

Подумать только, целая жизнь прошла, а мы столько всего пропустили в жизни друг друга.

Отходим подальше, к свободному столику, для упаковки продуктов. Я быстро принимаю таблетку и смотрю на нее.

Такая же красивая, стройная и высокая, даже в своей шубе, явно дорогой даже на вид. В этом Ида. Любит, чтобы все богато и дорого. Она купит себе одну вещь, но дорогую. Я же была не против двух по средней цене. Ведь не всегда дорого, значит качественно. Наверное, о многом можно сказать так же.

– Обалдеть встреча, – она похлопывает себя по щекам, будто пытается прийти в себя.

– В таком же состоянии. Так ты здесь живешь?

– Ну а где ж еще.

– Не знаю. Просто… в последний раз ты вышла на связь после похорон твоих родителей. А потом я тебя уже и найти не могла. Видела я тебя вообще на свадьбе, кажется, и все.

– Ну… Не знаю просто, когда они умерли, я взяла и бросила все, что знала до этого.

– И тех, кого знала… Ида, мне очень жаль, что я не присутствовала на похоронах. Я лежала на сохранении, на маленьком сроке, почти месяц.

– Да ладно. Ты все написала в сообщении. Это я должна извиняться, что отдалилась.

– Ты не отдалилась, ты вычеркнула меня из своей жизни и, если честно, это было очень жестоко.

– Слушай, я не могу изменить этого.

– Ты права. Я просто устала и в шоке.

– Может, пойдем посидим где-нибудь или ко мне поднимемся, я тут недалеко живу.

– Прости, я не могу. Мне скоро за сыном, а я пока доеду на правый берег, пройдет целая вечность.

– В другой раз? А пока ждешь такси, поболтаем, – и снова улыбка.

– Конечно.

Вынимаю телефон, быстро заказываю в приложении машину.

– Пятнадцать минут.

– Целая вечность для разговора, – отмахивается.

Мы двигаемся чуть в сторону, чтобы не мешать остальным покупателям и глупо смотрим друг на друга.

– А слов и нет, скажи…

Смех срывается с губ.

– Ну и как ты? По-прежнему замужем за своим?

Я даже не думаю рассказать ей что-то. На самом деле, в какой-то момент я так разозлилась на нее, что ощущение будто эта злость по-прежнему во мне живет. Поэтому и сейчас решаю промолчать. У нас многое произошло за десять лет, но об этом не поговоришь прямо сейчас.

Я поднимаю руку и демонстрирую ей кольцо, которое предатель Игорь надел на мой палец девять лет назад.

– Вау, прямо любовь. Похвально. Поздравляю.

– Да, мы вместе. И у нас сын. Иван, восемь с половиной лет ему, – стараюсь улыбаться искренне, почему-то это кажется важным в данный момент. – А ты? Не могла не заметить детские товары.

– О, у меня тоже дочь. Я, конечно, не замужем, но Ангелинке уже шесть. Думаю, скоро поженимся.

– Главное, быть счастливой, Ида.

– А я счастлива, – ее улыбка будто шире стала. – Я очень счастлива как никогда.

После этого наступает небольшая пауза, где мы просто смотрим друг на друга и улыбаемся.

В это время я успеваю заметить ее некоторые привычки по типу постоянного прикосновения к волосам или когда поправляешь верхнюю одежду и гладишь ладонями по ней.

А еще, она так же рассматривала меня. Мимоходом бросала взгляд то на мои волосы, то на мой минимальный макияж или руки и сумочку.

– Ну, так что, чем занимаешься? – она поднимает руку и рассматривает секунду свой маникюр.

– У меня кабинет свой. Делаю лечебный и классический массаж, – пожимаю плечами.

– А тут? В гостях была у кого-то?

– Нет, по работе. Единоразовый выезд. Обычно я так не поступаю, но тут другой случай. Она моя постоянная клиентка и ей понадобилась моя помощь.

– Ммм. Ясно. Ну, ты ведь всегда это и хотела делать, – будто морщится от одной мысли о моей занятости.

Да, ей казалось, что я зря трачу время на учебу в этом направлении и говорила, что мне стоит подумать о другой жизни, где мне не придется «мять руками других людей».

– Да. И я рада, что у меня вышло все так, как я и планировала, – моя улыбка самая широкая из тех, что имеются в моем арсенале. – А ты?

Помнится, она планировала стать финансистом, или же юристом. Ее желания сменялись как погода за окном.

– Ну и я… – она расправляет плечи, и я почти готова услышать, что она все же стала кем-то востребованным, кем-то важным судя по ее выражению лица. – В общем, работаю в супердорогом бутике, – говорит, приглушая голос, словно рассказывает тайну. – Ну понимаешь, да? Там ценник соответствующий. И люди приходят не за тем, что стоит пару тысяч. Речь о десятке тысяч за какую-нибудь кофточку.

– Понятно, – улыбаюсь и решаю промолчать, потому что… это отчего-то становится смешным, хотя я не такой человек.

Работа есть работа. Ты не украл у других, ты заработал деньги сам, и неважно что это за работа.

– И зарплата огромная и график работы самый лучший. Я там уже лет пять работаю, почти менеджер зала, вот и выбираю себе удобный график. С лихвой хватает на жизнь и всякие косметические процедуры. Короче, я в шоколаде.

– Значит, ты продавщица? – почему-то вопрос выходит в некоторой степени грубым, потому что Ида смотрит на меня явно недовольно.

– Это не продавщица, Настя. Там я менеджер. Продавщицы вон, – тычет за спину, – на кассе сидят.

– Я не хотела тебя обидеть, честно. Просто, – решаю сыграть в дурочку, – я ведь в этом не разбираюсь.

– А, ну да.

Я вытаскиваю телефон и смотрю в приложении свою машину сожалея, что не поехала на своей.

– А дай мне свой номер, созвонимся, увидимся. Да?

– Конечно.

Мы обмениваемся телефонами, как Ида обхватывает мою руку своей.

Я удивленно поднимаю глаза.

– Я так рада, что мы встретились, Настен. Столько лет спустя, вдруг вот так внезапно тебя увидеть… Это здорово.

– Согласна. Я тоже очень удивлена, но вопрос, почему мы внезапно разминулись не закрыт, Ида, – я говорю это серьезно, потому что люди не пропадают внезапно из жизни людей без объяснений. – Ты была моей лучшей подругой, а потом сделала вид, что мы вообще никто.

– Мы обязательно поговорим об этом. И знаешь, мне жаль, что все так вышло, я скучала по тебе, – она снова улыбается и обнимает меня, два раза хлопая по спине.

Неожиданно.

– Эм, машина подъехала. Рада была тебя увидеть.

– И я тебя. Было бы здорово увидеться с детьми. Познакомить их. Правда?

– Конечно.

Выйдя на улицу, ветер внезапно бьет в лицо и становится неприятно.

Я сажусь в машину такси, но перед этим оглядываюсь и вижу, как Ида смотрит на меня, медленно помахав.

Я киваю ей и, наконец, закрываю за собой дверь автомобиля.

Первоначальный шок сменился странным смятением в груди. И мне захотелось позвонить маме, чтобы услышать сына. Потом я вспомнила, что они на шоу.

– Пожалуйста, езжайте на городскую арену, – прошу водителя.

– Хорошо, – отзывается мужчина и перестраивает навигатор.

Я попала почти под конец шоу. Поэтому билет покупать не пришлось.

Арену укрыли шатром, что не очень спасало от холода, и все же внутри было приемлемо.

Увидев сестру, я подавила желание бежать подальше. Благо она сидела ниже на ряд от мамы с Иваном.

– Мамочка, – обрадовался сын и отсел ближе к бабушке, чтобы поместилась я.

Юля тут же обернулась вместе с Лизой, но я сделала вид, что ее нет. Поэтому мое приветствие полетело только племяннице.

Мама сидела напряженная и следила за ситуацией.

– Ну как тут, было интересное что-то? – спрашиваю его шепотом на ушко.

– Ой мама, тут танцевали прямо на льду. И огонь пускали. И даже фокусы были.

– Ух ты, – обняла моего мальчика и прижалась носом к его макушке в шапке.

Он источал аромат дома и тепла, уюта, подаренного широкой мальчишеской душой. И Бог свидетель, я бы никогда не хотела разбивать его юное сердце, той правдой, что скажу сегодня.

После шоу я дождалась маму, пока та попрощается с Юлей и Лизой.

– Не ожидала, что ты приедешь, – говорит, подойдя ко мне, и указывает на стоянку, где оставила машину.

– Ты не поверишь, кого я встретила.

– Игоря?

– Боже, нет. Я ездила на массаж к моей клиентке. Она не могла ко мне. И встретила Иду.

– Ида… – мама задумалась. – Та с которой ты общалась… Стой, Идка?

– Ага. Она самая.

– А где пропадала?

– В итоге так и не сказала где. Говорит, что после смерти родителей, просто прекратила любые связи со всеми.

– Многие уходят в горе с головой.

– Она не была в горе, мам. Не думаю, что дело в этом. У нее ребенок.

– Правда? Замуж вышла?

– Не женаты, но скоро, видимо. Мы поговорили минут пятнадцать. Она была такая странная. Смотрела на меня, оценивала, как выгляжу. Это было неприятно.

– Мне жаль тебя расстраивать, Настенька, но Ида была такой всегда.

– Правда? – останавливаюсь у задней двери и пропускаю вперед сына, который тут же занимает бустер и сам пристегивается, пока я слежу.

– Да, просто раньше ты была молодой и всегда видела то, что хотела видеть.

Мы смотрим друг на друга по разные стороны машины, она у водительской двери, я у пассажирской.

– Мне кажется, это в итоге сыграло со мной злую шутку.

– Если бы не он, у тебя не было б, прекрасного сына. Хотя бы за это можно быть благодарной.

– Согласна. Но он все равно скотина.

– А я не говорила, что это отменяет его внутреннюю сущность.

– Я рада, что мы думаем одинаково.

С улыбками на лицах мы садимся внутрь машины и тут же согреваемся.

Доехав до маминой квартиры. Я поднимаюсь наверх и, поговорив немного с бабушкой, которая легла отдохнуть, иду на кухню.

– Завтра еду к адвокату и завтра же должна начаться аудиторская проверка.

– Скажешь время, я поеду, если ты опоздаешь.

– Как думаешь, они много найдут?

– Я могу думать, что они вообще ничего не найдут, но это просто мои мысли и желания, Настя. Я не знаю.

– Хочу поговорить с Ваней сегодня.

– Лучше сейчас, перед тем как запустится процесс, и он случайно не услышит что-то от Игоря или других. Ему ничего не стоит сделать свои скоропалительные выводы, дочка.

– Поэтому я хочу это сделать сегодня.

– Ты умница, – она касается моего плеча. – И сын все поймет.

– Меня бесит, что в итоге ему будет больно.

– Кое-что в нашей жизни, учит нас именно посредством боли.