Глава 39

Максим

Артём всё ещё молчит. Третий день. Я набирал его раз двадцать, но он постоянно сбрасывает. Сообщения, которые я отправлял, прочитаны, но ответа ноль. Это начинает бесить. Нет, не бесить. Скорее пугать.

Если он передумал, если он отказался от меня, если он вернулся к матери... Я даже думать об этом не хочу. Но мысли лезут сами.

Вчера я был у адвоката. Семён Борисович, сухой и педантичный человек Он разложил мне всё по полочкам. Сказал, что сделает всё возможное, но насчёт Артёма сразу предупредил: “Без вариантов, Максим. Если сын заявит, что хочет жить с матерью, суд встанет на его сторону. Особенно учитывая то, что они провели экспертизу и подтвердили давление”.

Давление. Какое, к чёрту, давление? Я просто говорил ему, как лучше. Я же отец, я старше, я умнее. Я знаю, что для него хорошо, а что плохо. А он в силу своего возраста еще ничего не понимает. А если и понимает, то он явно не прав, потому что он обязан был мне помочь. Обязан встать на мою сторону, понять меня как мужчина мужчину, но нет.

Еще эта экспертиза... Чёрт бы её побрал. Они что-то там накопали, адвокат Алисы уже ознакомился, судя по словам Семёна Борисовича. И теперь всё висит на волоске.

Надо действовать. Иначе конец. Иначе жена, которую я все это время считал тихой и смиренной, встанет на тропу войны. Хотя куда уж еще дальше. Она и так показала себя во всей красе. Она не отступит ни перед чем.

Прислушиваюсь к тишине в квартире. Лики нет дома, она уехала к подруге. Мелкая в садике. Я сижу в пустой квартире, смотрю в одну точку, и мозг лихорадочно перебирает варианты. Что делать? Как достучаться до сына?

И вдруг меня осеняет.

Телефон. Если вы не хотите разговаривать со мной, то значит, я буду говорить с вами. Набираю номер офиса Алисы. Пальцы слегка дрожат, когда нажимаю кнопки.

Три долгих гудка. Четыре. Потом приятный женский голос:

— Здравствуйте!

— Добрый день, — стараюсь, чтобы голос звучал спокойно, уверенно. — Хочу записаться на консультацию к психологу.

— Да, конечно, — голос администратора приветливый, профессиональный. — К кому именно? У нас несколько специалистов. Есть ли у вас предпочтения?

— К Горской Алисе, — говорю я, и сердце колотится где-то в горле.

Пауза. Кажется, меня не узнают.

— Хорошо. Когда вам удобно?

— Сегодня. Есть время на сегодня?

— Простите, но сегодня она работает до четырёх, и у неё полная запись, — слышу, как она щелкает мышкой, проверяя расписание. — Могу предложить вам другого специалиста на сегодня или запись к Алисе Семеновне, но завтра после трех. Устроит?

Сегодня она работает до четырёх. Полная запись. Значит, её нет дома. Она на работе. А Артём?

— Нет, спасибо, — бросаю я и сбрасываю. Остальное не важно. Меня вообще не волнует ее работа. Мне важно, чтобы ее не было дома и я мог спокойно поговорить с сыном.

Вскакиваю. Это шанс. Единственный шанс.

Срываюсь с места, хватаю куртку, ключи от машины. Захожу на сайт школы, листаю расписание. Уроки Артема закончились в час дня. Сейчас половина второго. Тренировка по футболу начинается в три. Значит, он либо уже дома и собирается на тренировку. Либо где-то у друзей.

Надеюсь, что он все же живет у Алисы. Если нет, то я не знаю, куда идти. К друзьям? К тому самому Кириллу? Но я понятия не имею, где он живет.

Остаётся только надеяться, что он у Алисы. Потому что никто не будет держать его в гостях столько времени. Рано или поздно он должен вернуться домой. К матери. Или ко мне. А раз его все еще нет в этой квартире, то остается единственный вариант.

Я вылетаю из подъезда, запрыгиваю в машину. Двигатель заводится с полуоборота. Выезжаю со двора, вжимая педаль в пол.

Надо успеть. Надо его перехватить до того, как он уйдет на тренировку. Поговорить. Объяснить. Убедить, что я не хотел ничего плохого. Что я люблю его. Что мы семья.