Глава 2
Татьяна
Мир не рушится.
Ничего не происходит. Только я перестаю чувствовать вкус чая.
Дима. В отделении ЭКО. У Вороновой. Самого сильного репродуктолога нашего Центра.
— Валь, — пытаюсь улыбнуться. — Это какая-то ошибка. Ты, наверное, обозналась.
— Нет, — качает головой подруга. — Это точно был Дима!
— Когда ты его видела? — стараюсь думать рационально, но мысли мечутся в голове, как муравьи, на чей муравейник только что наступили.
— Утром. Часов в девять. Я специально за тортиком сбегала, чтобы тебя поздравить…
— Ты подходила к нему? Говорила с ним?
— Нет, — Валя смотрит на меня большими глазами. — Тань, ты чего?
— Ты сфотографировала его? Моего Диму?
— Да нет же! — восклицает Валя. — Для чего мне фотографировать мужа моей лучшей подруги? Тань… у вас всё нормально? С Димой.
— Да, — отвечаю коротко. — Всё хорошо. Но мы не делали ЭКО. Ты ошиблась. Это был не Дима.
Это. Был. Не. Дима. Не мог быть он.
Отставляю кружку с чаем. Руки дрожат. Торт не хочется. Ничего не хочется.
Валя сидит настороженная. Смотрит на меня.
— Тань, — зовёт тихо. — Прости. Я понимаю, как это всё выглядит, но… ты уверена, что у Димы… никого нет?
— Всё! — поднимаюсь. — Я сыта. Не хочу сладкое. Валь, я понимаю, ты хочешь, как лучше, но у нас с Димой всё хорошо. Просто сейчас не время рожать. Надо выучить Кристинку…
— Кристинка, — повторяет Валя. — Я слышу о ней уже десять лет. Ты треть жизни воспитываешь даже не ребёнка мужа — его племянницу. И, положа руку на сердце, весьма неприятную…
— Мы справимся, — повторяю как мантру. Слова Димы. — Надо просто потерпеть.
— Терпи, — Валя поднимается. — Но, Тань, часики-то тикают.
Что-то взрывается во мне. Кипящая лава обжигает мозг, стекает к сердцу. Меня трясёт.
Часики.
Я знаю. Прекрасно знаю. Мне тридцать три года. И моё время уходит. А Дима… Ему проще. Он может стать отцом, когда захочет.
Боже, почему я об этом думаю?!
Валя просто напутала!
— Дима сейчас на разрезе, — произношу зачем-то. — Ремонтирует экскаватор.
— Сам?
Чёрт, Валя спрашивает тоже, что спрашивала у Димы я!
— Да, — киваю. — Сам. У него сейчас трудный период, добыча угля снизилась. Поэтому многое он делает сам.
— Хорошо, — отзывается Валя. — Как скажешь. Но, Тань ты… будь осторожна.
Мы пьём чай. Замяли тему. Проехали.
Но…
Отвратительно. Торт вкусный, но я не могу спокойно есть. И, когда подруга уходит, набираю мужа.
Гудки. Длинные. Вызов идёт. Значит, на этом разрезе ловит связь…
— Да! Тань, что ты хотела? У меня руки в мазуте, мастер телефон держит.
— Я просто хотела узнать, как ты, — произношу как можно спокойнее. — Сегодня поздно вернёшься?
— Нет, — вдруг отвечает Дима. — Не поздно. Потому что сегодня мы едем к моей маме. Ты забыла уже?
Чёрт. И правда забыла. Сегодня пятница. У меня нет дежурства. Значит, мы с мужем едем к Римме Яковлевне. Четыре часа в одну сторону на машине.
— Нет, — отзываюсь. — Не забыла. Дим… ты за мной заедешь?
— Я недалеко от мамы. Мне не с руки метаться туда-сюда. Сама доедешь. Всё, Тань, мне некогда. Работа стоит.
Дима отключается, а я тупо смотрю на погасший экран.
Сегодня я до четырёх. В восемь буду у свекрови. У неё большая дача и ещё городская квартира на юге области. Всё — подарки Димы. Он очень любит свою маму, которая поднимала их с сестрой одна.
Сестра умерла, осталась Кристина.
— Они моя семья, Тань, — говорил Дима. — Я не могу их бросить. Они не будут барахататься сами.
Заканчиваю работу. Сегодня больше ничего не произошло.
Валя молчит. Но что я сделаю, если она обозналась?
Заправляю «Хонду».
Ехать долго. Но я справлюсь. Обязательно справлюсь.
Но Дима… Мы всегда ехали вместе. Он никогда не посылал меня в дорогу одну.
Но ведь тратить четыре часа нерационально, правда?
Быстро собираю вещи. Кристина ещё не вернулась: сегодня она со второй смены. Звоню ей, но она не принимает вызов. Пишу:
«Мы с дядей Димой уехали. Еда в холодильнике. Домой вернись в десять».
На это мне приходит ответ:
«Ок».
Коротко и ясно. Как и всё отношение ко мне последние… сколько? Полгода? Или больше? Одно знаю точно: после Нового года Кристину словно подменили. У неё был не самый трудный пубертат, но то, что происходит сейчас…
Ладно.
Племянница Димы — взрослая девушка. Ничего не случится.
А у самой сердце не на месте.
Майский вечер догоняет меня. Еду по трассе мимо деревенек и бескрайнего леса.
Наконец, сворачиваю по кольцу в сторону дачи Риммы Яковлевны. Я устала. Хочу отдохнуть. Конечно, у свекрови не сильно разбежишься: как раз время поливать капусту. Хорошо хоть ужин уже готов…
Добротный одноэтажный дом свекрови с огромным на десять соток огородом купается в лучах заходящего солнца. А с гор наползает огромная сизая туча. Может, с капустой обойдётся?..
Выхожу из машины. Парит. По-летнему.
Захожу в ограду.
В курятнике квохчут куры. Утром надо будет собрать яйца.
А пока найду свекровь. Она, наверное, на грядках.
Обхожу дом. Так и есть. Римма Яковлевна наклонилась над грядкой. Стоит ко мне спиной. Не видит меня, только мою тень. Свекровь выпрямляется и восклицает оборачиваясь:
— Аллочка, деточка, это ты?