Глава 41

Глава 41

Вадим

– Привет, Ириш.

– Привет, – выдохнула она в трубку, а я от удовольствия прикрыл глаза.

Соскучился по ней. Никогда не думал, что можно сходить с ума по женщине, с которой у тебя даже ничего не было.

– Как ты себя чувствуешь?

– Мне легче. А под наблюдением папы, словно ничего и не было.

Если бы! Как вспомню о ее ране, грудину ножом вспарывает.

– Как твой отец?

– Пока под наблюдением врачей. Аркадий предложил помощь, завтра папу перевезут в частную клинику.

– С ним все будет в порядке?

– Теперь да. Я решил забрать его к себе, а с матерью разведу. Я тебе потом все объясню.

– Хорошо. Тогда передавай своему отцу, чтобы выздоравливал.

– Спасибо. Ирин, я постараюсь завтра вечером заехать. Когда буду знать, что мой отец действительно в безопасности.

– Конечно, сколько понадобится, столько и будь рядом. Прости, Вадим, если бы я была в состоянии, я бы приехала.

– Я в тебе нисколько не сомневался. Ты выздоравливай скорее, скучаю по тебе.

– Я тоже скучаю.

Поговорим еще немного, мы попрощались. Я пообещал Ире позвонить утром, а сам собирался остаться ночевать здесь. Мне так было спокойнее, и пусть мои мысли были ужасны, но я не доверял матери. Не хотел оставлять отца одного. Возможно, я не прав, но после всего произошедшего, я не хотел, чтобы она просто заходила к нему, не говоря о большем.

Спустившись в кафетерий, я купил себе кофе и пару пирожков. Поужинать не успел, желудок напоминал, что он голоден. Я перекусил здесь же, и взяв бутылку с водой, отправился обратно. А у палаты отца меня ожидал сюрприз.

Мишенька, собственной персоной.

Я молча подошел и присел в кресло напротив двери. Мне непонятно было, что этот придурок делает здесь в такое время. Кто его вообще пропустил?

– Ты был груб с матерью. Не хочешь извиниться?

Я выгнул бровь, посмотрев на брата с вызовом.

– И тебе привет, братик.

– Только давай не паясничай. Ты слышал, что я сказал.

Слышать-то я слышал, но у меня появился вопрос.

– А с каких пор ты стал таким дерзким, когда мамы нет рядом? Помнится мне, рот раскрывать ты можешь только рядом с ней.

Мишенька насупился, как малыш в детстве и двинулся в мою сторону. Даже забавно наблюдать за ним.

– Послушай, Вадик, ты перешел все границы, посмев разговаривать с мамой подобным тоном. Ты правда считаешь, что я буду молчать?

Я вздохнул, размял шею и посмотрел этому слизняку в глаза.

– Я считаю, что тебе пора перестать прятаться за мамину юбку. Кстати, ты ей сообщил о своей новой возлюбленной?

– Как ты смеешь? Я люблю жену, и…

– Так никто же не говорит, что не любишь, – я усмехнулся, внимательно наблюдая за его реакцией. – Но это не мешает тебе спать с другой на стороне.

– Ты бредишь. Ты не можешь знать, что я занимаюсь.

– Конечно, – согласился я, не собираясь доказывать, что мои безопасники могут многое. – Так ты зачем притащился?

– Тебя вразумить. Мать нервничает, переживает за отца, а тут ты со своими ненужными разговорами. Чего вообще притащился?

– Так твоя обожаемая мать сама и позвонила мне. Решила напомнить мне, какой я поганый сын.

– А ты забываешь об этом?

– Благодаря вам всегда помню.

– Знаешь, чего я никогда не понимал? – он подошел, нагло вторгаясь в мое личное пространство, наклонился и руками уперся в подлокотники. – Как у родителей мог родиться такой ушлепок.

Это было дерзко с его стороны. Поэтому, в следующую секунду в его челюсть прилетел мой кулак.

– Я тоже, – оттолкнул его и поднялся из кресла, желая оказаться подальше от него. – Хочешь видеть отца, нервы ему не мотай. Обещаю, вы пожалеете, если ему станет плохо по вашей вине.

– По нашей? – держась за челюсть, шипел Мишенька. – А ты с себя, значит, ответственность снял.

– Я виноват в том, что он до сих пор женат на матери. Нужно было давно их развести.

– Не лезь в их личную жизнь.

– Закрой рот и проваливай отсюда.

– А ты еще хуже, чем я мог подумать.

– Безусловно. Не сомневайся в этом.

Конечно же мне было плевать, что он думает. Я себя плохим сыном, как и человеком в целом, не считал. А то, что обо мне могут подумать мать, брат и некоторые родственники, это их дело. Слишком долго я выходил из состояния жертвы, чтобы снова закапывать себя в это дерьмо.

Утром я наконец-то встретился с отцом. Он выглядел не очень бодро, но заверял меня, что ему уже гораздо легче. Ну и, как и я и предполагал, они с матерью накануне повздорили. Та наговорила гадостей, папе стало плохо, итог известен.

Честно, после услышанного мне хотелось снова высказать ей все в глаза, но я понимал, что это бесполезно. Моя мать эгоистка, и это неисправимо.

После обеда отца перевезли в частную клинику с личной палатой. Аркадий обо всем позаботился за что я был искренне благодарен ему. Естественно, все расходы я собирался взять на себя. Для отца мне ничего не было жалко, и я собирался сделать все возможное, чтобы он прожил как можно дольше. А в моем доме у него на это гораздо больше шансов.

– Сынок, кажется, ты погорячился. Зачем все это? Я бы и там полежал.

– Мы сделаем полное обследование твоего организма, пап, – я сжал его руку, радуясь, что наконец-то могу с ним разговаривать. – И как только это будет возможно, я заберу тебя к себе.

– А как же…

– Поверь, так будет лучше. Пап…

– Сынок, эта женщина не исправима.

Я улыбнулся, до сих пор не понимая, как он с ней столько лет прожил.

– Поедешь ко мне жить? Или хочешь, куплю тебе домик за городом.

– И что я там буду один делать? Вот если бы внуков нянчить, да кто мне их даст теперь?

– Возможно, однажды у тебя будут еще внуки.

Отец по-доброму улыбнулся, от чего вокруг глаз собрались морщинки.

– У тебя кто-то появился?

– Есть одна девушка.

– Познакомишь?

– Обязательно. Только немного позже.

– Эх сынок, я буду рад твоему счастью. А пока веди меня к этим твоим врачам, пусть что хотят со мной делают.

– Только обследование пап, не более.

Я помог ему подняться и пока что пересадил в кресло, собираясь довести до кабинета терапевта. Не хочу, чтобы он напрягался сейчас, пока состояние его не стабильно. Необходимо отца поберечь, а то и впрямь, внуков еще дождаться нужно. Интересно, как Ирина относится к детям?