Глава 20

– А зачем?

– Не бойся. Мне не нужна экономика, мне нужна жена. А ты самая подходящая кандидатура.

– Так, Вадим…

– Я знаю, знаю, ты не можешь так быстро, это слишком рано. Я всё это понимаю. Не волнуйся я дам тебе достаточно времени, чтобы ты привыкла.

– Дело не в этом… мы знаем друг друга всего несколько дней.

– Знаю, знаю. Но поверь, я не такой человек, который принимает поспешные решения, обычно я всё досконально взвешиваю. А данной ситуации мне хватило этих нескольких дней, чтобы понять, ты – идеальная женщина.

– Это смешно.

– Ни чуть. Я не шучу, Тамара.

– И ты привёз меня к себе домой. Для чего? Чтобы что?

– Чтобы ты посмотрела, где мы будем жить.

Выражение наивной непосредственности на лице мужественного человека меня намного рассмешило.

– То есть, если я сейчас войду в этот дом, значит – соглашусь с твоими вот этими умозаключениями?

– Ну, может, не прям так категорично… Хорошо, я не буду ставить вопрос ребром. Давай просто пойдём и посмотрим, как я живу.

– Это уже лучше. Во всяком случае, это не вынуждает меня делать выбор прямо здесь и сейчас.

– Не вынуждает, но советует… направляет, так сказать, в нужную сторону.

– Ты уникальный человек. Откуда ты вообще взялся?

– Ты сама знаешь откуда.

Мы выходим из машины и идём к воротам.

Внутри дома просторный холл с высокими потолками и мягким светом встроенных точечных светильников.

– Тут уютно, – кручу головой рассматриваю интерьер и мебель гостиной.

– А я говорил, что тебе понравится. Нет, если что-то нужно будет поменять – без проблем.

Стою посреди гостиной ухватила себя за предплечье. Ощущение что это игра такая. Тут стремительно меняются события и нужно проходить всё новые и новые уровни.

Вот мы встретились, съездили в травм пункт. Потом поужинали. Потом он увёз меня с вечеринки. Дальше дал ключи от квартиры. Затем мы оказались вместе в постели. Он купил мне платье и вот я стою в гостиной его дома, и он говорит, что ему нужна жена.

Голова идёт кругом.

– Там кухня. Если ты любишь готовить, то там есть всё для этого.

Мы прошли в зону кухни намного более современной, чем у нас дома… вернее теперь в доме Эдика.

Белые панели шкафов, чёрная каменная столешница, остров с парой высоких стульев. Всё выглядит гармонично и продуманно. Нет ни одной лишней детали. При этом ощущение тепла и уюта.

– Ну как? – слышу вопрос позади себя.

– Мне нравится, – сказала и сразу почувствовала, как он обнял меня обеими руками, обхватил плечи и поцеловал сзади в затылок.

– Если нравится – это всё твоё.

– Вадим…

– Не сопротивляйся Тамара, – держит крепко. – Я же знаю, что ты именно этого хочешь. Ты к этому привыкла. Но я не собираюсь сажать тебя в доме в качестве уборщицы и кухарки. Я хочу, чтобы ты реализовала свои забытые мечты, то к чему ты когда-то стремилась и чего не смогла даже попробовать осуществить.

– Но почему? – показалось совсем уже неуместной шуткой, я вырвалась из его объятий, отошла в сторону, – зачем ты так делаешь Вадим? Это жестоко.

– Жестоко не дать женщине реализовать свой потенциал, какой бы он у неё не был. Вот скажи мне, чего ты хотела, ты же не родилась, чтобы быть экономкой в собственном доме. Так для чего ты родилась Тамара, чего ты хотела?

– Зачем это тебе?

– Хочу помочь тебе. Хочу, чтобы ты достигла всего, чего когда-то задумала. Вот чем ты хотела заняться?

– Когда-то у меня была мечта открыть небольшое кафе. Я даже говорила об этом мужу, но он только посмеялся, сказал – его жена никогда не станет уличной торговкой.

– Некоторые женщины, глубоко увязнув в семейном быте, перестают развиваться. Отставляют в сторону свои интересы в угоду интересам родных. По собственной инициативе или от того что родные не оценили, отодвигают личные желания в дальний угол.

– Так и произошло, – киваю, а у самой слёзы на глаза наворачиваются, – я не хочу жаловаться. Просто это так…

– Я тебе помогу.

– Не нужно.

– Нет, я не хочу, чтобы ты так и не попробовала открыть своё дело.

– Послушай, я просто так сказала, это не значит…

– Я хочу, чтобы ты реализовала себя, – чётко проговаривает слова, давая понять, что спор тут неуместен.

– Но почему! – выкрикиваю чуть не плача, действительно ничего не понимаю, почему этот человек так говорит. – Зачем? За что мне? Почему я?!

– Потому что… я не хочу терять ни одной секунды этой жизни. Я встретил тебя, и я тебя не отпущу. Я знаю это – Он мне тебя послал. Чтобы я делал всё для тебя. Чтобы спас тебя, забрал от недостойного тебя человека.

Он говорит, и я замечаю, он уже перешел в какую-то иную плоскость только ему понятных вещей. Он словно не меня, себя убеждает, что делает всё правильно.

– Вадим, – остановила его, он замолчал, смотрит мне в глаза, – а теперь говори правду, зачем всё это, к чему такая поспешность? – не моргая пронизываю его взглядом.

Там что-то есть – за всеми этими словами что-то есть.

Он отвёл взгляд. Молчит.

– Вадим, говори правду.

Не двигается. Выдохнул, полез в карман брюк, достал что-то небольшое, на ладони протягивает мне. Я вижу что-то типа пульта, только стального маленького… и тут до меня стремительно начинает доходить вся ироничная драма, которая время от времени слышалась в его словах, в поступках.

Я поняла, почему всё так и поняла, куда он бежал и почему ему так срочно нужно было принять таблетку.

– Что это? – глаза стремительно заполняются слезами. Спрашиваю, а сама и так знаю. – Кардиостимулятор?

Он кивает и прячет его в карман.

– Извини что сразу не сказал. Нужно было раньше. Поверь, мне не нужна нянька, это не смертельный диагноз, я просто хочу всё то время, которое у меня ещё есть прожить с достойным человеком, понимаешь?

– Понимаю, – киваю, подхожу к нему смотрю на рубашку на груди.

– Вот тут, – он указал пальцем на место, где под кожей заложен предмет, от которого напрямую зависит жизнь этого человека.

Я прислоняюсь, обхватываю его руками. Теперь я понимаю, почему он такой.

С минуту мы стоим не двигаясь.

– Ты говорил 30-40 лет? – тихо произношу.

– Может и больше, – усмехается, – ты ещё успеешь от меня устать.

– Если ты так стремительно и будешь продолжать, я раньше от тебя устану, – улыбаюсь, прижимаясь щекой к его груди.

– Я придержу лошадей. Теперь ты знаешь, почему я такой торопливый. Это откладывает некоторый отпечаток на характер. Всегда, кажется, что чего-то не успеешь, а что-то основательно цепляет. Ну и наша встреча, которая послана самой судьбой. Не отпирайся, так и есть.

– Я с тобой согласна. Кто-то послал мне тебя, чтобы я, наконец, поняла, что живу не так.

В эту ночь я осталась в его доме… насовсем.

-–

Утром курьер привёз платье. Вадим спустился, а затем внёс в спальню коробку.

Положил на кровать.

Я, в новой вчера купленной кружевной ночнушке встала с кровати, открыла крышку, разворошила тончайшую бумагу, коснулась корсета. Достаю осторожно, боюсь сделать лишнее движение.

– Оно такое красивое, – почти не дышу на платье. – У меня никогда не было красных платьев.

– Почему? – он снова улёгся на кровать, подперев локтем подушку, с лёгкой довольной улыбкой смотрит, как я разглядываю платье.

– Муж не разрешал, – пожимаю плечом.

– Странный муж. По-моему, если женщина красивая, она должна блистать рядом со своим мужем.

– У нас в паре блистал мой муж, а я была оттеняющим элементом.

– Задам тебе вопрос. Ты не обидишься? – умостился поудобнее.

– Задавай.

– Скажи, неужели для тебя было так важно оставаться с ним в достатке, нежели уйти и остаться ни с чем?

– Я была привязана… не к достатку.

– А к чему?

– Я была привязана к нему.

– Но ведь он сделал многое для того, чтобы разорвать эту привязанность.

– Да… Что ты хочешь, чтобы я сказала? Что мне было страшно уходить в никуда? Страшно было остаться одной, без денег, без дома?

– Нет, я тебя не осуждаю.

– Тогда зачем ты задаёшь этот вопрос?

– Просто хочу понять, почему женщины не уходят от таких мужей.

– Я думаю, у каждой своя причина.

– Наверное, ты права, – глядя в окно, сказал задумчиво.

Я села на кровать, положила рядом платье.

– Думаешь, я сама себя не корю за это? Думаешь, я не понимаю, что обо мне думают люди? Только прежде чем кого-то судить, пусть каждый посмотрит на себя. Прежде чем осудить меня за то, что я малодушна, пусть каждый, кто осуждает, сначала разберётся со своими отношениями, со своей семьёй.

– Я тебя не осуждаю.

– Ты считаешь, что я должна была…

– Я ничего не считаю. Иди сюда.

– Нет, не пойду, – всё равное немного обиделась.

Он встаёт, подходит, садится рядом, забирает меня в объятия.

– Ты не должна никому ничего доказывать, запомни это. Свои решения человек должен принимать сам, какими бы они ни были непонятными для других. Я благодарен судьбе за то, что встретил тебя. Даже если бы ты сама не решилась, я бы всё равно забрал тебя у твоего мужа.

– Неужели? – я улыбнулась.

– Конечно. Потому что такую женщину нельзя отпускать.

– Но то, что ты знаешь… разве это не отвращает тебя от меня?

– Скажу честно, не отвращает. А даже ещё сильнее притягивает к тебе.

– Почему?

– Потому что в тебе я уверен как в самом себе. Я знаю точно – несмотря ни на что, ты будешь верной. Конечно, я не буду пользоваться этой верностью, как пользовался твой муж. Я не буду устраивать из твоих чувств аттракцион для других людей – показывать на публике – Вот, смотрите, она сделает всё, что я скажу, потому что она любит и верна мне. Нет, я не буду этого делать. Я буду просто ценить твою верность и, надеюсь, твою любовь.

– Мне кажется, ты во мне ошибаешься, я недостойна занимать это место, – отвожу взгляд.

– Кто тебе это сказал?

Молчу.

– Что он с тобой сделал… я это исправлю.

И он прямо сегодня начал исправлять.

Я поселилась в его доме, в качестве – любимой женщины.