35
На следующий день Макс остаётся дома.
Дохожу до того, что почти уговариваю его поехать на работу. Он мне мешает. Я должна поехать в магазин и купить тест на беременность. Срочно. Но при Максе этого делать не хочу.
Любящие пары вместе покупают тест и ждут результата, держась за руки и глядя друг на друга с надеждой в глазах.
Много лет назад Гриша пришёл домой с букетом цветов, в котором был спрятан тест на беременность. Цветы он подарил мне на удачу. Он мечтал о сыне, и тогда я забеременела Сашей.
А с Максом у нас неведомо что, не отношения и не роман. Болезненные шрамы воспоминаний, старые обиды и новый яркий секс. Не тот коктейль, которым хочется поить ребёнка. Семью на таком не построишь, да и не думала я о семье, и ребёнка не планировала. Мне бы сначала пережить распад моей прошлой семьи!
Я не хочу говорить Максу о моих подозрениях, потому что пока что не поняла, что чувствую и как сама отношусь к неожиданной беременности.
Мне сорок шесть!
Пусть многие скажут, что возраст не помеха, но в моей теперешней ситуации всё очень непросто. Мои дети давно выросли, и я не собиралась… не думала… Я вообще не думала, вот в чём дело.
А лучше бы думала, хотя бы когда легла под Макса и забыла обо всём остальном. Мне настолько снесло крышу, что даже толком не помню, обсуждали мы предохранение или нет. Либо он что-то сказал про вазектомию, либо я в тумане страсти это нафантазировала. Ну да, Макс с Гришей ходили на операцию, держась за руки. М-да… Это было бы смешно, если бы не было таким оглушающим и глубоким шоком.
Ребёнок…
Часть меня в восторге и в изумлении от такого подарка судьбы, но другая часть в откровенном ужасе. Моя семья разрушена, да и ребёнок от другого мужчины явно не помог бы её склеить. Чтобы вырастить малыша, нужны силы, средства и надёжное место жительства. Насчёт денег ответа пока что нет, надо ждать завершения расследования.
А Макс…
Мне слишком больно, когда я думаю о нашем прошлом. Тогда он отверг меня, потому что был убеждён, что я изменила ему с Гришей. Макс даже не отозвался, когда я плакала и пыталась до него докричаться. Стояла под его дверью, беременная и испуганная, а он игнорировал меня и развлекался с другой.
А теперь…
Полагаю, он не откажется от ответственности, пообещает поддерживать материально, однако и в восторге тоже не будет. Он не привык ни в чём себя ограничивать, а ребёнок – это кардинальный поворот в жизненном сюжете. Форс-мажор высшей категории.
Макс и сам до сих пор ребёнок, с его трактором, и баней, и мастерской, которую он тоже взялся строить. Накупил садового инвентаря выше крыши, в основном того, что с мотором. Электропила, триммер, воздуходувка… Три газонокосилки. Три! У него и газона-то ещё толком нет. Скорее, дикие заросли.
Мальчик, у которого не было детства, компульсивно покупает себе игрушки. Это трогательно и печально. Возможно, во мне теперь растёт малыш Макса Ставроса. Согласится ли Макс вырасти ради него? Захочет ли?
В том, что он предложит мне деньги, я не сомневаюсь. Но мне кажется, что Макс не способен на остальное, на большее. Он завоёвывает, достигает, сметает с ног своим напором, шокирует, а тихая рутина не для него. Он не из тех, кто сидит на месте и довольствуется тем, что имеет.
Возможно, он захочет продолжения того, что между нами происходит, но…
Я не верю в отношения, которые строятся только ради детей, их непрочный фундамент рано или поздно даёт трещину.
Поэтому я мыслю трезво и прагматично. Планирую свою жизнь, ни на кого не надеясь. Я в любом случае собиралась работать, думала об этом, когда рассталась с Гришей, но потом события закрутили меня и потопили с головой. А вот теперь пришла пора вернуться к мыслям о работе. Я закончила педагогический и собиралась учить детей, однако потом занялась карьерой мужа. Следует навести справки о том, чем я смогу заняться с моим давним дипломом, и как освежить знания и навыки…
– Поцелуй за твои мысли! – шепчет Макс, с намёком проводя ладонью по моему животу.
Вздрагиваю. То ли от неожиданности, то ли потому что Макс положил руку прямо на то место, где, возможно, сейчас растёт его ребёнок.
Как и обещал во время нашего переезда на дачу, Макс отвёз меня на пикник на тракторе. Луг он не пропылесосил, шатёр не поставил, но я шутила о моих требованиях, так что мне вполне хватает пледа. После еды мы занялись любовью прямо здесь на лугу. Мне было немного неловко, однако Макс помог мне расслабиться и привёл в такое невменяемое состояние, что я оказалась не в силах с ним спорить. Вокруг деревья, рабочие очень далеко, это территория Макса, поэтому мы вели себя совершенно непристойно.
А теперь лежим на пледе и впитываем в себя щедрое тепло поздней весны.
– Я думаю о работе и о том, чем хочу заняться. Я закончила педагогический.
– Я помню.
– Мне всегда хотелось работать с детьми, только вот пытаюсь решить, какого возраста.
– Раньше ты собиралась работать с маленькими детьми.
– Не совсем малышами, а старшего дошкольного или младшего школьного возраста.
Макс фыркает и передёргивает плечами.
– Как представлю, каково это – работать в помещении полном несмышленых малышей и пытаться их развлекать, так ужас берёт. Крик стоит, запашок ещё тот… Бр-р-р! Те, кто сознательно на это идёт, настоящие герои. Дети – это… особый феномен. – В его смехе я слышу холодное пренебрежение.
Меня словно парализует. Лежу, не двигаясь и даже не дыша, холодная и застывшая в руках Макса.
Я и так понимала, что Макс не будет в восторге от моей беременности, прошлый опыт надёжно зафиксирован в памяти. Однако слышать такие слова больно. Инстинктивно хочется прикрыть живот, чтобы ребёнок Макса не знал о таком отношении отца. Понимаю, что Макс говорит не о нашем ребёнке и вообще наполовину шутит, однако это очередное напоминание, что он не любит детей. И не хочет их. Никогда не хотел, иначе бы давно завёл наследника. Наверняка желающих женщин было очень много.
Я хочу, чтобы Макс ушёл. Мне надо многое обдумать, а в его присутствии это непросто.
– Помнишь тот день, когда я рассказал тебе о растрате Гриши? Тогда я попросил тебя о помощи.
Этот неожиданный вопрос сбивает меня с мыслей.
Напрягаю память. Действительно, Макс пришел тогда ко мне домой и сказал, что нам нужно обговорить общее дело, и что он хочет попросить меня о помощи. Однако я решила, что помощь как-то связана с Гришиной ситуацией или с дачей. Если Макс имел в виду совсем другое, то… мне немного неловко. Он помогает и мне, и моим детям, а при этом я так и не узнала, чего он от меня хотел.
– Я помню, что ты об этом попросил, но потом мы с тобой обсуждали Гришу и дачу, и я упустила этот момент. Не знала, в чём состоит твоя просьба. Конечно же, я постараюсь тебе помочь.
Что уж тут говорить, я у Макса в долгу. Пожизненно. Что бы между нами ни произошло дальше, я всегда буду благодарна за то, что в страшный момент Макс закрыл меня собой. И до сих пор закрывает, дёргает за все доступные ниточки, чтобы расследование закончилось как можно скорее и чтобы пресса не промывала мне косточки. И Саше он тоже помогает, и даже Алису успокоил.
– Я недавно купил детский сад.
Я настолько удивлена его словам, что не сразу соображаю, как на это реагировать. Макс только что высказался насчёт детских заведений и детей в целом, и вдруг такая новость…
– Э-э-э… Зачем ты его купил?
– Так получилось. Было выгодное предложение, вот и купил.
– Выгодное предложение? Какое? Если купить трактор, то к нему прилагается детский сад с большой скидкой?
Макс Ставрос, владелец недвижимости и в том числе скандального мужского клуба, купил детский сад?! Это настолько нелепая и несуразная новость, что даже на шутку не похожа.
И при этом Макс смотрит на меня и усмехается, как будто для него это вполне обоснованный и предсказуемый поступок.
– Ты же знаешь, что я вкладываю деньги в недвижимость, так вот, мне надоели однотипные инвестиции, и я решил попробовать что-то новое. Этот детский сад уже давно закрыт. Здание не в лучшем состоянии, нужен капитальный ремонт, так что самое время решить, что с ним делать. Как насчёт того, чтобы открыть игровой и образовательный центр?
– Для мужчин среднего возраста? – не могу сдержать колкость.
– Ха-ха, очень смешно, счастье моё! Нет, игровой и образовательный центр для детей. Разделим их по возрасту. У самых маленьких будет отдельная часть здания, там устроим всякие игровые занятия для матери и ребёнка. Или для отца и ребёнка, конечно. А для детей постарше будут спортивные секции, бассейн, теннисные корты, а также разные обучающие программы…
Макс говорит об этом с такой уверенностью, что Макаренко снял бы перед ним шляпу. Этому может быть только одно объяснение.
– Это не ты придумал, Макс.
– Конечно, не я, – соглашается с лёгкостью. – Одна хорошая знакомая подсобила. Она и есть та героическая женщина, которая умеет справляться с маленькими детьми.
– Твоя бывшая любовница (1)? – Честное слово, я не хотела об этом спрашивать, но слова вылетели помимо воли.
– Нет, знакомая моей племянницы.
Брат Макса живёт не так уж и далеко, однако я с ним не встречалась, как и с друзьями Макса. Не то, чтобы меня это расстраивало, скорее, наоборот. У нас с Максом не те отношения, чтобы официально знакомиться с родными, однако теперь я думаю о том, что у нашего ребёнка будет много родственников со стороны Макса.
– Ты и правда собираешься строить детский центр? – спрашиваю недоверчиво. Уж очень значительна эта «диверсификация» Макса.
Он перекатывается, нависает надо мной и чмокает в нос.
– Это зависит от того, согласишься ли ты его возглавить.
– Я что?! – восклицаю в шоке, и тогда Макс, явно готовый к такой реакции, затыкает меня поцелуем. Нежным, глубоким, страстным… Каким угодно, только бы я не вырывалась и не продолжала возмущаться. Макс меняет тактику, ласкает меня, отвлекает, заставляя успокоиться. Потом отстраняется и быстро говорит.
– На роль директора центра мне нужен надёжный и умный человек, которому я доверяю и который любит детей. Не отказывайся сразу, а просто подумай. Я устрою тебе встречу с моей знакомой. Её зовут Василиса, и она уже оформила некоторые идеи касательно структуры и задач центра. Самое время тебе вступить в роль директора и оставить на центре свой отпечаток.
Договорив, Макс сгребает меня в охапку и ведёт к трактору.
– Извини, но на этом я тебя оставлю, счастье моё. Возникли некоторые проблемы в клубе, и мне придётся туда подъехать.
Я уверена, что Макс специально уезжает, чтобы я не стала отказываться и спорить с ним. Он опытный делец и понимает, насколько потрясающее предложение сделал. От такой перспективы будет очень трудно отказаться.
Поэтому Макс даёт мне возможность поспорить с самой собой, а потом, к его возвращению, согласиться.
Перед отъездом он оставляет мне папку с эскизами нового центра.
Сижу в кресле и широко открытыми глазами. Смотрю на папку, но боюсь её открыть. Долго сижу, почти час, гадая о мотивах Макса и о том, что мне теперь делать.
Не придя ни к каким выводам, собираюсь открыть папку и посмотреть на эскизы центра, когда у ворот дома останавливается такси.
(1) Историю любви воспитательницы детского сада по имени Василиса и её бывшего мужа по имени Тимур можно найти в романе «Плохой. Хороший. Бывший». Там же описано её знакомство с Максом Ставросом.