Глава 45

Алиса

— Надо же, как настоящий, — Оксана разглядывает мой новый паспорт, — фамилия, правда, тебе совсем не подходит. Измайлова было лучше, — намекает на бывшего мужа. — Но ты сама ее упустила.

Хочется закатить глаза.

— Много раз себе примеряла? — язвлю в ответ, не в силах удержаться. Ее откровение, что она «в отношениях» с Женей уже даже не месяцы, а годы выбило из меня последние сомнения, что она последний человек на планете, которому я подам руку.

Я теперь совсем иначе смотрю на гостеприимство бывшего в те дни, когда Оксану якобы бросил мужчина.

Мразь.

Столько лет меня обманывать.

— Кто тебе все это сделал? Сережа? — она вертит в руке карточку страхового полиса.

— Не твое дело.

— Пфф, не мое, но Жене это будет интересно узнать. Если про тебя никто-никто не должен знать, а его номер ты набираешь в первую очередь… — она цыкает языком и качает головой, — ответ сам напрашивается.

Я лучше промолчу. Отворачиваюсь в сторону и презрительно сжимаю губы. Мерзость. Она стоит Измайлова, явно заразилась от него ядом, пропитавшим моего бывшего мужа.

Перед моим взором стена, меня посадили в угол на стул и связанные за спиной руки еще и к спинке прикрутили такой же стяжкой. Эта предосторожность оправдана с их стороны.

Когда мы только подъехали к этому дому в полной темноте, я уже пыталась сбежать. Пнула охранника, когда не ожидал, и рванула в черный, как сама ночь лес за гравийной площадкой.

Мы недалеко от города, но это край какого-то поселка у самого леса. Я надеялась, что пробежать рощу и выскочить на дорогу вполне реально. Там бы меня кто-нибудь мог подобрать и увезти. Или хотя бы полицию вызвать. Связанная девушка не каждый день из леса выпрыгивает.

Но…

Охранник бегает быстрей. Завалил меня в сырую подстилку и обездвижил, как пойманную антилопу. Вывалял в земле и разодрал лицо о валяющиеся ветки.

Может быть, человеку большее наказание за наивность, чем вот это? Мало того что я сама подставилась, так еще и Сережа теперь попадет под их внимание. А я уверена Оксана обязательно все выложит Жене, когда он за мной приедет.

— Не хочешь со мной разговаривать? — Оксана садится напротив.

— Нет. Мне с тобой все ясно.

— Ясно ей, — передразнивает «подруга». — Вечно твое высокомерие, людей вокруг себя не замечаешь, получила богатого мужика и просто взлетела на ‟Олимп'.

Смотрю на нее презрительно. Как я могла не замечать всю эту смертельную зависть? Неужели я действительно настолько наивная, что не жду от людей ничего плохого, пока они сами этого не сделают в открытую.

— Да плевать, если честно, — Оксана встает, — сейчас Женя приедет и пристрелит тебя. Теперь то уже не важно, как тебя убрать, в лесу зароем, и никто искать не будет. Ты же трупик уже.

Я держу свои мысли при себе. Сергей будет искать, я это точно знаю. Сама искала бы его.

Сопоставляю последние события и понимаю, что он пропал не просто так. Милана звала его к себе домой, и он согласился. После чего перестал отвечать его телефон на долгую ночь. Он обещал позвонить и позвонил бы.

Страх за него скручивает мои внутренности намного больше, чем за себя. Себя мне уже не жалко, сама виновата, такой глупостью только и можно, что себя в могилу загнать.

Но то, что теперь и он в опасности…

Сжимаю руки в кулаки и стискиваю зубы.

Снаружи слышен шум подъехавшего автомобиля, и Оксана тут же оживляется.

— Вот и Женя! — она чуть ли не подпрыгивает как ребенок от радости. — Он будет в восторге от моего подарочка!

Бежит встречать его в небольшую прихожую коттеджа, оставив меня одну в гостиной. Я смотрю мгновение в потолок, пытаясь не думать о том, что сейчас будет.

— Проходи сюда, все здесь, — Оксана так и лебезит перед ним, разве что зад не вылизывает. Хотя откуда мне знать. — Вот! — встает в дверях и улыбается в предвкушении.

Я замираю, глядя исподлобья и спутанных волос, упавших на лицо.

Измайлов входит медленно, и его чуть усталый взгляд плавно скользит по комнате и упирается в меня. Я вижу, как он бледнеет, как расширяются его глаза. Словно призрака увидел и потерял самообладание ровно настолько, чтобы превратиться в статую.

Потом его губы вздрагивают. Он медленно приближается ко мне, а я хочу отшатнуться, перевернуться вместе со стулом, что угодно. Но тоже смотрю на него и не двигаюсь.

Взгляд его блуждает по моему лицу, потом по телу, не верит, сомневается, шокирован и еще масса эмоций, которые не могу прочесть. Меня пугает, как он тянет ко мне руку.

— Алиса, — его пальцы касаются моих волос и отодвигают их в сторону. Потом самыми кончиками скользят по ободранной скуле. Я пытаюсь не дышать, хотя тут не притворишься мертвой или невидимкой.

Женя кривит губы, но это не отвращение, это что-то перетекающее из сочувствия в злость. Я даже не успеваю среагировать, как он резко распрямляется и с разворота бьет Оксану по лицу. Звонкая пощёчина как удар хлыстом в тишине гостиной.

— За что⁈ — с надрывом вскрикивает «подруга».

— В ванную, — цедит Женя сквозь зубы, — влажное полотенце и аптечку, — Оксана держится за щеку и качает головой в отрицании, — живо! — орет на нее Женя, и та подрывается, будто ее током ударило.

Измайлов возвращает свое внимание ко мне, и я все же не выдерживаю и отстраняюсь от протянутой ко мне руки.

— Девочка моя, — его голос хрипнет, когда рука обхватывает мою целую щеку и он тянется ко мне лицом, я боюсь, что хочет поцеловать, но он просто утыкается лбом в мой. — Если бы ты только знала, моя девочка, как это было больно.

Больно?

Больно⁈

Это мне было больно! Это я умирала! Тонула в черной речной воде! Лежала в морге! Меня ты предал!

— Ты ничего не знаешь о боли, — выдыхаю медленно и низко.

— Как же так получилось? — спрашивает он и распрямляется.

В этот же момент за его спиной слышится:

— Охренеть…

Женя резко разворачивается, и я вижу теперь Милану, которая стоит в дверях, одетая в черные джинсы и джемпер.

— Как же так получилось, Милана? — Женя идет к ней, и в его голосе слышится угроза. Я смотрю на одного, потом на другую. Что я еще не знаю?

— Я… — теряется она, — я не знаю. Ты же сам ездил на опознание! И похороны! Мы же зарыли ее! — тычет в меня пальцем.

— То есть я теперь крайний? Твоя работа, в чем была, Милана? Я свою часть сделки выполнил, твои родители мертвы, и никто не восстал из могилы, а это что? — с эмоциями трясет рукой в мою сторону.

А я открываю рот от удивления. Родители Миланы⁈

— Это… двойник? — делает неуклюжую попытку Милана, она явно в шоке от меня не зарытой в землю.

— Двойник, — мелко кивает Женя, — ты что считаешь, что я свою собственную жену не узнаю?

— Женя, вот! — в комнату бегом возвращается Оксана и спотыкается на пороге, видя Милану.

— А эта овца что тут делает? — возмущается Милана. — Ты сказал, что послал ее!

— Меня послал? Это тебя он послал! — Оксана не отстает и тоже встает в позу.

— Заткнись и умой ее! — орет на Оксану Женя, — обработай ссадину и… — хватает за ворот пиджака, когда та пытается проскользнуть мимо, — если еще раз тронешь пальцем мою жену, я тебя сам лицом по асфальту повожу.

Я вижу, как обиженно дрожат губы Оксаны, она будто вот-вот заплачет. Не такой реакции она ждала.

— Это вместо благодарности, да? Что я нашла ее? Она просто упала, когда убегала в лес! Я ее не била! А ты… — она хотела что-то еще сказать моему бывшему мужу, но тот резко повернулся к ней и сверкнул таким взглядом, что сразу замолкла и присела рядом со мной, чтобы начать тереть мое лицо полотенцем.

— Где ты ее нашла? Что здесь происходит? — первой не выдерживает Милана и в голосе нотки истерики.

— Я слушаю тебя, Оксана, — Женя говорит спокойно и даже слегка ласково. Это пугает сильней, чем когда он орет.

Я вообще сижу тут как мебель и решаю, что разговаривать ни с кем не буду. Сейчас каждое мое слово — это шаг в сторону могилы. Пока никто не убедил меня в обратном. Доделать начатое, значит грохнуть меня повторно.

— Она в мое кафе пришла, живая и здоровая, — шмыгнув носом, отвечает Оксана, — она жила в том самом доме, представляешь? Ходила завтракать круассанами!

Женя с интересом наклоняет голову набок.

— У нее даже документы есть поддельные, она притворялась мертвой, имя сменила и жила себе в удовольствие. Вон лежат! — кивает в сторону стола. Достает вату и мочит ее антисептиком, я дергаю головой, чтобы она меня не трогала, но привязанной к стулу особо не убежишь.

— Нежней, — говорит Женя, глядя на нее с угрозой. Ему не все равно, нежно меня умывают или нет? Если уж снова зарыть решил?

— Ого, ты смотри какое качество! Да они, похоже, настоящие! — Милана стоит у журнального столика и разглядывает мои документы. — Не поверю, что она сама могла такое сделать. Это стоит очень дорого, и нужны связи.

— Да Краснов это! — вновь подает голос Оксана, и мне хочется ее ударить. — Она ему звонила, я уверена, это он ее прятал, он же по ней сохнет.

— Действительно, сохнет, — Женя медленно подошел ко мне и оценивающе оглядел, — и даже признался во всем честно. А как красиво все организовал, похороны… труп в морге. Алиса, — он отодвигает Оксану и берет меня за подбородок, — я рыдал, глядя на твое мертвое тело.

— Убил и рыдал? В это я должна поверить? — все же не могу смолчать.

— Я не убивал, — смотрит на свои ладони, — у меня рука не поднималась, я слишком тебя любил… люблю. Ты мое самое прекрасное творение, как я могу уничтожить свою Галатею. Но… — оборачивается на Милану, которая, судя по виду, хочет провалиться сквозь землю, — кто-то не оправдал моих ожиданий.

— Я не знаю, как она вылезла! Она стопроцентно утонула! Водитель сидел и смотрел, она не всплывала! Я все сделала как надо!

Так это она подослала ко мне этого таксиста? Это что за сделка такая? Женя убил ее родителей, а она меня? Обменялись убийствам⁈

— Вы больные… — шепчу я в шоке.

— Зря ты ей поручил! Надо было мне! — подает голос Оксана, и я смотрю на нее в шоке. Даже вот так? Еще и убить меня готова⁈

— Никому нельзя доверять, — Женя качает головой в разочаровании. — Милана, ты налажала уже в который раз. Сначала с Алисой, потом с Красновым.

При упоминании его имени мое сердце подпрыгивает в горло. Но я не могу спросить у них, что они с ним сделали. Это выдаст его на сто процентов, что мы заодно! Я не могу…

— Все должно было быть не так, он же там лежал, ты сам видел… — неуклюже оправдывается она.

— Не надо было звать моего врага в свою постель, Милана. Неужели настолько мозгов нет?

— Я все исправлю! Я поручу найти его! Его сейчас из-под земли достанут!

Женя поднимает ладонь и Милана замолкает как собака по команде. Он достаёт свой телефон и набирает кому-то.

— Ты в городе? Сейчас скину адрес, там должен быть Краснов, если не будет, жди. Доставь его сюда и… ребят возьми, он дерется.

Я дышу часто и мне страшно по-настоящему. Нет. Нет. Нет!

Женя встает передо мной и гладит нежно мой подбородок. Смотрит с невероятной любовью во взгляде.

— Я так скучал.

— Он… он ни причем… я сама… — я не знаю, что еще сказать, как его спасти, — я все сама. Мне… он не помогал, я его просто встретила.

— Тшш… — кладет палец на мои губы, — не надо лжи. Не люблю, когда эти губки врут. А Сережа мне нужен не только из-за тебя, он взял без спросу кое-что мое, и я хочу это назад.

— Я останусь с тобой, делай со мной что хочешь! Не трогай его!

— Красиво, — улыбается он снисходительно на мою панику и почти истерику, — конечно, ты останешься. Ты теперь всегда будешь со мной. Потому что ты… умерла, девочка моя.