Глава 14

Глава 14

Глава 14

Марк ждал меня в машине.

Когда я увидела его на заднем сиденье, почему-то не удивилась. Только села рядом, закрыла дверь и впервые за день позволила себе не держать лицо.

— Он предложил таблетку сразу, — сказала я, глядя перед собой. — Прямо в кабинете. Под видом мягкого седативного препарата для «снижения тревожности».

Марк ничего не сказал.

Только протянул руку.

Я отдала ему лист назначения.

Он пробежал глазами текст, и выражение его лица стало таким, что мне даже стало жаль человека по фамилии Дёмин. Совсем немного. На одну секунду.

— Состав проверим, — сказал он. — Но уже достаточно.

— Он все время говорил о моей нервозности. О контроле. О том, что мне надо довериться.

— Потому что такие люди всегда начинают с подмены реальности. Сначала тебе внушают, что ты напряженная. Потом — что ты нестабильная. Потом — что без них ты не справишься. И в какой-то момент окружающие начинают верить не тебе, а тому, кто говорит спокойнее.

Я повернулась к нему.

— Вы это откуда знаете?

Вопрос вырвался сам.

Он медленно перевел на меня взгляд.

— Потому что видел.

Больше он ничего не добавил.

А я не стала допытываться.

Иногда в голосе человека слышно, что за коротким ответом стоит не история — шрам.

— Что теперь? — спросила я.

— Теперь у нас есть документ. Имя. Назначение. Схема. И косвенное подтверждение сговора.

— Косвенное?

— Для суда и следствия важно все, что можно положить на стол без эмоций. Мы к этому идем.

— А мне хочется сжечь им жизнь уже сегодня, — тихо сказала я.

На это Марк неожиданно усмехнулся.

— Это хороший импульс. Главное — не расходовать его на крик.

Я опустила голову и вдруг поняла, как сильно устала. Не просто устала — истощилась. Все последние дни я жила в режиме сжатой пружины, и сейчас она начинала дрожать от перенапряжения.

Наверное, он это заметил.

— Вы ели сегодня? — спросил он.

Я моргнула.

— Что?

— Вы ели?

— Кофе считается?

— Нет.

— Тогда нет.

Он постучал по перегородке водителю.

— Заедем в «Брунелло».

— Марк, не нужно, — начала я автоматически.

— Нужно.

— Я могу поехать домой.

— Можете. Но поедете через сорок минут. После еды.

Вот так. Спокойно. Без нажима. Но так, что спорить было бы просто глупо.

В ресторане было почти пусто. Обеденное время уже прошло. Мы сели в дальнем углу, и я поймала себя на странной мысли: рядом с ним даже молчание не кажется неловким. Оно кажется… надежным.

Я заказала суп, хотя аппетита не было. Он — кофе и что-то простое. И пока мы ждали, я вдруг сказала:

— Знаете, что меня сейчас больше всего пугает?

— Что?

— Что я больше не понимаю, где заканчивается осторожность и начинается паранойя. После этих переписок, врача, его матери… мне кажется, что в каждом действии может быть второй смысл.

Марк не отвел взгляда.

— На вашем месте это не паранойя. Это адаптация.

— Звучит не очень утешительно.

— Зато честно.

Я невольно улыбнулась.

— Вы вообще умеете утешать?

— Редко.

— Я заметила.

— Но если вам нужно, я могу попробовать солгать, что все будет легко.

— Нет, — сказала я сразу. — Не надо.

Он кивнул, будто именно этого и ожидал.

— Тогда будет так: легко не будет. Но вы выживете. А потом — победите.

От этих слов у меня в груди дрогнуло что-то очень хрупкое. Не надежда. Нет. Скорее ощущение, что кто-то впервые говорит со мной как с человеком, у которого еще есть будущее.

И от этого хотелось то ли благодарить, то ли плакать.

Я выбрала суп.